Однако я дала клятву.
Если я нарушу слово, Тиано сможет делать со мной что угодно – отнять имущество, принудить к труду, – пока назначенная цена не будет выплачена. Возможно, этого он и добивался с самого начала – чтобы иностранная принцесса оказалась у него в рабстве. Но это было бы слишком очевидно.
И хотя мне стоило бы в первую очередь волноваться о последствиях, думаю я о другом: что для меня значит нарушить данное слово? Как я могу служить кому-то добросовестно, если не держу обещаний? Как я могу верить в себя, если мое слово ничего не стоит?
– Я не могу, – отвечаю я. Энтеро за мной шевельнулся. – Я не могу это сделать. Заберите пьедестал.
Тиано внезапно шагает ко мне:
– Мы так не договаривались. Не было никаких условий, касающихся того, признаете вы мою цену посильной или нет. Вы заплатите цену, которую я назвал, или нарушите обещание. Сдержите клятву, которую вы дали мне перед духами.
Клятву, которую я дала ему, иностранному шпиону, старому и испытанному, повидавшему и знающему такие вещи, которые я и представить не могу. Тому, кто дал понять, что может проникнуть в мой дом, подобраться ко мне, когда ему вздумается.
Я полностью осознаю, что делаю.
– Я ценю то, что вы нашли и заполучили пьедестал, – говорю я. – Это ювелирная работа, я не могла и мечтать о таком.
– О, я знаю, – отвечает Тиано. – Мы сейчас не об этом.
– Об этом, – не отступаю я. – Я хочу, чтобы вы знали, как я ценю ваши усилия. Но хоть я и принесла клятву по доброй воле, ваши требования я не выполню.
Пульс учащается, но я не свожу с Тиано хладнокровного взгляда. Энтеро не двигается, значит, готовится вот-вот ринуться на мою защиту.
Тиано проводит рукой вдоль полки, берет маленький металлический шарик и перебрасывает из руки в руку – при каждом движении мячик издает в его ладони глухой стук.
– Я знаю ваших друзей, – беспечно заявляет Тиано. Тум. – Знаю, какие тайны вы храните. – Тум. – Свои и чужие. – Тум. – Я знаю, где вы ночуете: удивительно, но на территории поместья Кустио. – Он подходит ближе. – Вы сдержите свое обещание.
Я улыбаюсь той самой хищной улыбкой Лорвин. Я многому научилась за жизнь в Сайерсене.
– Нет, не сдержу, – отвечаю я. – А если вы захотите навредить моим друзьям, я встану у вас на пути, даже если это последнее, что я смогу сделать.
Тиано хмурится, между нами повисает молчание, и я чувствую лишь давление сердца и тяжесть воздуха, готового в любой момент расступиться от малейшего движения. Вдруг Тиано отшатывается.
– Хорошо. Мне нужно было убедиться, – загадочно произносит он.
Я пытаюсь перевести дух.
– Вы объясните, что тут происходит? – спрашиваю я фальшиво приветливым тоном.
Лицо Тиано прорезает свирепая усмешка.
– Хочешь дожить до моего возраста, умей вертеться, – говорит он. – Мне довелось узнать, что Кустио навестит сегодня свой маленький проект в Катастрофе. Прихвати ведьму и гида, чтобы за ним уследить. О, и не отходи далеко от своего… телохранителя, да, вот вы кто. – Он двусмысленно поигрывает бровями.
Не успеваю я придумать адекватный ответ, как он выпроваживает нас и захлопывает дверь у нас перед носом. Я таращусь на нее, потом перевожу взгляд на Энтеро. Он вздыхает.
– Не нравится он мне, – угрюмо произносит Энтеро, – но инстинкты подсказывают, что он говорит правду.
– Это не значит, что нам нужно туда идти, – говорю я. – Вдруг это ловушка?
Энтеро пожимает плечами:
– Вы все равно пойдете, и я не буду вас останавливать. Так что время не ждет.
Энтеро прав. Я ни за что не упущу такую возможность, а Ристери, Энтеро и Лорвин будут рядом, если что-то случится.
Спокойствие и страх. Но испытание, которое устроил мне Тиано… Как долго он его продумывал и для чего оно на самом деле?
Как долго он искал повод для надежды?
Возможно, сегодняшний день станет днем надежды, ясности и новых начинаний для всех нас.
Глава 23
– Ты уверена, что хочешь пойти? – спрашивает меня Ристери. – Из всех нас ты единственная не знаешь, как себя защитить, а мы собираемся зайти далеко вглубь Катастрофы. Там тебе уж точно понадобится защита, даже если и не от моего отца.
Я бросаю взгляд на Энтеро. Его лицо непроницаемо: он будто не отрицает, что она права, но и не хочет на меня давить.
Он избаловал меня почтительным отношением к моей свободе и пониманием, что иногда я намеренно подвергаю себя опасности. Теперь с другим телохранителем мне не ужиться.
– Уверена, – отвечаю я. – Тиано сказал, что я должна быть там; вряд ли бы он стал говорить это без веской причины. Даже если причина в том, что там нужен Энтеро, он ведь не может оставить меня одну, на случай… – Наверное, неуместно говорить, что ее отец мог задумать причинить мне физический вред. – На всякий случай.
Ристери качает головой:
– Но, Мияра, это совсем не окраина. Ты даже не знаешь, куда мы пойдем.
– Знаю, – говорю я. – Точнее, знаю, что не знаю. Но все равно пойду.
Я киваю Энтеро, он мрачно кивает в ответ и ступает вперед.
– Мияра – моя главная забота, – говорит он. – Я беру ответственность за нее на себя.
– Это ясно, но кто защитит тебя? – спрашивает Ристери.
Хочется спросить, почему мы не можем вести себя как команда, а не как группа одиночек, но больше нет желания беспокоить Ристери своим отношением к сложившейся ситуации.
Энтеро лишь отвечает:
– Справлюсь.
И она без вопросов принимает этот ответ. Мы приступаем к разработке плана.
Кажется, я в нем почти лишняя. Не самая завидная позиция, но я знаю свои сильные стороны, и внедрение, незаметное перемещение и слежка к ним не относятся.
Однако я не представляла, что мне так сильно захочется научиться всему этому, стоит нам составить план.
Лорвин вручает каждому из нас заколдованный бобовый росток. (Ее взгляд провоцирует Энтеро на комментарий относительно такого выбора, и он не подводит.) Если щелкнуть по ростку один раз, все другие укажут на его местоположение, мы сможем быстро найтись и пойти за людьми Кустио в Катастрофу, куда бы они ни направились. Двойной щелчок укажет на бедственное положение