— А может, они тайно поженились? — предположил участковый. — Тогда где ему и быть, как не в квартире своей жены.
— А почему же он нас испугался, коль он законный муж? — спросила Максимовна. — Мы с Петровной грешным делом подумали, что он прячется. Такое, значит, у нас возникло впечатление.
— Что значит прячется? — не понял участковый. — Почему прячется? От кого?
— А уж это, Васенька, ты выясняй сам. На то ты и власть.
— Ага! — сказал участковый.
И задумался. Нет, не о таинственном Иркином квартиранте — тут, в принципе, и думать-то было не о чем. Не было, так сказать, почвы для размышлений. Ну, завела себе Ирка мужика, так и что с того? Дело, как говорится, житейское. А то, что этот мужик не пожелал вступить в общение со старухами, тоже понятно. Василий, будь он на его месте, тоже не пожелал бы. А вдруг этот мужик — человек семейный, и у него с Ириной тайный роман? Могло ли быть такое? А почему нет? Для чего семейному мужику, будучи у любовницы, раскланиваться с незнакомыми старухами? Вот он и скрылся в квартире.
И все же, все же… Все же какая-то смутная мысль не давала Метелкину покоя. Верней, даже не мысль, а некое смутное предчувствие. Будто бы он, Василий Метелкин, о чем-то не договорил с Максимовной и Петровной, или о чем-то недодумал. Чего-то не понял — причем очень важного. Метелкин и сам не понимал, откуда у него взялось такое предчувствие. А вот же — взялось, и теперь оно не дает ему покою.
— Значит, вы разглядели того мужика во всех подробностях? — спросил он. — Так я должен вас понимать?
— Так и понимай, — разом ответили старухи. — Как есть, разглядели. Ну, а чего бы нам и не разглядеть? Небось не слепые.
— А тогда опишите мне его во всех подробностях, — сказал Метелкин. — Сможете?
— А то, — охотно согласились старухи. — Конечно, сможем. Из ума небось пока не выжили. А ты слушай и запоминай. Авось пригодится. А то ведь оно всяко бывает.
— Бывает, — согласился участковый. — Ну, начинайте.
Перебивая и дополняя друг дружку, Максимовна и Петровна стали описывать личность таинственного квартиранта. И чем больше Василий слышал от них подробностей, тем сильнее его мучила мысль, будто бы он где-то уже встречал этого человека. Или, может, что-то от кого-то о нем слышал. Причем совсем недавно…
— Ага! — сказал он, когда старухи разом умолкли. — Значит, такое дело… А, допустим, вы могли бы его узнать, если бы я вам его показал вблизи?
— Знамо, признали бы! — уверенно заявила Петровна, а Максимовна лишь согласно кивнула. — Отчего бы не признать? А ты что же, хочешь вывести его из квартиры и представить на наше обозрение?
— Нет, мы поступим иначе… — загадочно произнес Василий.
— А как? — с любопытством вопросили старухи.
— А вот как, — сказал участковый.
И полез в свою полицейскую сумку. Там, в сумке, у него хранилась фотография. Эту фотографию ему дали только сегодня, на утренней планерке. На фотографии был изображен преступник по кличке Космонавт. Тот самый Космонавт… И самому Метелкину, и прочим полицейским фото вручили на всякий случай — вдруг кто-нибудь, проводя разведопрос, случайно натолкнется на Космонавта. Или на того, кто его видел. Все могло быть — почему бы и нет?
— Вот, — сказал Метелкин, протягивая фото старухам. — Посмотрите на этого красавца. И скажите, не похож ли он на Иркиного кавалера. Не напоминает ли он его хотя бы отдаленно?
К просьбе участкового старухи отнеслись со всей ответственностью. Они долго всматривались в фото, вертели его так и сяк, даже для чего-то переворачивали его вверх ногами. А затем Петровна сказала:
— А ведь похож! А, Максимовна? Ведь и впрямь похож, как ты считаешь?
— Похож, — согласилась Максимовна. — Можно сказать, что он это и есть. Послушай, Васенька. А кто это такой? Неужто бандит? Страсти-то какие!
Но Метелкину было не до ответов на старушечьи вопросы. Правду сказать, он изрядно сомневался в старушечьих словах. Быть того не могло, чтобы в квартире Ирки-паспортистки скрывался сам Космонавт собственной персоной! Такого просто не может быть! Что беглому убийце делать в квартире сотрудницы паспортного отдела? Как он там оказался? Напрашивались здесь и другие вопросы, и притом во множестве. Но главным вопросом был такой: не ошибаются ли старухи? А что, если они не ошибаются? Что, если в квартире и впрямь Космонавт? Вот так дела…
— Скажите, — волнуясь, спросил участковый. — А этот квартирант — он сейчас там, в квартире? Вы случайно не знаете?
— Кажись, никуда он не выходил… — с некоторым сомнением произнесла Петровна. — Что скажешь, Максимовна?
— Не выходил, — с уверенностью ответила Максимовна. — А то бы разве мы с тобой не заметили бы?
— Значит, так! — решительно произнес Метелкин. — О нашем разговоре никому ни слова! Никому — ни полсловечка! И на Иркину квартиру тоже не пялиться! И тем более не указывать на нее пальцем. Это вам понятно?
— А то! — хором произнесли старухи. — А что, этот Иркин ухажер и вправду бандюга? Вот так Ирка! Ведь паспортистка же! Ответственное, можно сказать, лицо!..
— Вот что! — сказал участковый. — Вы лучше уйдите со своих наблюдательных постов. Честью вас прошу, как своих матерей. Тут, понимаете, такое дело…
— Неужто будут стрелять, как в кино? — с любопытством спросила Петровна. — Надо же…
— Ступайте, — нетерпеливо произнес участковый. — Потом я вам все расскажу… А сейчас мне надо кое-кому позвонить.
— Посовещаться, что ли, насчет того бандита? — уточнила Максимовна.
— Посовещаться… — кивнул Метелкин.
* * *
Стоит ли говорить, что звонку Метелкина вначале никто не поверил? Так вот, не поверили. Даже подняли его на смех: дескать, грезится тебе всякое такое. Вечно тебе грезится что ни попадя. Просто-таки не участковый ты, а какой-то детский сад. Фантазер на отвлеченные темы.
Но Метелкин был настойчив и серьезен как никогда. Даже обозвал своего начальника, которому звонил, неприличным и нарушающим всяческую субординацию словом — чего с ним не случалось никогда и ни при каких обстоятельствах. И начальник отчасти Метелкину поверил. И пообещал немедленно доложить о разговоре в вышестоящие инстанции. А Метелкину посоветовал:
— Оставайся там и веди наблюдение. Но гляди. Этот Космонавт — человек свирепый. Не предпринимай никаких самостоятельных действий. Лучше дождись подмоги.
…Что касаемо Гурова, то он поверил неизвестному ему участковому Метелкину. Имелось одно обстоятельство, исходя из которого, не верить Метелкину было почти невозможно. Это было очень красноречивое и убедительное обстоятельство. Со слов участкового, человек, похожий на Космонавта, находился в квартире некой Ирины-паспортистки.