Я буду жить ради неё, ради нашего ребёнка, который будет нуждаться в отце. Я все изменю. Сегодня я совершу последнее преступление.
Только вот что-то все равно останавливает. Я знаю, что мне нужно его убить, но впервые я ощущаю страх поимки, а совесть пытается заключить со мной сделку. Я стал слабым, раньше ничего не боялся, а сейчас мне есть, что терять и меня даже трясти начинает.
Я бросаю в сторону своего бывшего друга, который продолжает лежать в отключке и понимаю, что этот человек отобрал у меня одного родного человека, но подарил другого. Он вряд ли выживет с таким ранением на шее.
Его можно просто оставить здесь умирать.
— Камиль! — слышу я громкий голос Арины. — Нет! Я сказала, нет! Мы должны вызвать скорую! Это неправильно, не по-человечески!
Девушка подбегает ко мне и дергает за руку, пытается увести меня подальше от своего отца.
— Я сказал тебе сидеть в машине, — напоминаю.
— Нет, я тебе этого не прощу. Посмотри на него… — всхлипывает девушка. — Ты осуществил свою месть, дальше пусть Бог решает спасать его жизнь или нет. Мы должны вызвать скорую.
Отец беременную собрался отдавать ее за пацана, о котором ходят не самые лучшие слухи. Вот так просто, взял и бросил ее. А она сама вонзила в него осколки. И до сих пор защищает.
— Блять! Арина! Ты делаешь из меня слабака, — говорю как есть.
— Это не так, я люблю тебя, Камиль, но я не хочу, чтобы на наших руках была кровь моего отца… — вновь в ее глазах стоят слёзы. — Пойми меня.
Эти разборки не для неё. Она слишком хорошая, слишком добрая, не знающая о кровавой мести. Кровь за кровь, жизнь за жизнь, в бандитском мире всегда были такие правила. Не я их придумал.
Но все меняется. Я больше не с ними, я не главарь банды уже давно. Предателя нужно было убить ещё семь лет назад, но я не смог этого сделать из-за некоторых обстоятельств, а сейчас не могу из-за его дочери.
— Мы уедем, прямо сейчас. Через пару дней мы будем в другой стране и ты никогда в жизни сюда не вернёшься. Никогда. У тебя больше нет никаких родственников. Ты готова на это?
Арина вздрагивает. Я знаю, что это серьезное решение. Она буквально должна отдать мне свою жизнь. Довериться мне. Я принял решение идти до нового конца. С ней за руку.
Арина поднимает на меня свой чистый, такой открытый взгляд и мне прямо сейчас хочется ее зацеловать до потери сознания.
— С тобой я готова поехать куда угодно, — шепчет она и во мне просыпается радость.
Но нам некогда праздновать начало наших серьёзных отношений, сначала мы покончим со старой жизнью.
Перетаскиваю ее отца в машину, забинтовываю его рану, из которой идёт кровь, чтобы дать ему ещё один шанс на его никчёмную жизнь.
Когда делаю это, то чувствую, что меня отпускает. Ненависть отступает. Я знаю, что жизнь его сама накажет. Вот-вот.
Мы вызываем скорую помощь и уезжаем. Давид помогает нам с необходимыми вещами, передаёт свою машину, мы прощаемся с ним и его женой, Ладой, желая им счастливой, а главное спокойной жизни, отправляемся в дорогу.
У Давида до сих пор нерешенные дела с Варшавским, по поводу их общего завода, но у меня все же есть хорошие старые связи, которые помогут ему защитить свою долю и забрать ту, что была получена Пашей.
Всю долгую дорогу, малышка не может сомкнуть глаз, вижу, что переживает, отворачивается, чтобы я не заметил, как она вытирает слёзы.
Я могу ее понять. В одно мгновение ее жизнь поменялась, ей пришлось оставить все то, к чему она привыкла, а все ради мужчины. Я буду ценить этот ее поступок и оберегать до самой смерти.
Решаю остановиться в отеле, чтобы передохнуть, потому что сам уже устал. Мне бы принять ванную, хорошо потрахаться со своей женщиной и уснуть. Завтра нас в России уже не будет.
— Это не опасно? — спрашивает девушка, когда мы оказываемся в номере отеля.
— Что именно?
— Вдруг нас найдут… — тихо шепчет.
Ей не нужно бояться. Когда она со мной рядом, ей ничего не угрожает.
— Арин, все хорошо, мои знакомые контролируют ситуацию, твой отец уже в больнице, до сих пор не пришёл в себя.
— Ох…
Было бы отлично, если бы и не пришёл, но как сказала Арина, на все воля Бога. Надеюсь Варшавскому хватит ума не искать нас, когда он придёт в себя.
Я дал один шанс, второго не будет.
Подхожу к девушке и тяну к ней руки, желая уже поскорее прикоснуться к ее гладкой коже.
— Давай я тебя раздену.
— Зачем? — не понимает она, продолжая быть в своих мыслях.
— Мне не нравится, что ты все ещё в этом платье, — произношу с недовольным рычанием. — И нам нужно искупаться.
Глава 32
Арина.
Камиль все же за мной вернулся. Не мог сделать по-другому, я с самого начала это знала, но отец все же заставил меня усомниться в своём мужчине, из-за чего мне совестно.
Его так долго не было рядом, что меня прямо сейчас накрывают новые эмоции, когда мы остаёмся наконец-то наедине, в этом простеньком, но уютном отеле, который попался нам на дороге.
Вот смотрю на его лицо и меня волнами пронзает сильной любовью и благодарностью за то, что он меня забрал, не позволил трагедии произойти.
Только сейчас я начинаю немного отходить от того, что произошло. Я ранила отца, который готов был вспороть мне живот, лишь бы спасти свою шкуру. Это ужасно, никому не пожелаю через подобное проходить. Возможно эта травма ещё во мне отразиться, но я надеюсь на то, что Камиль мне поможет справиться с негативными последствиями.
Я чуть не стала женой того, кого никогда бы не смогла полюбить…
Опускаю руки на свою платье, вижу на нем брызги крови и вздрагиваю, толи от прохладного ветра, что проникает в открытое окно, толи от воспоминаний, от которых будет сложно избавиться.
— Знаешь, я всегда хотела надеть свадебное платье, но думала, что пока я не добьюсь высот в балете, пока родители не станут мной гордиться, этого не произойдёт, — делюсь я с мужчиной своими мыслями.
— Ты обязательно его ещё оденешь, а от этого нам нужно избавится, — говорит Камиль и неожиданно дергает за верх, мгновенно его разрывая.
Заставляет поднять руки, чтобы