Задумавшись, словно вспоминал, секунд через пять Бэсфорд кивнул. Снова внимательно посмотрел на меня, какое-то время раздумывал, а потом спросил:
— У тебя есть подруги?
— Подруги? — переспросила с легкой оторопью и чуть напряглась. Затем старательно задумалась и неуверенно пожала плечами. — Наверное, нет. Есть знакомые. Есть бывшие однокурсницы. При встрече здороваемся, но не более. А что?
— Почему? — спросил снова. — Ты довольно коммуникабельна и с интересным, живым характером. Привлекательна, умна, находчива…
— О, — я изобразила дикое смущение, на самом деле не представляя, как правильно реагировать на такие слова. — Перестань.
Ну а потом просто пожала плечами.
— Не знаю. Не сложилось. Сначала училась, потом работала. Пока жила дома, — невольно помрачнела, вспомнив местную мать, — совершенно не было времени на нормальную личную жизнь. Подруги — это ведь не просто познакомились и как давай дружить, это и совместные посиделки, и совместные прогулки… А меня мать каждый вечер дома со скандалом ждала, лишние пару минут задерживаюсь — упреков на час. Не рисковала. На свой угол денег не было. Сейчас-то случайно сообразила в общежитие попроситься. Как-то так…
Бэсфорд нахмурился и покачал головой, причем я не поняла, просто так или с осуждением, а он уже задавал новый вопрос:
— Останешься сегодня на ужин с ночевкой? Думаю, стоит завтра снова пригласить мадам Николетту, чтобы заказать тебе платье для приема в императорском дворце. Первое попавшееся платье не подойдет, для подобных мероприятий свой особый протокол.
— Даже так? — удивилась. — Да, я тоже уже думала о том, чтобы обратиться в ее ателье, даже узнала адрес у Кэтти. Хотела дойти на днях. Представляешь, — усмехнулась, — вместе с пригласительным в конверт положили чек аж на сто золотых. Предусмотрительно и невероятно любезно с их стороны, правда? Я вот только не пойму: это платье должно стоить столько или в общей совокупности, включая чулки и украшения?
Приглушенно хмыкнув, дракон пожал плечами.
— Не знаю. Думаю, всё очень индивидуально. Кто-то на эти деньги с легкостью приобретет весь наряд, может даже и не один, а кто-то только туфли. Сумма на самом деле весьма… средняя.
— Четыре моих зарплаты! — не выдержала и цокнула.
— И всего треть моей, — пожал плечами. — Это я ещё не говорю о других доходах, которые идут с земель и предприятий. Для кого-то и золотой деньги, а для кого-то и тысяча пустяк.
— Да я понимаю, — вздохнула, как никогда резко ощутив финансовую и социальную пропасть между нами. Но расстраиваться не спешила. Я никогда не была богатой, всегда полагаясь только на себя, так что и сейчас не торопилась рвать волосы на пятках.
И предпочла спросить:
— А у тебя есть друзья?
— Друзья? — переспросил дракон, как я совсем недавно. Задумался надолго и всерьез, и только через несколько минут ответил: — Нет, к сожалению, нет. Раньше были. Но кто-то уже погиб, а кто-то… — он грустно вздохнул, — оказался не так чтобы другом. Приятели есть, знакомых полно. Коллег хватает… А вот друзей, к сожалению, сохранить не удалось…
Чувствуя, что мы уходим в какое-то резко грустное пике, я поторопилась сменить тему.
— А что особенного должно быть в платьях для императорского приема?
Вот тут мне прочли на диво развернутую лекцию о том, что это должны быть определенные ткани определенных цветов, а еще фасоны платьев тоже должны быть очень даже определенными, ну и плюс ко всему, если есть награды, то их необходимо на такие балы на себя надевать. Мужчины обязаны быть в мундирах.
— Скучно, наверное, будет, да? — предположила заранее унылым тоном.
— Будет фуршет и танцы, — чуть улыбнулся ректор. — Но официальная часть скучновата, согласен. Однако, без этого никуда. Это часть нашей страны, нашего великого единства и могущества. Так что, — на меня наставили палец, — постарайся во время официальной части вести себя подобающе.
— Постараюсь, — заверила абсолютно серьезно, даже и не думая иронизировать.
Всё-таки я не ребенок и понимаю, как важно чтить официальную власть, даже если кажется, что она глупая и скучная. Тем более тут она вроде бы очень даже уважаема.
Наконец, мы добрались до особняка Бэсфорда и, разойдясь по своим комнатам, освежились и переоделись в домашнее, чтобы уже через час встретиться в столовой за ужином. Сегодня настаивать на том, чтобы посидеть в кабинете за бокалом виски, я не рискнула, вместо этого попросив умную книгу о тварях, и до самого вечера содрогалась от омерзения, изучая подробную энциклопедию с картинками, в которой описывались десятки видов самых распространенных монстров нашего региона.
Никогда не любила ужастики!
К счастью, психика у меня была крепкой, и ночью я спала спокойно, без лишних красочных сновидений. С утра позавтракала в компании подозрительно сонного Вэйланда, потом пришла мадам Николетта и мы до самого обеда моделировали и сочиняли с ней «то самое» платье, в котором я пойду на императорский прием.
Получилось очень даже стильно. Серебристо-черное, скроенное по косой, с отсылкой на мужской мундир, оно было строгим и одновременно элегантным, достойным того, чтобы выгулять его лишь раз, потому что такие вещи создавались именно под одно-единственное мероприятие. На следующее шилось уже другое.
Исключительно интереса ради поинтересовалась, в какую цену будет это платье, на что мадам Николетта сначала заявила, что уже всё оплачено лордом Бэсфордом, но потом всё-таки призналась, что итоговая цена со всей галантереей (шнурами, шитьем и пуговицами) составит порядка двухсот золотых.
Вот тут я сглотнула и заткнулась.
Подумала даже, что превращаюсь в содержанку своего собственного шефа, потому что, как ни крути, а он совершенно не обязан был обеспечивать меня этим нарядом за свой счет, но бежать и скандалить не стала. Платье уже шьется, а вставать в позу и заявлять «я не такая»… ну, такое себе удовольствие. Только отношения портить.
Зачем?
Я уже поняла, что деньги для него не главное. Главное для него — человеческое отношение.
А ведь на самом деле он так одинок…
Поймав себя на мысли, что тоже далеко не душа компании, но меня это совершенно не тревожит, а всё потому, что умудрилась сама найти себе привычное занятие «позаботься о начальнике», и чужая личная жизнь в итоге для меня ценнее собственной, крайне нехотя констатировала, что у меня синдром «наседки». И это не то чтобы сильно хорошо.
Вот как-то даже и не знаю, что я буду делать, когда эту самую личную жизнь ему устрою? Найду себе нового подопечного? Например… Эйприл?
Подумав о главной героине, которая, на мой взгляд, была слишком хороша