Через некоторое время из АК ГССО вызвали Калвина:
— Разрешение получено, первый вылет будет в полдень.
Он посмотрел на часы — оставалось меньше часа. Черт! Калвин еще не успел запросить поддержку с воздуха, как два истребителя-бомбардировщика F/A-18 с авианосца «Теодор Рузвельт» уже находились в воздухе. Их пилотировали два летчика, которым не терпелось поразить цели с близкого расстояния с наведением кем-то с земли.
Одного из «зеленых беретов» Калвин посадил на целеуказатель SOFLAM для обозначения целей, а другой занялся спутниковой радиосвязью. Сам диспетчер взялся за свою основную боевую радиостанцию, предназначенную для наведения и корректировки авиаударов (как обычно, у него их было две, и его рюкзак весил больше, чем у всех остальных участников операции). Теперь он был во всеоружии. Напряжение на вышке УВД нарастало, все чувствовали, что должно произойти что-то серьезное… Все, кроме Папы Джона. Диспетчер вспоминает: «Он был настроен довольно скептически. Думал, что мы здесь просто для показухи. Но потом появился первый самолет».
Диас засек в прицел объект и спросил Калвина:
— Это и есть наша цель?
Убрав трубку от уха и глянув в прибор, тот подтвердил:
— Она самая. — и после этого дал самолету «добро» на боевую работу. — Тридцать секунд, — сообщил он всем находящимся на вышке.
Полноватый генерал наклонился вперед и посмотрел в объектив, но сначала пристально осмотрел каждого, кто был в комнате. Через несколько секунд после того, как он поднес глаз к дальномеру, бункер, который Калвин определил своей первой целью, исчез в результате прямого попадания двух 500-фунтовых бомб. Вышка содрогнулась, и генерал Папа Джон поднялся на ноги, чтобы посмотреть в оконный проем бывшего диспетчерского пункта, в котором уже давно были выбиты окна, — так, как будто решил, что оптический прибор разыгрывал его. Перед ним находился бывший бункер штаба талибов — почерневшая куча земли и обломков, дым от которых все еще поднимался в воздух.
У Калвина не было времени наслаждаться результатом. На боевой заход заходили следующие самолеты: это были флотские истребители-бомбардировщики F-14, тоже с «Рузвельта», на которых сзади наседали первые истребители ВВС — F-15 «Страйк Игл» и F-16 «Файтинг Фалкон», — несомненно, желавшие, чтобы их боевые собратья из авиации ВМС побыстрее покинули воздушное пространство.
Бойцы на вышке наблюдали за тем, как меняется боевая обстановка на авиабазе. На позициях талибов царила суматоха. Переводчик ЦРУ, находившийся теперь на радиочастоте талибов, выдав себя за одного из них, спросил о потерях. Ответ был незамедлительным и тревожным: их командир убит. В ходе первого же авиаудара в борьбе за афганскую столицу Калвин Маркхэм с помощью своей группы только что убил самого важного человека в этой битве. Папа Джон был в восторге от перспективы такого количества убитых талибов и от того, с какой легкостью это произошло.
Диспетчер давал разрешение на работу каждому самолету по порядку, нанося удары по позициям талибов с точностью до трехсот метров, что заставляло людей на вышке укрываться за хлипкими стенами советской постройки, пока осколки и ударные волны сотрясали верхний этаж. За время первых ударов Калвина не пострадал ни один боец дружественных сил.
С помощью всего лишь пары авиаударов, эти несколько американцев, положившись на мастерство одного уникального специалиста, разрушили трехлетнюю власть талибов над аэродромом. Скептицизм Папы Джона и других лидеров Северного Альянса развеялся. Калвин вспоминает: «Ребята из ЦРУ не могли обеспечить НАП (непосредственную авиационную поддержку). Когда в тот первый день я навел бомбы, поразившие командные пункты и ракетные площадки, доверие к нам сразу же возросло». А ведь для Калвина и «Тройного никеля» это была всего лишь разминка.
Следующим заданием стал целевой район размером восемнадцать на тридцать семь миль в Панджшерском ущелье, однако нескольких бойцов, переброшенных в последний момент, было недостаточно, чтобы вытеснить оттуда тысячи хорошо вооруженных и обеспеченных талибов. Калвину нужна была авиация, много авиации. Чтобы нанести удар по целой долине, ему нужны были бомбардировщики, но и сами спецназовцы должны были находиться достаточно близко, чтобы отличать своих от чужих и корректировать огонь — солдаты «Тройного никеля» вместе с диспетчером должны были находиться среди бойцов Северного Альянса.
После недельной мольбы к АК ГССО о выделении дополнительных авиационных средств он, наконец, получил желаемое. Оперативный отряд № 555 выставил в долине три наблюдательных пункта, и 28-го октября, через девять дней после прибытия в Афганистан, Калвин получил в свое распоряжение несколько самолетов B-1 и B-52, загруженных сотнями 1000- и 2000-фунтовых бомб [29]. «Всю первую неделю ноября мы ломали хребет талибам», — вспоминает Калвин. Он изучил долину лучше, чем любой полигон, на котором он тренировался наводить авиацию в США, и начал обучать ребят, которые уже и сами стали мастерами своего дела.
К этому времени между бойцами отряда № 555 и Северным Альянсом установилась тесная связь: все спали в одних и тех же местах, питались как американскими сухпайками, так и местной афганской пищей, включая забитых коз и овец. Калвин запрашивал снабжение по воздуху с помощью парашютных систем, обычно доставляемых самолетами C-130, чтобы обеспечить группу боеприпасами, продовольствием и другими предметами первой необходимости, наиболее важными из которых были батареи для радиостанций и целеуказателей. К сожалению, это не всегда удавалось. «Какой-то тупоголовый полковник в Германии, отвечавший за организацию наших поставок, не хотел использовать свои ценные (и дорогие) планирующие парашюты». Вместо этого он использовал обычные системы, которые сносило при раскрытии на больших высотах. «Их уносило очень далеко, иногда это стоило нам всех запасов». Похоже, что люди, участвующие в первом крупном американском конфликте после войны в Персидском заливе, не были застрахованы от капризов армейских тыловиков и снабженцев.
Не имея на протяжении более двух недель возможности помыться, все они больше походили на бойцов Северного Альянса, но это не делало их афганцами. Белые американцы, использующие для передвижения по стране транспортные средства своих новых союзников, становились объектом нападения со