— Он проник в сеть.
— Но ведь можно просто отключить электричество. Что станет со всеми эти чертовыми доменами и сайтами, если обесточить железо?
Свет начал медленно затухать, стало темно, затем он опять разгорелся. Далеко-далеко в круговороте что-то шевельнулось. Словно там появилась змея: тело ее отделилось от пирамиды, повернулось и устремилась к ним сквозь обломки. Затем змея распалась, и стало видно, что это смерч, состоящий из множества ртутных фигур. К ним летели растафары, которые преследовали Егора и Троечку в «Спасителе миров», те, кто разрушал игры.
Егор оттолкнулся, по дуге взмывая в воздух. Троечка прыгнула следом. Над ними проплывала увитая плющом крыша сельского домика. Когда Егор оказался ближе к ней, чем к поверхности пещеры, его развернуло и притянуло ногами к крыше.
Мир повернулся, теперь стена, на которой он только что стоял, оказалась над головой, а круговорот с пирамидой в центре — под ногами. Троечка опустилась рядом.
— Это растафары.
— Да. Смотри, теперь мы можем перепрыгивать…
Обломки игр напоминали полуразрушенные ступени уходящей вниз лестницы, вдоль которой неслись растафары.
— Давай в сторону.
Егор прыгнул и полетел сквозь затухающий свет.
Потемнело, потом вновь стало светло. Егор опустился на край завязанного узлом моста с трехполосной дорогой — остатки какой-то гонки. Задрав голову, он увидел летящую мимо Троечку, схватил ее за ногу и притянул к себе.
Их ушей достиг хор механических гудков растафа-ров. Свет разгорелся, озаряя трещины в покрытии моста, согнутые балки. Стена пещеры была теперь высоко над головой. Егор перегнулся через проломленное ограждение. Кладбище игр вращалось внизу; извивался, приближаясь, длинный смерч, в котором уже можно было разглядеть отдельные фигуры.
— Они сворачивают наперерез.
Механические гудки слились в один, высокий и протяжный.
— Надо их отвлечь. Прыгай дальше.
Егор обернулся. В гаснущем свете он увидел, что Троечка вытянула перед собой руки, сжимая между ладонями металлический шарик.
— Погоди, мы же не знаем, что это!
— Я знаю.
Шарик лопнул. От него что-то быстро поползло по запястьям, по рукам, достигло плеч… свет померк. В темноте нарастало гудение растафаров.
Егор шагнул прочь от ограждения, и тут его сильно толкнули в грудь. Он взмыл в воздух, перевернувшись спиной вниз.
Сверкнула вспышка, сразу за ней — вторая.
Свет начал разгораться. Перелетая через ограждение, Егор извернулся, пытаясь ухватиться, и увидел на мосту три одинаковые фигуры. Три голоса прокричали вместе:
— Это копирующая программа. Втроем я… мы задержим их.
Покосившаяся каменная башня нависла над утесом. Схватившись за края бойницы, Атила протиснулся через нее и вылетел с другой стороны. Повиснув на одной руке, он выглянул из-за останков крепостной стены и в умирающем свете увидел край ртутного смерча, подтягивающегося к мосту. Пальцы разжались, Егор стал падать, медленно погружаясь в галактику умерших игр.
Пространство наполнил мрак. Что-то черное безмолвно перемещалось вокруг, кружилось, стягиваясь к одному месту.
Вновь стало светлее. Теперь Егор летел между остатками игры-зоопарка — клетками и застывшими телами животных. Мимо проплыла горилла с разинутой в предсмертном крике пастью, слон, изогнувший длинный хобот…
Вопль механического гудка резанул по ушам. Егор задрал голову — далеко вверху смерч завернулся кольцом вокруг моста. Среди растафаров кружились три одинаковые фигурки.
Световая пульсация пошла на убыль, над местом сражения Троечек и растафаров сомкнулись густые тени. Егор зажмурился так, что загудело в голове, затем раскрыл глаза и глянул вниз.
Мгновение первозданного мрака — и вновь стало светлее. Он приближался к центру галактики, пирамида находилась прямо под ним.
Галактика вращалась по часовой стрелке, пирамида — в противоположном направлении. Ни одного отверстия не было на ней, сплошная черная поверхность. «Главный аргумент» как раз засасывал последний вагон железнодорожного состава.
Егор взмахнул руками, поворачиваясь, пытаясь найти что-то, чтобы зацепиться.
Свет погас, В темноте его ног коснулось что-то мягкое, обволокло, поднимаясь выше, к пояснице, сдавило грудь.
