Пошлепал! Значит, все-таки, невыполнимое условие стало причиной бездействия.
— Лягух, повернись к северу.
Бездействие. С другими сторонами света та же история, вызванный питомец не реагирует. Видимо из-за того, что здесь могут в принципе не существовать понятия сторон света.
— Если я подниму левую руку — прыгай. Если подниму правую — пригнись.
Ждет. Я поднял левую руку — бездействие. Поднял правую — бездействие. Значит, команды если-то им не выполняются. Ладно…
— Потри мою руку своей лапой три раза.
Команда исполнена в точности. Значит, понятие счета и указание количества повторений исполняются четко.
Я записал выводы… но не понимаю. Это, по сути, ограниченный четырьмя часами вызова будильник, или тайный, почти незаметный источник сигнала и связи. Более того, несмотря на то, что мои команды используют мои знания, его можно использовать как навигатор. Собственно, благодаря ему я и жив.
Можно использовать его для проверки ловушек. Например, отправить на две сотни метров вперед и заставить вернуться. Слабенькое утешение, но хоть какое-то, что путь может быть безопасным. Было очень жалко, что он игнорирует условия и просто не выполняет команду, если задача озвучена с таковыми. Это бы тысячекратно расширила возможности.
Также, лягушонок может выполнять какую-то монотонную работу. Не знаю пока, правда, какую, но то, что он принес камень и сумел поднять стаканчик — уже говорит о многом.
— Исчезни. — Дал я команду, которая должна прервать выполнение навыка.
Так и случилось, вызов прекратился, лягух исчез без следа. Было наивно полагать, что я отыщу супругу таким тривиальным образом. И делать нечего, но придется думать над тем, как выжать максимум пользы из выбранного во имя спасения навыка.
Но завтра.
Вырубился я без задних ног. Снились кошмары, видать, прошедший разговор по душам у костра и мой вчерашний срыв повлияли, так что проснулся я под утро и чувствовал себя ужасно паршиво и разбито. Сколько именно проспал — не понял, но с улицы все еще тянуло холодом, а сквозь щели и дырку в потолке было видно лишь густую мглу.
Ощущение оказалось обманчивым, и проснулся я, вероятно, самый последний, так как все не раненные обитатели этого лагеря уже сновали туда-сюда. Моя заспанная и явно недовольная морда вызвала оживление, короткие приветствия и прочий разброд и шатания. Что угодно, лишь бы не работать.
Засунув голову обратно, я оделся подобающе погоде и выбрался наружу.
— Погода полный отстой, такое ощущение что вот-вот снег пойдет. — Сплюнул Дима, удерживая подмышкой вязанку каких-то палок.
— Угу. — Кивнул я. — Что тут у вас?
— Да так, по мелочи. Разобрали ту страшную кучу, — он вскинул голову в сторону того места, где она, предположительно, была, — запасаемся камнями, дровами, палками, травами, едой. Всем, что найдем поблизости.
— Я вчера весь день забор делал. Укрепил там камнями, где слабо было, колья заменил на те, что покрепче. — Добавил Боря.
Мне показалось, или у него царапины уходят под мантию с ключиц к спине? Личная жизнь налаживается? Ну да не важно.
— Понял. По поводу вчерашнего. — Начал я, но Дима покачал головой и оборвал меня на полуслове.
— Не надо, вчера был ублюдский день, все вели себя как мудаки. Ты как ушел, мы поговорили еще, прикинули к носу, что у нас тут и как. Всем надо это дерьмо разложить по полочкам, вот и повзрывались, как брага перезревшая.
— Фига ты… винокур. — Ухмыльнулся я.
— А то! — Сверкнул винирами Дима, которые давно бы пора почистить. — В общем. Не держи на нас зла, не думаю, что кто-то всерьез считает тебя злым или виновным в травме Тохи.
— Еще бы вы так считали. Костей не соберете. — Шутливо пригрозил я кулаком. — Ну ладно, проехали. Я тоже вчера наговорил всякого. Извините.
— Брось. Ну, шеф, — выдал он энергично, — какой план на день?
А он у меня был. Частокол — это хорошо. Это, возможно, защитит нас и наши нежные пятые точки от покусов мутировавшими волками. Нам нужен обзор, желательно постоянный. Дежурство-то мы организовали, но вот просматриваемость наша околонулевая. Кругом лес, в сумерках и ночью не видно ни зги, потому я предложил построить дозорную вышку.
— Охренеть, а как ты собрался это делать? — Спросил Дима.
— Типа, у нас же нет ничего, Марк. Ты, конечно, лапочка и очень амбициозен, но как? Я больше в воздушный шар поверю, чем тебе удастся возвести здание. — Улыбчиво и с нескрываемым ядом дополнила Катя. Двуличная змеюка.
— А на Руси как срубы-то строили? Бревно на бревно, и так уж случилось, что я могу делать идеально ровные канавы. А направляющие, как они там, блин, называются… ну, напилим пилой?
— Шканты, вроде бы. — Постучала Катя себе пальцем по кончику носа.
— Так это… Деревьев нужно — мама родная! — Воскликнул Борис.
— Но нам ведь и не нужно полноценный дом строить. Несколько опор, друг на друга, внахлест, и платформу на высоте. Вот и смотровая площадка тебе. — Объяснил я буквально на пальцах, жестикулируя и показывая, как именно ее можно возвести.
— А стоит тратить на это силы? — Спросила Катя. — Это будет сложнее, чем все, что мы делали ранее. Не хочу вас, мальчишки, расстраивать и отбирать игрушку, но у нас тут не особо много времени. Я бы лучше рейд на охоту собрала, навыки прокачать, очков добавить, прикупить что-то полезное.
— Ты права, и мы обязательно пойдем на охоту. Но есть проблемы. — Начал я, добавляя в мед деготь. — Антон в ближайшее время не боец. Варя — тоже. Жене и Боре нужно качаться, и если со здоровяком все понятно, он пойдет, то Женя больных не бросит. А сейчас над нами другая проблема зависла, причем дамокловым мечом.
— Это как? — Глаза Димы расширились.
— Это так, что тут по лесам шастает чучело не менее страшное чем-то, что вы сегодня складывали в склад, разобранное по запчастям. И их много. Больше, чем сдержит любой частокол, да пусть даже каменные стены.
Народ задумался, и принялся выполнять какое-то действие, характерное только им. Дима чесался, Боря хмурил лоб, Катя наворачивала на палец локон.
— И что же нам делать? — Спросил Боря.
— Как — что? Я же сказал, строить вышку. Для опознавания угроз раньше, чем мы успеем свалить. Как поправятся наши двое, все на охоту и отправимся. А пока — работаем в лагере.
— Хотел спросить… — Дима как-то заговорщически улыбнулся и положил свою ладонь мне на плечо. — Сколько ж тебе очков отсыпали за этого гиганта с паучиной рожей?
— Нисколько. Убил его не