– Идти все равно придется. Стражи не позволят остаться в комнате, – грустно выдала Лена. – Держи платок, спрячь волосы. Старайся не поднимать лицо, а там, глядишь, что-нибудь придумаем…
Она протянула мне свой платок, которым мы прикрыли мои вернувшие природный цвет волосы.
– Есть и плюсы, – осматривая меня, выдала Лена. – Или минусы, даже не знаю, как это назвать правильнее… Свое красивое белое платье ты теперь точно не сможешь надеть. У ни груди, ни задницы…
– Смешно, – отозвалась я, и в этот момент ключ в двери провернулся, приглашая на обед.
Мы выбрались наружу, смешались с толпой девиц.
Но очень быстро возле нас оказалась Станислава, которая едва слышно спросила:
– Псс… ты как?
– Без изменения, – отозвалась я.
– А с блюдцем?
– Потом расскажу…
Нас разделило потоком девиц, и до флигеля добирались уже по отдельности.
Там заняв свое место, я старалась даже по сторонам не смотреть. Опустила голову вниз и изучала пустое дно тарелки.
Гул вокруг перерастал в нетерпение, все ожидали еды от скатерти-самобранки, но сегодня она тянула.
– Что-то долго, – буркнула Лена.
– Такого еще не было, – констатировала рыжая соседка. – Что-то явно не так.
Я вжала голову в плечи еще сильнее. Очень хотелось верить, что происходящее «не так» никак не связано со мной…
В этот момент двери флигеля вновь распахнулись, и в зал между двух столов, девичьего и мужского, вошла делегация из бояр, впереди на переносном троне они гордо несли царя – сам бы он идти явно не мог.
В зале настала тишина, все смотрели на процессию, и даже мне пришлось повернуть туда голову.
– Не к добру, – прошептала Лена…
И сложно было не согласиться.
Трон с царем поставили ровно посередине флигеля, возвышая его над всеми нами.
Царь осмотрелся по сторонам.
С момента нашей последней встречи прошло не так много времени, но выглядеть дедок стал, казалось, еще хуже… Будто не просто старика принесли в зал, а уже издыхающую мумию, которая вот-вот испустит дух и превратится в тлен и прах.
Настолько плохо он выглядел.
Все чего-то ждали.
Царь же смотрел по сторонам, молча скользил взглядом по неровным рядам сидящих по сторонам.
От нас никто не требовал выстроиться перед ним, не бить поклоны, ничего. Мы просто сидели и ждали, пока он смотрел.
От его взгляда все нутро переворачивалось.
Царь будто пронзал им, и я физически ощутила миг, когда он смотрел на меня. Пусть я не могла столкнуться с ним взглядом, боялась поднять голову, но всем сердцем чуяла, что меня изучают.
И не только меня, то и дело девчонки будто без причин «ойкали» и тут же умолкали. Это жуткое ощущение чужого взгляда испытывали все.
После царь повернулся к мужчинам, а я осмелилась поднять взгляд, чтобы из-под ресниц хоть чуточку наблюдать за тем, что происходит.
Царь смотрел то на одного, то на другого. Останавливал взгляд на каждом, буквально на доли секунды, иногда задерживался чуть дольше, иногда проскальзывал без особого интереса.
Я четко уловила миг, когда старик смотрел на Харлинга. В отличие от меня, Виктор не опускал голову, стоял ровно и даже выдержал прямой взгляд, что могло быть истолковано как вызов. Но старик спустя мгновение уже исследовал взглядом оставшихся мужчин.
– Итак, – вдруг заговорил он скрипучим голосом, и я вздрогнула. – Все в сборе, вас ровно сто уже как несколько дней, и все это время я наблюдал.
Внутри меня все похолодело, а старик продолжал:
– Женой моего сына должна стать лучшая из вас, обладающая самыми выдающимися качествами. Кто-то на первый взгляд подходит лучше остальных, кто-то хуже. Поэтому эти три дня я смотрел и ждал, кто проявит себя и как. Некоторые из этого зала уже сегодня покинут нас…
Внутри меня все похолодело.
Что, уже? Без испытаний? Просто царь скажет и кого-то пустят в расход?
– Мы отпустим девушек и их менторов с дарами прочь из замка, – продолжал старик, и я нутром чуяла – врет.
Никто не отпускает переселенок просто так. Разве что обман Мишеля раскрылся и так изощренно царь выгонит тех, кто никогда и не был переселенцем.
– У менторов было свое задание, – продолжал речь старик. – Кто выполнил его, тот получает иммунитет до следующего задания, а его подопечная остается проходить испытания дальше. Вам нужно было кое-что найти…
В зале повисла тишина. Нездоровая.
Девчонки смотрела на своих менторов, которые только и делали, что посылали их куда подальше все то время, что они тут находились. А я смотрела на Харлинга, который рыскал сегодня по саду в поиске чего-то… и попросил меня только об одном – не мешаться под ногами. Какие у него были шансы найти что-то нужное за столь короткое время?
– Выйдите вперед те, кто нашел искомое.
Неровные ряды менторов дрогнули. Кто-то остался на месте, кто-то двинул стулья в сторону, чтобы выбраться и предстать перед царем. Вышел и Харлинг.
Я даже не знала, радоваться или нет, а вот Лена рядом облегченно выдохнула – ее пьянчуга стоял рядом с Виктором.
Я покосилась на бледную Станиславу. Ее ментор остался за столом.
– Показывайте, – приказал царь. – Что можно найти, но нельзя украсть? Но вы смогли и украли? Что можно подарить, но нельзя продать, но вы купили? Какой дар вы нашли в зимнем саду?
Мы с Леной переглянулись.
То, что менторы что-то искали, было очевидно, но они никогда не просили помощи, наоборот, прогнали, словно разговор – это табу.
Харлинг достал нечто крошечное из кармана и вытянул ладонь вперед. Я не видела на ней ничего, но казалось, там что-то настолько крошечное, что невозможно разглядеть.
Что-то такое же крошечное доставали и показывали остальные.
– Смотри, – шепнула Лена. – Он его гладит. Оно живое?
Ментор соседки и в самом деле кого-то поглаживал пальцем на своей ладони.
– Я не вижу, – шептала я. – Что там?
– Не могу объяснить, но оно точно живое, похоже на крошечное существо с глазками. И у всех разные. Один белый, другой будто из воды. У твоего вообще искрится, как шаровая молния из огня. И глаза такие, как лед! Ой, а у моего моргает, будто изумрудное!
– Элементали! – гордо объявил царь. – Не каждый способен их призвать! Что ж, вы можете вернуться и остаетесь в замке и дальше. Остальные выйдите вперед, и ваши подопечные тоже!
Оставшиеся менторы принялись неохотно выбираться из-за стола, как и добрая половина девушек с нашего. Станислава тоже ушла.
– Раз ваши менторы не справились, – огласил царь, глядя на девиц, – теперь все зависит от вас. Мои глаза слабы, но я способен разглядеть достойных для своего сына.
Он сделал незаметный знак стражнику, и тот принялся по одной