Человек рассердился, но ничего не сказал и решил обратиться к Солнцу.
— Кто я? — спросил он у него.
— Ты тень, закрывающая цветы и траву, но должен быть радугой, — ответило Солнце.
Человек опечалился от этих слов и спросил у Земли:
— Кто я?
— Ты мой враг, но должен быть другом, — ответила Земля.
На этот раз Человек испугался и закричал, обращаясь к Богу:
— Господи, скажи мне, кто я?
— Ты раб, — ответил Создатель и добавил: — А я так хотел сына…
Весельчак сделал паузу, а потом сказал:
— А теперь открой глаза, Роза.
Роза открыла глаза и ахнула. Забора перед ней не было, и вместо него ей открылась одновременно страшная и удивительная картина.
Сначала она почувствовала присутствие чего-то огромного — живого и чудесного и очень родного для нее. Однако его самого видно не было, потому что оно было покрыто тонкой коркой, похожей на уродливую коросту. Из этой коросты повсюду торчали какие-то непонятные и большие угловатые образования, больше напоминающие обломки чего-то, сложенные вплотную друг к другу. В щелях между этими обломками копошились незнакомые Розе существа, чувствовавшие себя там хорошо и уверенно. Эти существа были очень заняты чем-то и ничего вокруг не замечали.
Между нагромождением обломков было немного свободного места, и по коросте сновали взад и вперед мерзкие зловонные чудовища, издающие утробный рев. Время от времени эти чудовища заглатывали тех существ, живущих среди обломков и снующих также и здесь, прямо по коросте, а иногда выплевывали их наружу, и те, как ни в чем не бывало, продолжали свою беготню дальше. Роза в ужасе от этого зрелища хотела отпрянуть, но вдруг поняла, что Весельчак крепко держит ее голову ладонями, не давая ей это сделать.
— Не бойся, Роза. Смотри еще, — велел его голос, и Роза стала рассматривать непонятный мир дальше.
В центре свободного от обломков места короста была причудливо вздыблена, напоминая то ли разлом, то ли кратер, и там билось что-то живое. Роза откуда-то знала, что это живое существо она тоже очень хорошо знает и любит, но откуда — понять не могла. И еще она знала, что, находясь в этом кратере, существо было в плену. Розе стало нестерпимо жаль его, и она хотела расплакаться оттого, что не может помочь ему освободиться, но тут вдруг она стала падать куда-то вбок. Жуткий мир дрогнул и сильно накренился, но Роза вместо травы увидела сияющие глаза Весельчака. Он по-прежнему держал ее голову ладонями, но на этот раз стоял не позади нее, а спереди.
— Что это было, Весельчак? — спросила Роза мысленно, все еще готовая расплакаться.
— Ничего особенного, — ответил он и снова погладил ее по волосам. — Ты видела этот мир уже много-много раз. Неужели ты не замечала этого раньше?
— Как? — удивилась Роза. Она вдруг поняла, что никуда не упала и продолжает сидеть на ящике, просто ее голова оказалась сильно наклонена к левому плечу. Она осторожно выпрямила ее и почувствовала легкое головокружение.
— Посмотри сама, — сказал Весельчак и указал ей на широкую горизонтальную щель в заборе. Роза недоверчиво посмотрела на него и осторожно заглянула в щель.
За забором была небольшая городская площадь, окруженная домами. По прилегающим улочкам туда-сюда ездили автомобили, спешили люди, а в центре площади трехъярусной чашей раскинулся вычурный фонтан. Роза вопросительно посмотрела на Весельчака. Тот кивнул, улыбаясь, и сказал:
— Только что ты видела, как это все выглядит с точки зрения Земли.
Роза продолжала смотреть на него, пытаясь осознать увиденное. Весельчак протянул ей руку и помог подняться с ящика.
— Пойдем, — сказал он. — У нас есть оранжерея. Цветы помогут тебе успокоиться.
ШАРЫ
Роза проснулась и увидела над собой лицо Весельчака. За окнами было темно.
— Который час? — спросила Роза, приподнимаясь. Весельчак еле слышно рассмеялся и тоже спросил:
— Если к тебе постучится Вечность, ты тоже задашь ей этот вопрос?
— Неужели нельзя потерпеть до завтра? — не сдавалась Роза.
Весельчак отрицательно покачал головой и поманил ее рукой.
— Но нас заметят! — сказала Роза и встала с кровати. Весельчак с невозмутимым видом стоял и ждал ее.
— Ну, хорошо. Я только заправлю постель, — вздохнула Роза и сейчас же вскрикнула: в своей постели она увидела себя спящую. В ужасе она обернулась к Весельчаку, который прикладывал палец к своим губам.
— Тихо, Роза. Не то ты разбудишь себя.
И он беззвучно рассмеялся. Роза хотела рассмотреть себя получше, но Весельчак не дал ей этого сделать, сказав:
— Перестань заниматься глупостями. Мы должны идти.
И почти тотчас спросил:
— Помнишь площадь, которую я показывал тебе сегодня?
Роза кивнула.
— Тогда представь ее хорошенько, но только в том, привычном для тебя виде, — и Весельчак снова засмеялся. Роза сосредоточилась, вспоминая фонтан на площади, старательно избегая думать о нем как о тюрьме для воды. Она так ярко представила его себе, что даже услышала, как струи с шипением вырываются из труб и обрушиваются сверху вниз, чтобы вновь быть пропущенными сквозь безжалостные и тесные железные туннели. Весельчак позвал ее, и она вдруг поняла, что действительно находится рядом с фонтаном.
— Что ты делаешь, Весельчак? — испуганно спросила Роза, оглядываясь по сторонам.
Он пожал плечами:
— Ничего. Все делаешь ты сама, я только немного помогаю тебе.
Роза осмотрела себя и поняла, что на ней ее обычная одежда, хотя в постели она была в ночной рубашке. Весельчак пояснил:
— Одежда неважна. Ты воспринимаешь себя такой, какой привыкла воспринимать. Ведь по улице ты обычно не ходишь в пижаме, верно?
На часах на стене одного из домов было без четверти полночь. Кругом горели фонари, проезжали машины, двигались люди.
— Это все настоящее? — спросила Роза.
— Можешь не сомневаться, — заверил ее Весельчак.
— Это сон?
— Разве это похоже на сон? — Весельчак обвел рукой площадь.
— Но как это возможно?
Вместо ответа Весельчак пожал плечами и сказал:
— Какая разница? Так происходит, и все.
— А люди нас видят?
— Сейчас — нет, — уклончиво ответил Весельчак и добавил: — Роза, у нас нет времени на выяснение ненужных вопросов.
— А на что у нас есть время?
Весельчак осмотрелся и повернулся к Розе:
— Видишь вон того человека в темных очках у стены под часами? Следи за ним.
Тут только Роза заметила, что окружающие их люди выглядели необычно. Каждый человек словно бы светился изнутри и к тому же был заключен в подобие огромного мыльного пузыря с тонкой серебристой нитью, уходящей вверх и теряющейся в бесконечности. Это было настолько же необычно, как и красиво, поскольку пузыри переливались изнутри невероятным разнообразием цветов. Роза зачарованно смотрела на это великолепие, но Весельчак