Но тело требовало другого горячего. Чтобы, влившись в глотку, обожгло и, добравшись до желудка огнем, вновь заставило ощутить себя живым.
- А ты? – не дождавшись продолжения, «дернул» Игната Реваз.
Игнат вместо ответа посмотрел исподлобья. Говорить не хотелось.
Если по правде, то не хотелось ничего. Даже сдохнуть.
Так уже было – достаточно выдавить себя до конца, не оставив сил даже на простейшие желание.
Так еще будет. Потому что если целитель еще может остановиться, дойдя до грани, то для полковых лекарей граней не существовало. Ни в этом мире.
- Понял, - как-то сразу обмяк Реваз. Достав из кармана камуфляжа фляжку – успели и принять душ, и переодеться, - долил в на три четверти наполненный морсом стакан. Пододвинул, произнеся жестко: – Пей.
Игнат хотел мотнуть головой, но в последний момент передумал. Спорить с Ревазом было бесполезно. Да и не стоило. Немного алкоголя лишним точно не будет.
Горечь в клюквенной кислинке практически не чувствовалась. Но тепло было. Скользнуло внутрь, пусть и слегка, но расслабив стянутые в узел нервы.
То ли сглазили…
То ли веселились бесы.
Даже понимая, что так – нельзя, устоять перед той вакханалией никто из них не смог.
- Вот и хорошо, вот и ладушки… - Реваз, глядя на него, улыбнулся. Как наседка, радуясь успехам цыпленка.
Съязвить, что для цыпленка он староват, Игнат не успел. Реваз не дернулся, реагируя на амулет связи, но Игнату оказалось достаточно и взгляда.
Черного взгляда. Многообещающего.
Однозначно намекающего на то, что время ожидания для них закончилось.
Глава 5
Машины шли по трассе сплошным потоком. В обе стороны.
Шуршали шины, на разные лады выдавали пассажи клаксоны, бил в глаза свет фар.
Когда закончился дождь, я пропустила.
Впрочем, здесь его, похоже, и не было. Сухим выглядело и полотно дороги, и посыпанная гравием обочина.
Но влажность в воздухе была. Прелая, как и положено осенью.
А пауза между тем затягивалась. Троица, очевидно довольная провернутой операцией, смотрела на меня. Я – на них. И все молчали.
Ребята, явно в предвкушении благодарности. Я…
Та роль, которую вынужденно сыграла, не могла не сказаться на моих эмоциях. Тут и облегчение - все закончилось так, как закончилось. И радость - Юрка оказался нормальным парнем. И удовлетворение - друзья не побоялись взять ответственность на себя.
Но без раздражения тоже не обошлось. И чем больше самодовольства я видела на их лицах, тем сильнее становилась обида, подпитывавшая негодование. Им бы на мое место, да испытать все то, что испытала я!
А еще, как избитое, ныло от долгой неподвижности тело. Кровь я, конечно, немного разогнала, но мышцы все равно были каменными. Не говоря уже про закостеневшие суставы.
А еще терзал запах! Запах навоза, которым я, казалось, пропиталась вся.
Что все не так просто, первым сообразил Игорь. Радостную улыбку на его лице сменило выражение легкой растерянности, а в глазах появилось недоумение. И что-то похожее то ли на жалость, то ли на сочувствие.
Потом «поумнел» Антон, сдвинувшись, чтобы оказаться менее заметным на фоне сиденья, которое он так и не покинул.
И только Трубецкой светился, как фонарь, демонстрируя явный восторг и от себя лично и от, на мой взгляд, весьма сомнительной затеи.
Наконец, дошло и до него. Нет, он так и не потух, но несколько сдулся, похоже, сообразив, что все идет не совсем так, как он предполагал.
- Пойду, помогу Юрке, - спустя несколько секунд напряженных гляделок, отказался он от поединка взглядов и даже сделал шаг, явно собираясь сбежать с места разборок.
- Стоять! – в ответ рявкнула я, заставив его замереть. - И ты – тоже! – угрожающе ткнула указательным пальцем в сторону шевельнувшегося Игоря.
Не успела я подумать про Антона, оставшегося без моего внимания, как он, вроде как, каясь, подал голос из кабины санитарки:
- А я только за рулем.
Этого хватило, чтобы от обиды не осталось и следа, но отказываться так быстро от профилактических мероприятий я не собиралась. А то развеселились, голубчики!
Я нахмурилась, сжала кулачки и чуть подалась вперед…
От немедленного кровопролития парней спас брутальный внедорожник, который, мягко шелестя шинами, неожиданно вывернул из-за санитарки. Съезжая на гравий, проехал чуть вперед. Потом, притормозив, сдал назад.
В приоткрывшееся окно выглянул сидевший на переднем пассажирском сиденье мужчина восточной наружности:
- Девушка, вам нужна помощь? – окинув цепким взглядом нашу компанию, как-то внушительно, давая понять, что не оставит в беде, поинтересовался он.
И вроде все понятно: ночь; на обочине, в окружении не сказать, что дружелюбно выглядевших парней, стоит взъерошенная, боевито настроенная девушка; неподалеку еще одна машина, едва не съехавшая в кювет, но…
На дороге, жившей в ритме ЧС, тачка стоимостью в целое состояние выглядела более чем подозрительно. Как и тип в шикарном классическом костюме, словно только что сошедший со страниц модного мужского журнала.
Похоже, Игорь с Сашкой ситуацию оценивали аналогично. По-крайней мере, расслабленности в их позах больше не было.
- Спасибо, справлюсь, - резче, чем стоило, ответила я. Поправила жилетку, машинально нащупав петлю, на которую должен был крепиться выносной манипулятор рации.
Ее, как и браслета на руке, не было.
- Уверены? – несмотря на мою нелюбезность, проявил мужчина настойчивость. И даже улыбнулся.
Получилось у него бесшабашно, что насторожило еще больше. Этот господин совершенно не вписывался в окружающий нас антураж.
- Абсолютно, - произнесла я как можно более уверенно.
- Ну, если так… - мужчина вновь улыбнулся и откинулся на спинку сиденья, практически полностью исчезнув из моего поля зрения.
Стекло поехало вверх…
Вздохнуть с облегчением я поторопилась. Вопреки ожиданиям, внедорожник с места так и не тронулся.
А потом все сдвинулось и понеслось…
Первой начала открываться та самая, передняя пассажирская дверь. Затем, практически одновременно, обе задние.
Это было жуткое мгновение. Внутри буквально взорвалось – я еще не успела отойти от одних приключений, а тут подоспели новые!
И так это двинуло по мозгам, что я еще даже не подумала, как на ладони уже вспыхнул зловеще шипящий алый шар, а тело наполнилось какой-то легкостью, готовое к очередным передрягам.
Остальные тоже не сплоховали. Прихватив монтировку, выскочил из кабины Антон. Развернулся, закрывая меня собой Сашка. Сдвинувшись, подобрался, Игорь.
Время замедлилось, позволяя не только видеть, но и анализировать. И ведь умом понимала, что здесь, на обочине