— Месть ради мести бессмысленна. Продавить нас они не могут. А вот всё остальное, что ты говорил про живых — покушать и так далее… Хорошая легенда. Ах-ха-ха. Как же там было? А, нет, не помню дословно.
— Я помню, отец, и всегда помнил, — раздался голос сына мэра.
— Когда все забудут вкус жизни,
Когда все привыкнут не жить,
Когда все склонят спины,
Придёт молодой бог.
Его цель — спасти одно.
Его возможность — спасти одно.
Его судьба — спасти одно.
Но миров много — куда же идти?
Выбор он сделает не глядя;
Выбор он сделает зря;
Выбор он свой проклянёт;
Уйдёт бог на рассвете,
Уйдёт, проклянув всё на свете,
Уйдёт по выжженной планете…
И не жди, и не стой…
Закончив декламацию, орк сел на место.
— Милый стишок, — улыбнулся я во все тридцать два зуба. На меня смотрели квадратные глаза. Много квадратных глаз. — Ваше счастье, что я не бог! А так — очень красиво и интересно.
— Ты уверен, что ты не бог? — не уменьшая глаз, спросил мэр.
— Уверен. Но я имею вам кое-что сказать. Скажите, у вас есть что-нибудь типа собрания всех планет и так далее?
— Раз в год — «Великая Сходка». Там правители планет обсуждают все проблемы и планы на будущее.
— Название — блеск! — в мыслях я дал себе ладошкой по морде-лицу. — Как туда попасть?
— Ах-ха-ха! Смешной маленький человек, — усмехнулся орк. — Только правители планет туда вхожи — и пара его советников, по его выбору.
— Мне нужен ваш правитель! — твёрдо выдал я. — У меня есть то, что его заинтересует и не оставит равнодушным. То, от чего он не захочет отказываться.
— Поверь, маленький человек, у правителя есть всё!
— Да? — усмехнулся я и, перепрыгнув через стол, встал возле сына мэра. — А такое у него есть?
Резким и быстрым движением я засунул в орка красный камень и тут же влил сорок пять капель. Орка выгнуло дугой, он упал на пол — правда, не совсем сам. Его толкнул я, потому что мне в спину прилетело какое-то заклинание. Чёртов шаман снёс сразу тридцать капель щита. Из шести сотен — так что пляшем!
Орк-папаша недаром лишил себя всей излишней ткани. Его скорость была превосходна: три из пяти ударов мне приходилось блокировать, от двух я умудрялся уклоняться. И это сейчас, когда в моём организме сразу три сотни силы! Я решил впитать сразу всё.
А знаете почему? Да потому, что все мои орки вдруг резко взбунтовались и накинулись на меня.
Вот этого я вообще не понял — какого хрена происходит⁈ Они же должны понимать, что я делаю. А тут увидели родню — и сразу нож в спину. Обидно! Зато теперь точно знаю, кому нельзя доверять.
За такими нехитрыми мыслями меня пытались убить сразу шесть орков: магия, стрелы, мечи и кинжалы. В меня кидались, стреляли, били и кололи. А я, напитанный силой по самое «не балуй», вертелся жирным ужом — пока не раздался звонкий голос молодого орченка:
— Отец! — все в комнате замерли. — Я! Я! Я живой! Я хочу есть! Отец! Он вернул мне жизнь! Отец!
Глава 21
— Ясен-красен, вернул жизнь, — тяжело выдохнул я, пользуясь общей заминкой, споро пополняя запас сил и щита. В последнем осталось меньше десятка капель. — Причём, прошу заметить, сделал это бесплатно и по своей воле. Но предвижу ваши вопросы и говорю сразу: это была бесплатная акция. Аттракцион невиданной щедрости. Далее — только за деньги.
— И сколько ты хочешь, алчный человек? Сколько надо килограмм золота за одного живого орка?
— Вы меня неправильно поняли, уважаемый Ёрт, — я заполнил все резервы, восстановил щиты и, подняв один из перевёрнутых стульев, сел. — Мне это золото — как собаке пятая нога. Я уже сказал, что мне надо! Мне надо попасть на ваше собрание всех планет — Великую Сходку? Вот туда мне и надо!
— Ты очень не вовремя — сходка была месяц назад. Так что это теперь будет не скоро. Я предлагаю десять килограмм чистейшего золота за одного орка.
— Да хоть двадцать и алмазов! Устрой мне встречу с правителем вашей планеты! Надо собрать внеочередную вашу сходку! — тупость орка начинала бесить.
— Я могу и силой тебя заставить! — орк поудобнее перехватил меч.
— Отец! — раздался голос Ёку́на, сына мэра. — Нам нельзя становиться живыми!
— Устами младенца глаголет истина, — я картинно поаплодировал. — Ваш сын мыслит в корень.
— Великое пекло… — мэр схватился за голову и тоже сел — только на стол. — Я же забыл, в каком положении наша планета.
— Вот и я в шоке от положения вашей планеты. Вечные дозорные — чудесно устроились другие планеты, однако. Так вы им ещё и жрачку даёте. Там вообще берега потеряли? — меня распирал праведный гнев.
— Но что же тогда ты хочешь предложить? И внеочередных сходок не было после стабилизации ситуации с машинами, — на скелета было жалко смотреть, он чуть не плакал.
А вот его сын, напротив, ползал по полу, подбирал еду и смаковал её. Каждый укус — он закатывал глаза, мелко трясся и блаженно постанывал.
— Веди меня к вашему правителю, — подмигнул я орку. — Будем исправлять несправедливое положение вашей планеты.
Сразу мы не отправились — мне нужно было разобраться с моими живыми зелёными друзьями. Они стояли кучкой, опустив головы и шаркая ножками. Больше всех волновался Ферлингх — ведь он уже косячил, когда я наделял даром Серкача.
— Ну что, братцы-кролики, прикажете с вами делать? Косяк, однако, — обратился я к оркам, пока скелет-отец ощупывал живого сына.
— Инстинкты в нас сильнее здравого смысла! — ответил за них Ёрт. — Не вини их, они ещё совсем молоды.
— И ты хочешь, чтобы я доверял им свою жизнь? — я вскинул бровь, глядя поочерёдно на каждого собравшегося.
— Простите нас, — шмыгнула Кантра носом. — Не убивайте и не лишайте братьев силы. Пожалуйста.
— Боюсь, — я сделал картинную паузу, а Кантра пустила слезу, — наши дорожки с вами теперь разойдутся. Здесь много миров, и, я так понимаю, есть ещё миры орков. — Ёрт кивнул. — Довериться вам ещё раз у меня нет никакого желания. Живите, как умеете.
Я достал из «холодильника» кошель, который мне вручил княжич Бестужев, и отдал его Кантре.
— Здесь не много, но, думаю, на первое время вам хватит, — безэмоционально произнёс я.
Что-то ещё говорить не имело смысла. Кантра тихонько плакала, а остальные орки с сожалением смотрели мне в спину. Может,