Натан одевается и посматривает на меня странно. Дает распоряжение капитану возвращаться в порт.
Ох, ему не понравилось мое вмешательство, но адмирал понимает, что я здорово ему помогла. Мы сработали в команде! Разве это не ценно? Мы доказали, что одна семья… одно целое.
Натан позлится и все осознает. Он уже потихоньку начал принимать такой формат отношений и ему нравится.
Я же чувствую, что нравится.
Отец с важным видом расхаживает по палубе, а я перевариваю все услышанное от них с личем. Браслеты должны были привязать меня к саркофагу и по воле отца Лизы я могла пострадать. Мой сын мог пострадать!
Лич нашел бы путь к нему, захватил его разум, превратил в злодея. Даже хуже — в раба!
— Вы уверены, что хотите этого разговора с Вейласом, батюшка? — насмешливо интересуюсь я.
Он резко поворачивает голову, глядит с неожиданной злобой.
— А ты думала, что сможешь тут хозяйничать, Лиз? Кишка тонка.
— Попридержите язык, Карен, — рявкает на него Натан и широким шагом подходит ко мне.
Карен вздрагивает и злобно кривится, беззвучно шевелит губами. Как же он разочарован, что не уничтожил нашу с Натаном семью.
Адмирал крепко обнимает и меня окутывает его теплом и запахом. Становится уютно, безопасно и я поднимаю глаза на Ната, а он улыбается.
— Хочешь, выкинем его за борт? — спрашивает на полном серьезе.
— Пусть Вейлас решит, как быть с этим дураком, — тихо отвечаю я.
— Тогда посмотрим на спектакль, — Натан целует меня в макушку и отпускает.
«Русалка» причаливает к пристани, и мы спускаемся на берег. Карен идет первым, выпятив грудь и задрав подбородок. Натан подает мне руку, помогая сойти с трапа.
Замыкают шествие Хаксли и Деймон Ларшис. Последний серьезне и с интересом оглядывается. А я даже не знаю, как к нему относится. Хорошо, что Мари ему доверяет, но Ларшис еще тот хитрец. В газетах много писали о его любовных похождениях, о том, что он никак не найдет истинную. В итоге желтые издания вынесли вердикт — боги решили оставить этот «ужасный» род Ларшисов без наследников.
Натан открывает мне дверь своего авто. Машина одна, и мы всей компанией оказываемся в салоне. Хаксли и Деймон сидят впереди, а меня Натан устраивает у окна, загораживая собой от Карена.
По дороге к лесу тот не унимается. Рассказывает, как будет управлять графством, какие налоги введет, каких управляющих назначит. Говорит с такой уверенностью, словно уже получил благословение Вейласа.
— У меня есть задумки, как использовать этот курорт, — гаденько хихикает он. — А драконов — к бесовой матери!
Натан хмыкает, но молчит. Только бровь насмешливо приподнимает.
У края леса мы покидаем автомобиль. Лешак уже ждет. Серый волк сидит под старым дубом и внимательно наблюдает за нашей компанией.
— Ну же, зови своего хозяина! — командует Карен, размахивая руками. — Я требую аудиенции!
Я перехватываю взгляд Натана. В его глазах плещется откровенное веселье.
— Вейлас! — орет папаша в чащу. — Выходи! Настоящий лорд Карен требует вернуть ему законные права!
Воздух дрожит, листва шелестит без ветра. Из-за деревьев выступает Вейлас — высокий, с лицом-зеркалом, отражающим облака.
— О, — протягивает бог, — что за шум в моих владениях. Кто это пожаловал?
— Я лорд Карен, — папаша вытягивается во весь рост. — Настоящий наследник этих земель. Я передавал права дочери временно, а теперь возвращаю их себе.
Вейлас поворачивает зеркальное лицо к нему, и я вижу в отражении самодовольную физиономию папаши.
— Интересно, — тянет бог. — А что ты сделал для процветания этих земель, Карен?
— Я… я буду… их развивать! — папаша заикается, но тут же возвращает уверенность и распрямляется. — У меня есть планы! Связи! Опыт!
— Хозяином может быть только тот, кто искренне любит Шарлен, — спокойно произносит Вейлас. — Кто трудится для блага графства, а не для собственного кошелька.
— Этой девчонке я доверил земли, а она что? Развелась! Наплевала на мужа! — кричит Карен. — Какую-то фабрику строит! Она же вбухивает деньги в проигрышный проект. А я тут настрою дешевых коттеджей, саун, завезу персонал. Богатые джентльмены из Дургара оценят. Вы только подумайте, земля не подчиняется императору! Значит, не надо платить налоги, не надо учитывать дургарское законодательство! Делай что хочешь. И анонимность клиентов, конечно же, будет обеспечена.
Натан фыркает. А у меня волосы на голове встают дыбом. Этот осел хочет превратить Шарлен в элитный бордель⁈
Деймон Ларшис не выдерживает, начинает хохотать, а Хаксли хмурит брови. Переглядывается с Натаном. Но тому тоже весело.
Уууу. Драконы.
— Власть перейдет в руки нашего рода. Хватит с Каренов драконов, пусть платят за развлечения и удовольствия, если пожелают, но тут я поставлю управляющего. Преданного мне человечка.
Вейлас некоторое время молчит, а потом тоже смеется — звук похож на шелест листвы.
— Ты хочешь расторгнуть договоренности с драконами? — уточняет он. — Прогнать их из Шарлена?
— Именно! — торжествует Карен. — Ты же сам этого хочешь! Они чужаки здесь!
Я краем глаза вижу, как иронично улыбается Натан. Бедный папаша не понимает, с кем имеет дело.
— Что ж, — Вейлас склоняет голову, — предлагаю испытание. Пройдешь — станешь хозяином Шарлена.
— Согласен! — не раздумывая отвечает Карен.
— Видишь то дерево? — Вейлас указывает на огромный дуб в глубине рощи. — Подойди к нему и обними. Если земля признает тебя достойным, ты почувствуешь ее силу.
Папаша на секунду теряется, затем презрительно кривится. Задание кажется ему смешным, он не любит Шарлен, не чувствует его каждой клеточкой своего тела.
Самодовольно кивнув, он шагает к дубу. Подходит к древу и обхватывает ствол руками. Сначала ничего не происходит, но потом дуб начинает светиться изнутри. Свет пульсирует, становится ярче…
— Я чувствую! — кричит папаша. — Сила течет ко мне!
Но его радость длится недолго. Свет меняет цвет с золотого на красный, затем на черный. Кора под руками Карена чернеет, покрывается наростами.
— Что… что происходит? — он пытается отпустить дерево, но руки словно приросли к стволу.
— Дерево показывает твою суть, — спокойно объясняет Вейлас. — Жадность. Равнодушие к земле. Равнодушие к роду и собственным потомкам. Желание лишь брать, ничего не отдавая взамен.
Папаша панически дергается, но освободиться не может. А тем временем его пальцы темнеют, покрываются корой. Изменения ползут по рукам, поднимаются к плечам.
— Помогите! — вопит он. — Отпустите меня!
— Земля выносит приговор, — Вейлас пожимает плечами. — Ты станешь частью леса. Будешь служить ему верой и правдой, охранять каждое дерево, каждую тропинку.
Кора покрывает грудь Карена, лицо зарастает жестким мхом. Из спины пробиваются ветки с листьями.
— Это… это несправедливо! —