Комиссия прошла успешно, тогда почему Лейтон выглядел таким недовольным?
Как будто в противовес ему, Роян Эльчин сиял звездой всей этой честной компании. Балагурил, шутил и травил байки, над которыми смеялась не только офицерская половина стола, но и кадетская.
Заметив мой взгляд, изумрудный весело мне подмигнул и принялся рассказывать довольно пошлый анекдот, понравившийся всем – даже генералам, даже Фантому.
Не смеялся один лишь только Лейтон.
– Не смотри на него, – негромко бросил он, тоже впрочем, на меня не глядя.
– На кого?
– На офицера Эльчина.
– Почему?
– Сегодня это особенно сильно раздражает. Он все надеется заполучить тебя. Опять завел этот дурацкий разговор, что тебе будет лучше его служанкой, а не моей.
– И что же вы ему сказали?
– Чтобы не смел даже надеяться. Чтобы просто забыл о тебе, и никогда больше не вспоминал.
Лейтон наконец-то посмотрел на меня, и этот взгляд никак нельзя было назвать равнодушным.
– Майор Уинфорд, вы слишком отвлеклись, – я легко притронулась к его плечу, смахнув несуществующую пылинку, и тут же убрала руку, за которую он собрался меня на полном серьезе схватить. – Ваш отец только что сказал, что сейчас произнесет в вашу честь тост.
Лейтон с явной неохотой отвернулся и принялся слушать хвалебную речь Нормана, который явно очень гордился своим сыном.
Но вид у ректора при этом был такой, словно мыслями он далеко.
Далее банкет пошел своим чередом, и я даже как-то понадеялась, что спокойно и без приключений смогу дождаться его окончания и удалиться к себе.
Бабуля Клавдия частенько говаривала, что, к сожалению, порой я бываю излишне оптимистична…
В какой-то момент слуги понесли второе горячее, а может, уже и третье – я сбилась со счету.
Драконы ели много, ели роскошно.
Это был тыквенный крем-суп с морепродуктами – достаточно большая порция, поданная каждому гостю отдельно в бульоннице с ручками.
Едва суп Кристалины оказался перед ней, она якобы нечаянно, а на самом деле с точным расчетом взмахнула локтем, и чашка с глухим стуком раскололась о красивую плитку пола, расплескав по нему густое ярко-оранжевое содержимое, в котором плавали щупальца и прочие части тел беспозвоночных.
При этом на ее роскошное платье ни капли не попало.
Это ведь надо еще уметь – с такой точностью уронить!
– Эй ты, низкосортная… Живо убери!
Взгляд темно-синих глаз сапфировой был направлен прямо на меня.
– Ты же, наверное, голодная, да, бедняжка? Вон какими жадными глазками смотришь на стол. Разрешаю тебе попробовать мою порцию… Если слижешь с пола. Хоть так нормальную еду попробуешь…
В окружающей суматохе большинство гостей не обратили на нее внимания, но те, кто сидел рядом, с интересом прислушались.
Криста улыбнулась, весьма довольная собой.
В следующий момент раздался жалобный звон.
Это в руке Лейтона треснул бокал с вином.
Вино, алое, точно кровь, обагрило снежно-белую скатерть.
– Это моя личная служанка, – в воцарившейся тишине проговорил он. – И она выполняет только то, что велю ей я.
– Так прикажи ей убрать с пола, милый… Для чего же еще она нужна?
– Она не будет убирать за тобой, Кристалина, – Лейтон смотрел на Кристу холодными голубыми глазами. – Еще раз попытаешься ей приказать – пожалеешь.
Все окружающие, включая меня, прямо-таки почувствовали, что в зале повеяло арктическим холодом.
Я бы даже сказала, сорокоградусным морозом.
В ярко освещенной зале как будто стало темнее – по углам сгустились непонятно откуда взявшиеся тени.
А генерал Норман Уинфорд перевел задумчивый взгляд с Кристалины на Лейтона, а потом на меня.
Задумчивый и какой-то нехороший.
Прищуренный.
Молчаливый слуга Кристы – Ноа, принялся споро и ловко убирать тыквенное безобразие с пола, а генерал Уинфорд вдруг пару раз ударил вилкой по своему бокалу, привлекая всеобщее внимание.
– Уважаемые гости, прошу внимания! У меня для вас важное заявление…
ГЛАВА 67
Норман кашлянул, как бы дожидаясь, когда все затихнут и торжественно продолжил:
– Этот бокал я хочу поднять за, без преувеличения, самую прекрасную девушку в этом зале, невесту моего сына – Кристалину Вадэмон. Моя будущая невестка – настоящая высококровная дракайна, пример подражания для всех девушек в империи. В ней сочетаются сила духа и нежность души, решительность и изящество – именно такие качества делают Кристалину будущей достойной спутницей моего сына. В скором будущем им предстоит создать прекрасную семью, в которой будет царить гармония, мир, лад и любовь, и они порадуют нас наследниками с сильной, магически заряженной кровью.
Кристалина внимала генералу, слегка улыбаясь, как будто не были никакого пролитого супа, ее вопиюще вульгарной грубости, и тех слов, которые Лейтон процедил ей сквозь зубы.
Сам ректор же слушал отца, глядя почему-то на меня.
– С огромной радостью объявляю всем присутствующим, что это будущее наступит еще раньше, чем все мы предполагали! – продолжал генерал. – Как многие знают, соглашение об этом браке заключено нашими семьями очень давно. Нельзя и дальше откладывать это богоугодное дело! Сейчас настало время претворить его в жизнь, и связать Лейтона и Кристалину супружескими узами. Итак, в конце этого учебного полугодия, в день зимнего солнцестояния произойдет официальная помолвка моего сына, Лейтона Уинфорда и леди Кристалины Вадэмон!
Все возрадовались, захлопали, принялись чокаться, словно солнцестояние уже наступило.
Криста счастливо засмеялась, не скрывая бурной радости.
А вот Лейтон внимательно посмотрел на отца, и сразу же отвернулся.
Эта информация явно была для него новой.
Или мне показалось?
– А сейчас хочу попросить мою великолепную талантливую невестку усладить наш слух дивной музыкой, – благодушно закончил Норман.
– С удовольствием, генерал Уинфорд.
С кроткой улыбкой Криста подошла к роялю и принялась играть какую-то нежную плавную мелодию.
Это было красивое зрелище – блондинка в роскошном синем платье, вызывающая своей музыкой в душах покой и умиротворение.
Я в первый раз слушала Кристу и отметила про себя, что она играла действительно хорошо – технически верно и аккуратно.
Мелодия была о любви, о тонких изящных чувствах – неспешная, вдумчивая.
Пока Криста играла, я убрала осколки расколотого Лейтоном бокала, а потом смоталась для него за влажным полотенцем, чтобы вытер руку от пролитого вина.
Но сам он делать этого почему-то не стал, кивнул мне.
Я хладнокровно и тщательно выполнила данную процедуру и вновь застыла за его спиной в ожидании высочайших поручений.
Когда сапфировая закончила, то генерал Уинфорд встал, хлопая ей, и все остальные тоже