— Дядюшка Жиль, так не честно! — заверещал принц Луи. — Анри же проиграет! Не помогай им магией!
— Да ладно, — деланно изумился парень, — какая ещё магия?
— Это ваш младший сын, так ведь? — тихо спросила Марина.
— Он самый, — кивнул принц. — Он не озаботился собственными детьми, но отлично контактирует со всеми племянниками.
— Раньше его не было на детских сборищах.
— Он служит в военной разведке, — усмехнулся принц. — И прибыл в отпуск.
Что? Этот… золотой мальчик? Марина вспомнила его — тогда, давно, на том самом фестивале он обеспечивал магические эффекты для группы сестры, и они тогда победили.
Видимо, на её лице было всё изумление этого мира, потому что принц снова усмехнулся и пояснил:
— Знаете, я бы тоже не додумался направить его… в такую сторону. Это идея Вьевилля. И она полностью оправдала себя, верите? Я так понимаю, что исключительные умения в поиске информации уже завели моего сына не вполне туда, куда было бы нужно, но вмешался Вьевилль и определил его к своему дяде. Тот тоже не сразу понял, что такое получил под начало, но разобрался и стал ставить Жилю задачи по силам. Он, знаете, гений поиска информации, — лицо принца сияло от гордости. — И это сказал не я, а совсем другие люди, которые раньше меня и лучше меня смогли разглядеть суть Жиля.
Это что, принц в ошибках признаётся, что ли? Так бывает?
Тем временем победил как раз Анри, дети завопили, что следующий раунд, и будут играть Одетт, Луи и кто-нибудь по жребию. Принц Жиль тут же при помощи какой-то смешной считалочки определил, что по жребию участвует Лаура, и названные побежали устанавливать машины на старт. А принц с Мариной отправились вниз.
В гостиной и впрямь были только члены семьи — Вьевилль и Катрин, Франсуа и Агнесс, между Анриеттой и мужчиной с неоново-зелёными короткими волосами зевала на диване маленькая девочка. Слишком маленькая для того, чтобы играть с остальными наверху, как поняла Марина, она явно не справится с машиной на радиоуправлении. Видимо, это там самая Анна, младшая дочка Анриетты.
Марину радостно приветствовали, её познакомили с Анной и с папой Анны — доктором Луисом Риарио, усадили поближе к камину и выдали сок и крохотные закусочные бутерброды.
— Это здорово, что вы пришли, Марина, — говорила Катрин. — Одетт немного вынесла нам всем мозг — где там уже Софи и почему они вынуждены общаться только по зеркалу, ведь по зеркалу не поиграешь.
— Да, Анри тоже спрашивал, когда Софи придёт в гости, так что его величество Луи очень хорошо сделал, когда позвал вас, — вторила ей Агнесс.
Дальше говорили о детях, о наступающем Рождестве и конце года, о делах и планах. Ужин подкрался незаметно, общество переместилось в столовую — тоже не самую большую, как раз на такую компанию, и туда Жиль привёл всех детей.
— Братик, отлично справляешься, — Анриетта показала ему большой палец. — Приезжай почаще, дети в восторге.
— Сама понимаешь, это не от меня зависит, — усмехнулся тот.
— Жиль, это госпожа Марина Кручинина, мама Софи, — важно сказал принц.
— Ты должен её вспомнить, — усмехнулась Анриетта.
Жиль изучающе взглянул на Марину.
— Точно, я понял, кто вы, — просиял улыбкой Жиль. — Тот фестиваль, да?
— Он самый.
— И вас завлекли в сети «Четырёх стихий».
— Именно. Что вы, это работа мечты, — совершенно искренне сказала Марина.
— Верю, — усмехнулся младший принц.
А дальше всех разместили за столом, и Марина оказалась между принцем и Соней. Как всегда, на столе нашлись блюда и для детей, и для взрослых, дети поели и были отпущены играть дальше. А взрослые переместились обратно в гостиную — пить арро с пирожными и коньяком — кто уже не собирался сегодня за руль и мог себе позволить.
Марина отошла в туалет, а когда вернулась к дверям гостиной, неожиданно услышала своё имя.
— И зачем здесь эта госпожа Кручинина? Не говорите только о детях, ерунда всё это, — говорил принц Франсуа.
— Воля отца, — усмехнулся его брат. — А тебе-то какое дело? Чем она тебя ущемила? Съела твой торт? Или лишний раз прошлась по паркету в этом доме?
— На семейной встрече не место каким-то посторонним хищницам, — Марина представила, как принц поджал губы.
— Франсуа, ты бы посмотрел на отца и подумал немного, да? — вмешалась Катрин. — Он стал… живой и нормальный. Как раньше.
И почему Марина поняла, что не может войти сейчас в гостиную, как ни в чём не бывало?
Вот, значит, как она видится сыну и наследнику его высочества? Прилепившаяся к его отцу посторонняя хищница? Его младшее высочество — это не сплетники в офисе, это… это серьёзно, да?
И что делать, то есть — куда бежать? Почему-то она ни на минуту не задумалась о том, чтобы остаться. Но забирать сейчас Соню из игры? Будет рёв.
— Госпожа Кручинина? — снизу по лестнице понимался господин Антуан, ближний человек принца, они встречались в Лимее.
— Господин Антуан, у меня некоторый форс-мажор. Могу я попросить передать его высочеству мои извинения, а господину и госпоже Вьевилль — просьбу доставить Соню домой, когда дети доиграют? Не хочу прерывать их.
— Понимаю, — улыбнулся господин Антуан. — Конечно, мы всё сделаем наилучшим образом, и доставим юную госпожу Софи домой. Не беспокойтесь.
Дальше было, как в тумане — подвал, парковка, выезд, дорога. Квартира.
А как всё хорошо складывалось, да?
16
Когда Луи де Роган услышал от камердинера Антуана, что у госпожи Кручининой случился какой-то форс-мажор и она стремительно убежала, попросив привести её дочку домой, то сначала впал в ступор — на пару мгновений, не более, а потом — в недоумение. Что случилось? Всё было в порядке, шло по плану, а сегодня в плане стояло — познакомить её с этим домом и той частью семьи, с кем она пока незнакома. Что могло пойти не так? Да ничего. Однако, пошло.
Или же дело не в нём и в том,