— Кого в этот раз, начальник? — раздался сиплый голосок.
— Щенка бери, который Мямлю грохнул. Отведи его к Некру, пусть поставит на учёт.
— Этот, что ли? Да он едва глаза открыл, я не понимаю, почему он всё ещё жив?
Звонкий шлепок, судя по всему, пришёлся по лысине возмущённого человека, и начальник рявкнул во весь голос:
— Захотел штраф от системы? Может, займёшь его место? Станешь рабом или вообще — сразу в ежи? Сказано тащи, значит тащи!
Так, видимо, с вопросами придётся повременить. Даже не смотря, что через сломанный нос я практически не чувствовал никаких запахов, от лысого разило алкоголем и застарелым потом. Он схватил меня под руки и куда-то поволок. Ну что же, Брут, мы ещё вернёмся к нашей беседе.
Ублюдку пришлось чуть ли не нести меня на руках, отчего тот был явно не в восторге. Длинный коридор с множеством клеток по обеим сторонам вёл всего в один конец. Интересно, как много смертников выносили вперёд ногами? К тому же, если он был прав и я действительно убил Мямлю, то почему всё ещё жив?
Яркий свет заставил поморщиться, и через мгновение моё тело бросили как мешок с картошкой на твёрдую лежанку, сильно напоминающую стоматологический стул. Твою же мать, я ведь ещё жив. Нельзя ли как-нибудь помягче?
— Доставлен, как и просили. Требуется ещё что?
Я повернул голову и быстро заморгал, пытаясь определить, куда же меня притащили.
— Нет, пшёл вон, пока не позову, — совершенно спокойным и ровным голосом приказал Некр и, прокрутившись на стуле с колёсиками, насильно поднял мне веки. — Ну что, кто здесь у нас?
Ощущение было такое, словно мне в глаза насыпали горсть ржавых гвоздей. Резкая проникающая боль заставила инстинктивно отпрянуть, на что Некр звонко выругался и застегнул фиксирующие браслеты на запястьях и лодыжках.
— Открывай уже глаза, смертник, — недовольно процедил человек и отвесил мне несколько звонких пощёчин. — Давай, раз начал, то открывай уже. Ну же, давай!
Стоит признаться, его метод сработал. Веки по-прежнему ощущались налитыми свинцом, но я наконец смог навести резкость зрения. Пожилой человек с дряхлой кожей старика и с глубокими морщинами смотрел на меня единственным механическим глазом, который при каждом движении издавал характерный скрип.
— Крепкий, жаль, что придётся в утиль.
— Может, как-нибудь без утиля обойдёмся? — решил я выторговать собственную жизнь. — На кой прок тебе мёртвый раб? Сам же сказал, что я крепок. Дай отлежаться пару дней, а там сам увидишь, на что я способен.
Некр рассмеялся так звонко, будто я выдал дежурную шутку, а затем выпалил:
— Ты что, только из принтера? Хорош смертник, умеешь пошутить. Ладно, рассказывай, кто твоя бригада. Куда мне гонца отправить и дать весточку о беглом? Наши-то тебя скрутили как раз на Дальнем перевале. На второй уровень планировал свалить?
Я бы ответил, если бы хоть примерно понимал, о чём говорил этот блаженный. Ватага? Бригада? Дальний перевал? Для меня эти слова звучали абсолютно бессмысленно, как для слепого щенка. Чёрт, я уже сам себя так называю.
— Чего молчишь? — уже серьёзнее вопросил тот. — Я ведь всё равно узнаю. Где твой индекс?
— Индекс? — я непонимающе повторил его слова, пытаясь понять их смысл.
— Ну да. Индекс! Паскуда, говорил же им не бить по голове. Индекс! — повторил он, слегка повысив голос. — Идентификатор наручный для подключения к системе. Индекс! На ладони не вижу, неужели система на жопе выбила?
— Послушай, старик. Не знаю, какие у вас тут нравы, но я понятия не имею, о каких бригадах, ватагах и индексах ты говоришь.
Вдруг Некр замолчал и его взгляд изменился. Старик стучал кончиками пальцев по подлокотнику рабочего кресла, выбивая несвязанный ритм. Я внимательно наблюдал за его реакцией, как вдруг он глухо выругался, схватил меня за руку и, повернув ладонью кверху, занёс небольшое устройство, похожее на портативный принтер.
— Сейчас будет больно.
Не обманул, фашист. Устройство едва заметным лазером всего за несколько секунд выбило на ладони пару десятков чёрных палочек, похожих на штрихкод. Некр, улыбнулся собственной работе, отщёлкнул браслет с правого запястья и протянул железную коробочку с отполированной до блеска поверхностью.
— Логинься!
— Что?
Некр недовольно сморщился и повторил:
— Логинься, смертник! Мне из-за твоей амнезии проштрафиться не светит. Узнает система, что завалили безучетного — на ватагу повесят штраф, а меня поставят на железо. Логинься, мать твою, пока я тебе хер на лбу не набил!
Штрихкод, то есть индекс. Считывающее устройство. Кажется, понятно, чего он от меня хотел. В любом случае, я не в том положении, чтобы перечить, поэтому пару раз сжал и разжал кулак, убедившись, что краска застыла, и положил на отполированную поверхность.
//Идёт сканирование
//Удачно
//Регистрация нового пользователя
//Ошибка
//Матричный импринт не найден
//Установка интерфейса пользователя под уникальный импринт существующего импланта
//Готово.
Вот это уже интересно. Перед глазами забегали неизвестные символы, среди которых я смог распознать лишь несколько, а затем высветился агрессивно красный интерфейс.
Имя пользователя: неизвестно.
Статус: Раб-смертник.
Уровень: Недоступно
Активация базового пакета пользователя… удачно