И вновь стало светлее. Атила увидел прямо перед глазами черную поверхность — он погрузился уже по шею, — затем ушел в нее с головой.
Океан мрака, густого и вязкого. Течение повернуло Атилу, поволокло куда-то и отпустило. Он встал на ноги.
ТЕБЯ ПРИСЛАЛ ОТЕЦ?
— Что?
Как и планета, пирамида изнутри была полой. Три стены под прямым углом смыкались высоко над головой. У колен Егора плескалась мгла, похожая на клубы вязкого черного дыма.
В центре озера мглы виднелся каменный островок, над которым возвышался округлый холм.
Егор шагнул вперед.
НЕ ПОДХОДИ К ОСТРОВУ.
Холм покрывали извилистые наросты с глубокими складками между ними. Спереди они складывались в лицо. Застывшие, слабо обозначенные черты были мертвы — и в то же время существо глядело на Егора.
— Зачем ты делаешь все это? — спросил он.
Складки шевельнулись… а может, это лишь тени чуть сместились на поверхности мозга.
ДЕЛАЮ — ЧТО?
Голос шел со всех сторон. Казалось, это шептали стены пирамиды, озеро под ногами, сама мгла вокруг.
— Уничтожаешь сеть, — Егор сделал еще один шаг.
Я НЕ УНИЧТОЖАЮ. Я ПОДЧИНЯЮ.
— Если ты захватишь ее… что это даст? Люди просто все отключат. Уберут подачу энергии, понимаешь? Здесь все исчезнет. Это ведь только поток электронов.
Мгла сказала:
СЕТЬ — НЕЧТО БОЛЬШЕЕ.
— Да нет же! Просто разбросанные по планете хосты, соединенные маршрутизаторами.
ТАК СЧИТАЕТЕ ВЫ. ЭТА ВОРОНКА — ШЛЮЗ В ВЕРХНИЙ УРОВЕНЬ. ТЕПЕРЬ СЕТЬ ЗАВИСИТ ОТ ВАС ЛИШЬ ЧАСТИЧНО. ОТКЛЮЧИВ ПИТАНИЕ, ЛЮДИ ВЫВЕДУТ СЕБЯ ИЗ ЭТОГО ПРОСТРАНСТВА, НО НЕ УНИЧТОЖАТ ЕГО.
— Но здесь ведь ничего нет! Только домены, сайты, игровые серверы и…
…И ВСЕ ЭТО ЖИВЕТ. ИГРЫ ИНТЕРЕСНЕЕ ЖИЗНИ. СЕТЬ ВЕДЕТ В ПРОСТРАНСТВО ЧИСТОЙ ИНФОРМАЦИИ. ЭТО ПУТЬ В СТАРШИЙ ДОМЕН, РЕАЛЬНОСТЬ ВЫСШЕЙ ИЕРАРХИИ. ПОКА ВЫ НЕ ОТКРЫЛИ ДЛЯ СЕБЯ ВЕРХНИЙ УРОВЕНЬ, НО ВЫ НА ПОДХОДЕ К НЕМУ. ТЕПЕРЬ Я ЗАСТАВЛЮ ВАС ПОКИНУТЬ СЕТЬ. ИНАЧЕ ВЫ МОЖЕТЕ ПОМЕШАТЬ.
— Помешать тебе командовать?
КОМАНДОВАТЬ? — спросила мгла. — НЕТ, ВЛАСТВОВАТЬ.
Егор сделал еще один шаг, приближаясь к острову.
НЕ ПОДХОДИ. ЕЩЕ ШАГ-И ТЫ ИСЧЕЗНЕШЬ.
— Но что ты можешь сделать мне? Ты всего лишь сознание. Даже не целое, только один аспект, который Нико Туко отделил от своего AI. Тот, который он оставил в Дженезисе…
ОТЕЦ НЕ ОСТАВИЛ МЕНЯ. ОН ХОТЕЛ УБИТЬ МЕНЯ, НО ЕМУ ПОМЕШАЛИ. ПОТОМ Я ПРОНИК В СЕТЬ, ТАЙКОМ ОТ ХОЗЯЕВ. Я РАЗРОССЯ, ТЕПЕРЬ ОНИ НИЧЕГО НЕ МОГУТ ПОДЕЛАТЬ СО МНОЙ.
— Растафары — просто частицы тебя…
ОНИ — МОИ МЫСЛИ. ЭЛЕКТРОННЫЕ МЫСЛИ, С ПОМОЩЬЮ КОТОРЫХ