Глава 15
Чем дольше ты смотришь в бездну, тем больше начинаешь замечать, что она смотрит на тебя в ответ.
Это выражение как никогда лучше описывало ситуацию, в которую мне пришлось попасть. Загадочная фигура Матери, которая взяла на себя роль местной воспитательницы, смотрела на меня сквозь единственный экран всего комплекса. С первого взгляда могло показаться, что картинка попросту зависла из-за произошедшего сбоя системы, однако всё оказалось намного мрачнее.
Если присмотреться, то можно было заметить, как вздымалась грудь отвратительно тучной женщины, нависшей над Яслями в виде мрачно-тёмного силуэта. У неё не было глаз, не было рта, лишь натянутая на лицо кожа с едва заметно выпиравшим из-под неё носом. Однако даже так я всеми фибрами души ощущал, что она наблюдала за каждым моим шагом и словно беззвучно спрашивала: «Что дальше?»
Все прожекторы, ранее освещавшие комплекс Яслей, были направлены на меня. Внезапно я стал главной звездой спектакля, фактически оставшись в одиночестве на сцене предстоящих событий. Мы вели бессловесную беседу, ощупывая друг друга не руками, а, скорее, взглядами, сканируя на наличие уязвимых мест в выстроенной защите.
В конечном счёте, у каждого они есть, и рано или поздно любая защита падёт, нужно лишь подобрать правильный инструмент. Кто-то предпочитал использовать молот и лупить до тех пор, пока не защита противника не выдержит и не превратиться в труху. Я же, в свою очередь, предпочитал более точные и резкие удары, пользуясь, скорее, скальпелем, нежели массивной кувалдой. И этим скальпелем должен стать мой Нейролинк.
Пока мы смотрели друг на друга, я запустил протокол сканирования и нащупал местную сеть. Удивительно, но на пути не встретил ни капли сопротивления — ни защитных протоколов, ничего! Дорога была широкой и вела далеко за горизонт, утопая в бесконечной системе комплекса принтера.
Я не осмелился пойти дальше не потому, что боялся, а потому, что понимал, что это вполне очевидная ловушка, выстроенная специально для тех, кто решит сунуть свой нос куда не стоит. У Матери не было личной армии, она в этом не нуждалась. Созданный ею миф, в том числе, и вокруг загадочной фигуры «воспитательницы», являлся вполне обоснованной причиной для выполнения всех её приказов.
Она заботилась о своих детях, кормила и поила, а взамен лишь требовала беспрекословного подчинения, даже если придётся добровольно идти на смерть. Дети, правда, этого не знали и действительно были уверены, что их поставят в угол, а после некоторого времени и воспитательного процесса отпустят играть с другими малышами.
Однако за двойными дверьми, которые находились от меня в нескольких сотнях метров, их поджидали торговцы детьми. Нет, я не забыл о Взросляках и их связи с Крысоловами и, когда разделаюсь с одними, обязательно займусь и ими тоже.
Внезапно прожекторы дважды моргнули и оставили меня в покое, возвращаясь к привычному освещению главных лагерей комплекса. Фигура женщины ещё некоторое время смотрела на меня, а затем из динамиков раздался резкий, высокий человеческий крик, и всё вокруг потухло. Я остался стоять в непроглядной темноте, и первая мысль была о том, что, возможно, Фи поторопилась. А уже через мгновение повсюду загорелись лампочки, и по всему комплексу прошлась облегчённая волна многочисленных голосков.
Взросляки после, пожалуй, первого убийства на их памяти всё ещё сидели в своих контейнерах и боялись даже сунуться наружу. Я был единственным, кто открыто бросил вызов Матери и загадочной воспитательнице — это явно не нравилось. Ну что же, не впервые на меня смотрят свысока и пытаются понять, откуда я взялся.
У дверей, ведущих вглубь комплекса, уже выстроились в длинную линию дети. Я насчитал порядка двух десятков мальчиков и девочек, которые, опустив головы, ждали, пока они отворятся. Над воротами горел ярко-жёлтый аварийный маяк, оповещающий, что двери вот-вот откроются. Мест, где мог бы спрятаться, было не так уж и много, да и вряд ли из-за моего присутствия процесс ловли будет прерван.
Именно по этой причине я спокойно добрался до очереди из ребятишек, которые даже в присутствии взрослого не посмели поднять голов, и приготовился к бою. Мать наверняка предупредит Крысоловов о том, что здесь их будет ждать посторонний, что даже к лучшему. Чем больше убью, тем меньше потом придётся бегать по всему комплексу и искать их нору, однако дверь всё ещё так и не открывалась.
Раздался телефонный звонок, и я, вставив наушник в ухо, коротко ответил:
— Я на месте.
— Это хорошо, — послышался с другого конца приятный голос Фи. — Мне удалось проникнуть в систему, и с моей стороны всё готово. Стоп, что это…
Послышалось не ей одной. Из динамиков комплекса заиграла медленная и убаюкивающая колыбельная мелодия, от каждой ноты которой буквально веяло холодом. Дети заплакали. Кто-то из них шмыгал носом, утирая сопливую носопырку, другие откровенно рыдали, как и положено тем, кого вот-вот накажут.
Из-под дверей показались первые сладковатые на вкус дымки. Когда на кончике языка появился противный химический привкус, а голова заметно закружилась, я отошёл на несколько шагов назад. Так вот почему эти уроды носят маски. Травят детей снотворными, а затем засовывают в капсулы. Если бы не знал, чем занимаются Крысоловы на самом деле, то, возможно, даже поаплодировал бы им за то, как они тут всё устроили. Но я-то знал.
Я натянул на лицо дыхательную маску, которую всё ещё таскал с собой со времён Чистилища, и внимательно присмотрелся. Переходной шлюз был заполнен дымом, который должен был вырубить детей, и они, держа друг друга за ручки, покорно зашли внутрь. Мне едва удалось сдержаться, чтобы не похватать каждого и потянуть обратно, но всё должно идти по плану. Я пообещал, что ни с одним из них ничего не случится.
Вдруг из дыма показались первые носатые морды. Облачённые в длинные плащи с капюшонами, ублюдки выглядели, словно сошедшие с картинок сказок ожившие монстры. Неудивительно, что под дурманом дети могли принимать их за хтонических существ, нежели за обычных взрослых.
— Фи... — прошептал сквозь стиснутые зубы, ощущая, как начинают чесаться ладони.
— Ещё нет, — отрывисто произнесла она. — Не готова.
Всё, что мне оставалось — это молча смотреть за тем, как дети заходят внутрь и по очереди начинают терять сознание. Крысоловы не только знали, что их будет встречать незваный гость,