— Шестаков Влад, — бросаю с раздражением и беру меню, прикрываясь им, как щитом от всей этой сраной химии между нами. Не то чтобы он мне нравился. Ну ладно, может, чуть-чуть. Но он же токсичный, язвительный, занудный и, в целом, слишком хорошо знает, кто я и как живу. А я знаю, кто он.
Так, твоя цель — не он. Твоя цель — Влад.
— Я за тебя волнуюсь, — продолжает он, лениво вертя чашку, в которой уже давно нет кофе. — Скоро настанет день, когда ты придёшь в ресторан, а никто не оплатит твой заказ. И тебе придётся расплачиваться… собой.
Неприятный укол.
— Ты фантазируешь или предлагаешь? Так вот, даже если такой день настанет, то с тобой… Никогда.
— Ты же в курсе, что время наш враг и с годами мы не становимся дороже?
— Ты — да. У меня все по-другому.
Илья хочет что-то ответить, но вдруг замолкает и отворачивается в сторону. Я быстро бросаю взгляд в сторону выхода. Влад. Высокий. Крепкий. Пугающий.
— Привет! Обычно девчонки опаздывают, а тут — я. Долго ждешь?
Он подходит, тянется, чтобы обнять, и я понимаю: пахнет парфюмом на уровне «дешёвый-богач». То есть, вроде дорого, но это не оригинал, а подделка.
— Привет, Влад, — скромно улыбаюсь, и целую его в колючую щеку.
Илья… не уходит. Слышу, что он заказывает еще кофе. Ну вот зачем? А я скажу: чтобы портить мне вечер!
— Что будешь? — спрашиваю Влада.
— Я? Всё равно. По классике — мясо. Побольше. И виски. Есть тут нормальный вискарь? — оборачивается в сторону бара.
Он не смотрит в меню. Просто машет официанту как в придорожной шашлычной.
Мне вдруг неуютно становится, так как на нас обратила внимание пара за столиком справа.
Сначала все нормально. Но спустя полчаса Влад устраивается рядом так, будто мы с ним встречаемся уже лет сто. Широко раздвигает ноги, закидывает руку мне за спинку кресла, при этом едва не сбив бокал, и громко хохочет над чем-то в телефоне.
Половина ресторана на нас уже смотрит. Особенно, Илья. Он вообще не двигается, только в уголках губ ленивое презрение и усмешка. Козел. Сам-то чем занимаешься по жизни…
В какой-то момент Влад прижимает моё плечо своей мясистой лапищей, а затем его рука скользит к груди.
Резко отстраняюсь и смотрю на него широко распахнутыми глазами.
— Влад, не надо так.
— А чё такого? Ты ж моя… ну, не девчонка ещё, но… — и тут он делает вторую попытку: вновь кладет руку на плечо и его ладонь начинает сползать вниз, к груди, абсолютно не скрываясь.
— Не трогай меня, — тихо, но очень внятно говорю.
Он будто не слышит. Придвигается ближе.
— Да ладно тебе, ты ж сюда не книжки читать пришла.
— Руки убери, Влад. Серьёзно. Прямо сейчас.
Встаю. Бросаю стыдливый и немного испуганный взгляд на Илью, вижу как он внимательно и напряженно смотрит. Без издевки. И я благодарна ему за это в данный момент.
Влад раздражен, смотрит на меня с непониманием, словно я нарушаю какую-то сделку, которую он сам же придумал. Хватает салфетку, вытирает рот и бросает ее на тарелку со словами:
— Ну и пошла ты! Ведешь себя, как будто ты звезда, а на деле — обычная тарелочница!
Встает, отталкивает от себя стул и тот падает с оглушающим грохотом.
— Сука.
И уходит. Просто уходит, громко топая к выходу. Я стою, ошарашенная, губы дрожат, глаза горят от унижения, злости и вот этого мерзкого чувства: будто тебя испачкали. А еще я понимаю, что этот боров нажрал на такую сумму, что даже озвучивать ее вслух страшно.
И тут скрип стула. Илья проходит мимо меня со словами:
— Успокойся.
Подходит к официанту, достаёт карту.
— Счет за этот стол, пожалуйста, — коротко кивает в мою сторону.
Оплачивает. Идет ко мне. Не глядя в мои глаза, будто даёт мне шанс сохранить лицо и не разреветься, потому что именно это я сейчас и хочу сделать.
— Пошли, я отвезу тебя домой.
Глава 4
Илья
— Ну и? Давай, я жду от тебя колких шуточек, — с желчью в голосе давит Таня.
Перевожу на нее удивленный взгляд. Как бы, даже и не думал.
— Значит, я заплатил за тебя, за твоего неудавшегося спонсора еще и виноват остался? Слушай, красотка, а ты берега не попутала?
— Да пошел ты! — рявкает, нервно роется в своей сумочке, достает кошелек, роется в нем. Психует. Кошелек летит обратно. Хватает в руки телефон и смотрит на меня с вопросом во взгляде. — Ну?
— Что?
— Телефон свой говори, я переведу тебе бабки.
Останавливаюсь около «Pena», поворачиваюсь к ней. Открываю рот. Закрываю. Отворачиваюсь. Выхожу из машины и прямой наводкой в кофейню. Захожу внутрь, вдыхая густой аромат свежесваренного кофе и свежей выпечки. Мне нужен этот запах, как глоток свежего воздуха после удушающей атмосферы в салоне автомобиля. Словно с ядовитой коброй ехал.
— Добрый день! Два капучино, пожалуйста. Если можно — покрепче. Без сахара, без добавок.
— Десерты посмотрите? — улыбается бариста.
Перевожу взгляд на витрину. Вроде сытый. А вот тарелочница, по-моему толком и не ела, пытаясь отбиться от лап того мудилища.
— Что девушки обычно берут?
— По-разному. Если хотите, что-то нейтральное попробуйте лимонный кекс. Так же наши клиенты любят булочку с кардамоном. А если ваша девушка любит сладкое, можно её порадовать крем-брюле.
— Она не моя… — начинаю говорить, но осекаюсь. «Ой, да пофиг» — проносится в голове. — Давайте лимонный кекс.
Оплачиваю заказ. Отхожу на пару шагов и оборачиваюсь, сквозь витрину вижу, как Таня сидит в машине и сверлит меня взглядом — все еще злющая. Отворачиваюсь и принимаю решение дождаться кофе здесь.
Но как только, моя пятая точка касается плетеного кресла, слышу хлопок двери. Почему-то кажется, что это дверь моей машины. Черт… И зачем только связался с ней.
В кофейне звякает колокольчик. Цокот каблучков. Замирает около меня. Поднимаю взгляд. Ну конечно, моя тарелочница.
— Даже не удивлен. Лимонный кекс любишь? — оголяю зубы в улыбке.
— Номер карты говори, — цедит чуть ли не по слогам, сжимает телефон в руке так, что костяшки пальцев белеют. Смотрю на нее снизу вверх. Она ждет.
— А булочку с кардамоном?
— Заиграев, номер карты.
Подаюсь вперед, выглядываю из-за ее шикарной фигурки и смотрю на бариста.
— Знаете, а давайте сладенького. Что там, крем-брюле?
Парень, с улыбкой кивает, заканчивает приготовление кофе, добавляет к моему заказу еще один десерт, все упаковывает в крафтовый пакет.
Встаю с кресла, доплачиваю. Благодарю и направляюсь к выходу.
— Илья! Илья, куда