Однажды он приказал бросить в огонь 400 миссионеров из Трансильвании и велел насадить на кол 500 цыган – затем он разграбил их богатства. В конце концов жители Тырговиште попросили султана вмешаться. Влад узнал об этом и сразу же бросился в Тырговиште, застал людей во время празднования Пасхи, велел насадить на кол 300 из них вокруг городской стены и отправил их жен и детей работать в рабских условиях на строительстве своей крепости… В эти варварские времена права абсолютной власти, как и права войны, осуществлялись с такой жестокостью, которая показывает, что в этом отношении христианские князья не могли справедливо жаловаться на варварство турок.
Английский перевод «Капитала» был впервые опубликован в 1887 году. «Валахский боярин» Карла Маркса таким образом стал первой ссылкой на Дракулу как символического персонажа (а не исторического) на английском языке.
Брэму Стокеру было о чем помечтать…
Часть II
Антология
1. Осветите нашу тьму
«Частные лица могут оказаться Вампирами или Кровопийцами, то есть Жуликами, Ростовщиками и Спекулянтами, неправедными Управляющими и няньками Больших Поместий, но не что иное, как Власть Сокровища, может воспитать полноценного Вампира».
Путешествие в Левант
Жозеф Питтон де Турнефор
В то время когда Жозеф Питтон де Турнефор (1656–1708) описывал свое путешествие, он был ботаником короля Франции Людовика XIV. Согласно Вольтеру (исторический труд «Эпоха Людовика XIV»), «в 1700 году Турнефор был отправлен в Левант, целью его путешествия был сбор растений для королевского сада, которым до сих пор пренебрегали…» Но знаменитому ботанику удалось обнаружить гораздо больше, чем он рассчитывал. В его «Путешествии в Левант» (1702) содержится необычный отчет о массовой истерии, охватившей остров Миконос во время эпидемии вампиров. Отец-иезуит Франсуа Ришар, побывавший в этом регионе в середине XVII века, также сообщал о «демонах, которые оживляют человеческие тела и оберегают их от разложения», и был удивлен, обнаружив, что «то ли из-за своей слабой веры, то ли из-за упрямства демона греческие священники не преуспели в изгнании этой нечистой силы». (Турнефор ссылается на сообщение Ришара с некоторым презрением.) Несмотря на отстраненную иронию, с которой он описывает этот момент, очевидно, что Турнефор был достаточно напуган и запомнил каждую деталь.
Отрывок из «Путешествия» особенно интересен по двум причинам. Во-первых, это относится к теологической путанице, которую, начиная с середины XVII века, отчаянно пыталась разрешить Греческая Православная Церковь: в прошлом они провозглашали, что обряд отлучения от церкви предотвращает разложение трупов, обрекая еретиков на постоянное состояние «пассивной растительности» и они становятся Вриколакасами, но теперь, когда Вриколакасы стали все больше отождествляться со своими более активными славянскими собратьями – вампирами, стала существовать опасность, что ответственность за это будет возложена на Церковь. Набожный австрийский католик Герхард ван Свитен позднее стал объяснять большую часть «невежества», связанного с предполагаемыми эпидемиями вампиров, учениями «греческих раскольников», которые так запутали этот вопрос; с другой стороны, католики тоже внесли свой вклад, отказавшись хоронить самоубийц в освященной земле. Во-вторых, этот отрывок оказал огромное влияние во время возрождения интереса к вампиризму в период раннего романтизма. Роберт Саути использовал большую часть этого текста в примечаниях к своей поэме о вампирах «Талаба-разрушитель», о нем упоминалось в «Фантасмагориане», вдохновившей участников сеанса историй о привидениях в июне 1816 года, как и в анонимном введении к «Вампиру» Полидори (1819). Вероятно, лорд Байрон прочитал «Путешествие» Турнефора задолго до лета 1816 года. Этот отрывок взят из раннего перевода.
Мы стали свидетелями совсем другой ситуации, очень варварской, на том же острове Миконосе, которая произошла из-за одного из тех трупов [7], которые, как они думают, оживают после погребения. Человек, историю которого мы собираемся рассказать, был миконским крестьянином, по природе своей злобным и сварливым; это важное обстоятельство, на которое следует обратить внимание, так как он был убит в поле неизвестно кем и как. Спустя два дня после того, как его похоронили в городской часовне, появился слух, что его видели по ночам, ходящим в большой спешке, что он ворошил чужие вещи, тушил лампы, хватал людей сзади и совершал еще тысячу других проказ. Сначала эта история была встречена со смехом; но дело показалось серьезным, когда на него начали жаловаться более состоятельные люди; сами священники отдавали должное этому факту и, несомненно, имели на то свои причины; для верности нужно было отслужить литургию: но при всем этом крестьяне занимались своим обычным ремеслом и не обращали внимания на то, что они могли сделать. После многих собраний знатных людей города, священников и монахов было заключено, что необходимо подождать девять дней после погребения.
На десятый день они отслужили литургию в часовне, где похоронено тело, чтобы изгнать демона, который, как они думали, вселился в него. После литургии подняли тело и приготовили все для извлечения сердца. Городской мясник, старый неуклюжий мужик, сначала вскрыл живот, а не грудь: он долго шарил во внутренностях, но не мог найти того, что искал; наконец кто-то сказал ему, что следует разрезать диафрагму. К восхищению всех зрителей, сердце было извлечено. При этом труп вонял настолько отвратительно, что пришлось жечь ладан; но