Под крики столпившихся зевак, на нетвёрдых ногах ковыляю к — во дела! — нетронутым вещам. Подхватываю скарб и устремляюсь к группе кабинок — отжать купальник и избавиться от промокашки между ног: совсем про неё забыл в эмоциональном порыве. Наперерез мне мчатся высадившиеся с катера спасатели, непонятно только зачем. Искусственное дыхание сделать? — как-нибудь обойдусь без «поцелуев» рот в рот. Успеваю скрыться в кабинке раньше них в надежде, что не полезут следом. Не полезли.
Кабинки здесь не чета тем, воспоминания о которых я вынес из детства. Те — проржавевшие, превращённые в туалет, конструкции, зайти в которые было равносильно подвигу. И местные — чистые, с множеством вешалок на стенах и удобными скамеечками. А ещё, с душем и одноразовыми полотенцами. И всё это великолепие в просторных пластиковых боксах!
Долго, с чувством отжимаю мокрую ткань, потом пробую единственный кран на предмет воды в трубах — работает! Вода идёт тёплая, нагретая солнцем в баке на крыше, но мне и этого достаточно. Смываю с себя соль и ополаскиваю купальник. Обтираюсь. Поколебавшись, натягиваю влажную тряпку обратно на тело и выхожу к заждавшимся «фанатам». Изобразив на лице недоумение, оглядываю присутствующих, мол, «А что это вы тут делаете?».
— Агасси, с вами всё в порядке? Позвольте вас осмотреть, — тут же набрасывается на меня один из спасателей с дурацким вопросом. Мотаю головой.
«Интересно, чего он надеется узнать из осмотра? Сколько литров солёной воды поместилось в желудке или насколько опустилась температура тела? Я что, так погано выгляжу?»
Вспоминаю своё отражение в зеркале на стене кабинки и мысленно пожимаю плечами — «Нормально выгляжу для бледнолицей!».
Помахивая экспроприированным полотенцем, возвращаюсь на пляж, устраиваюсь на песке, подстелив его под зад. Сижу, обсыхаю, подставив лицо полуденному солнцу. Озадаченные спасатели, помявшись, удаляются восвояси — ложный вызов. А что они сделают? Купаться не запрещено, — красного флага не видно — я не тонул и на помощь не звал. А то, что им привиделось с китами — то блики на солнце. И ваще, я к этим «рыбкам» ни ногой не приближался — плавал себе вдоль берега. Потеряли из виду? — на такой волне это немудрено.
Приступ, конечно, невовремя случился, в момент максимального единения с этими невероятными существами. Грация и мощь! Но врождённый инстинкт заставил их скрыться от двуногих, стоило уловить шум мотора, а негативные эмоции, транслируемые в тот момент, послужили катализатором. И всё из-за неуёмной жажды наживы у двуногих, с незапамятных времён относящих некоторые части китовых туш к ценным материалам. За многие поколения эти морские млекопитающие выработали стойкую неприязнь к людям, и ничего, кроме опасности, от них не ждали. И этот раз не стал исключением. Правда, нет худа без добра — незнамо из каких закоулков подсознания, игры с китами вытащили на свет песню, собственно, спровоцировавшую припадок. И сейчас эта песня звучала у меня в голове, под видеоряд из незнакомого Корейского фильма.
Охота на кита (Перевод с Корейского):
Даже если я пью, пою и танцую,
Моё сердце наполнено лишь печалью.
Что же мне делать? Я смотрю вокруг,
Но всё, что я вижу, — все отвернулись.
Поехали к Восточному морю. Третий класс, местный поезд третьего класса.
Еду в поезде.
Мир снов, которые я видел прошлой ночью,
забудется, когда я проснусь утром.
Но всё же, один сон, который я помню,
— это маленький, красивый кит.
Поехали к Восточному морю, чтобы поймать кита, дышащего как миф.
Даже если наша любовь разобьётся,
Даже если мы потеряем всё сразу.
В наших сердцах определённо есть один красивый кит.
Поехали к Восточному морю,
Чтобы поймать кита, дышащего как миф. Поехали к Восточному морю, чтобы поймать кита, дышащего как миф.
https://www.youtube.com/watch?v=j8hRaEuuuBY
https://rutube.ru/video/private/525c6951a94a741c855eccc4b92eb65e/?p=VVUEpbgW8dDdB2mcK8SMGA
Ни фильма, ни песню я раньше никогда не видел и не слышал, но после приступа абсолютно точно знал их названия и краткую историю создания — как будто, в википедию заглянул. Песня была превосходной, с глубоким смыслом, суть которой заключалась в выражении бунтарского духа молодёжи времён тоталитаризма в Стране утренней свежести, через гипотетическую охоту на неуловимых морских гигантов, нарушая, при этом, закон, запрещающий китовый промысел. Что называется: рискни, поймай! Ну а фильм был ярким отражением действительности, той, несомненно, тёмной вехи в истории республики. И саундтреком к нему как раз шла «Охота на кита». Такая песня отлично впишется в наступающий праздник, особенно, если подходящий исполнитель с баритоном найдётся. Родителям должно понравиться, учитывая её популярность в Корее того мира. Осталось записать слова и ноты: где там моё приложение?
Лезу в смартфон и с удивлением обнаруживаю на нём отсутствие нужной программы. Потупив несколько секунд в экран, наконец, осознаю в чём тут дело. Вот болван, телефон то другой! К счастью, мой «блокнотик» представлен и в яблочном сторе, а после установки и синхронизации с аккаунтом, даже «вспоминает» все предыдущие записи — вот и отлично, заодно, перенесу в него и «Лаванду» из обычного блокнота.
За нахальным плагиатом я не замечаю, как пролетает время, а опоминаюсь лишь от прилетевшей смс-ки от Оби:
13:58 # Через час жду тебя возле школы, идём репетировать!
Тут уж я подрываюсь словно ужаленный. Ещё бы, я сейчас на двухчасовой автобус опоздаю! На ходу напяливая платье и проклиная всех сестёр на свете, несусь к заветной остановке. Увы. Второй раз за день тот показывает мне свою жопу. Машу ему вслед, но теперь с досадой. Что делать, пешком идти? Я и за два часа не пройду пятнадцать километров!
Автомобильный гудок выводит меня из состояния прострации. Отрываю взгляд от удаляющегося пузатого силуэта, поворачиваюсь в сторону сигналящего. За рулём старенького седана — чистокровного корейца, судя по шильдику, обнаруживаю давешнего ачжосси — мастера красивых слов — «Преследует он меня, что ли?». Но деваться некуда — ну не идти, в самом деле, пешком? — надо пользоваться возможностью. Старик дожидается пока я займу место заднего пассажира и пристегнусь, затем плавно трогается. Спустя пару минут мы уже обгоняем сбежавший автобус.
Ловлю взгляд старика, а затем и его улыбку, когда он поправляет салонное зеркало.
— Ты надела платье наизнанку. Можешь переодеться, я не буду смотреть, — произносит ачжосси, и отворачивает зеркало в сторону, так, чтобы в него не отражалась задняя полусфера. Чертыхнувшись, следую его рекомендации, хотя, мне всё равно, будет он глазеть или