Я спрыгнул с брони.
Подошел к ним.
Мой левый глаз (Глаз Бездны) сканировал их.
Никакой магии. Чистая технология. И… древняя тоска.
— Вы знаете, кто я? — спросил я.
— Мы знаем, что у вас внутри, — ответил киборг. — Мы чувствовали сигнал. Семя. Оно пробудилось.
Он сделал жест, приглашая внутрь.
— Прошу на борт. Нам нужно многое обсудить.
Внутри Ковчега пахло смазкой и ладаном.
Странное сочетание.
Коридоры были узкими, забитыми кабелями и трубами. В нишах стояли алтари… микросхемам?
Мы прошли в главный зал.
Здесь, в центре, стоял Саркофаг.
Точно такой же, как тот, в котором я нашел Мальчика-Зеро.
Только этот был пуст.
Крышка была сорвана. Внутри — следы борьбы. Кровь (черная) и масло.
— Это был Девятый, — сказал лидер киборгов, подходя к саркофагу. — Мы нашли его в руинах лаборатории «Генезис». Мы пытались его разбудить. Но он… ушел.
— Ушел? — переспросил я. — Куда?
— В Изнанку. Он открыл проход изнутри.
Киборг повернулся ко мне.
Его механические глаза (объективы камер) сфокусировались на моем лице.
— Вы нашли Первого. Мы видели вспышку Света над Кратером. Вы освободили его.
— Я его вылечил. И он стал частью Системы.
— Это хорошо. Но есть проблема.
Киборг нажал кнопку на пульте.
Над столом развернулась карта континента.
На ней мигали красные точки.
Десять. Двадцать. Тридцать.
— Что это? — спросила Анна.
— Это остальные, — ответил киборг. — Проект «Аватар» был масштабнее, чем вы думаете. Империя создала не одного ребенка-мага. Они создали легион. Тридцать три Объекта.
Он указал на точки.
— Они спят. В стазисе. В секретных бункерах по всему миру.
— И что с ними?
— Они просыпаются. Смерть Первого (или его освобождение) запустила цепную реакцию. Сигнал прошел по сети. Они слышат зов.
Киборг посмотрел на меня.
— И они голодны. Как и тот, что сидит у вас в груди.
— Вы хотите сказать… — я почувствовал холодок в животе.
— Я хочу сказать, что грядет Война Аватаров. Тридцать три бога проснутся. И каждый из них захочет стать Единым.
Он протянул мне руку (металлическую, холодную).
— Мы, «Ковчег», — Хранители. Мы пытались спасти их. Но мы не справились. Теперь это ваша задача, Комендант. Вы должны найти их раньше, чем это сделает Империя. Или Лилит. Или Уроборос.
— Зачем мне это? — спросил я. — У меня есть свой город. Свои проблемы.
— Потому что если они объединятся… — киборг сделал паузу. — … они перепишут реальность. И в этой новой реальности не будет места ни людям, ни машинам.
Я посмотрел на карту.
Тридцать три точки. Тридцать три апокалипсиса, ждущих своего часа.
Я посмотрел на свою руку.
Ожог Империи. Метка Хаоса.
И теперь — карта сокровищ смерти.
— Я берусь, — сказал я. — Но на моих условиях.
— Каких?
— Вы даете мне технологии. Чертежи ваших реакторов. Схемы ваших тел. Мне нужно вооружить армию.
— Согласны.
Киборг достал из ниши инфо-кристалл.
— Здесь все. И координаты первого бункера. Он ближе всех. В «Мертвом Лесу».
Я взял кристалл.
— Спасибо.
Я развернулся к выходу.
— Эй, — окликнул меня Борис. — А что мы будем делать с ними? С детьми?
Я остановился.
Вспомнил глаза Мальчика в ментальном мире.
— Мы будем их лечить, Борис. Или ампутировать. Зависит от стадии болезни.
Мы вышли из Ковчега.
Солнце садилось, окрашивая соль в цвет крови.
Я сел в машину.
— Домой? — спросила Вера.
— Домой, — кивнул я. — Нам нужно подготовиться. Следующий пациент будет сложным.
Ночной Некрополис был похож на драгоценный камень, лежащий в черной бархатной коробке кратера.
Зеленый купол силового поля мерцал над головой, отсекая нас от звезд и Империи. А внизу, под защитой этого купола, сиял город.
Не желтым светом ламп накаливания. Не синим неоном киберпанка.
Он светился фиолетовым и белым.
Кристаллы, выращенные из Гнили, освещали улицы. Окна домов (бывших бункеров и казарм) горели теплым светом очагов.
А в центре, пронзая небо, стоял Обелиск.
Мой трон. Моя батарейка.
Мы въехали через главные ворота.
Часовые — мутанты Лилит в броне, выкованной на заводах Зубова — отдали честь. Не вялую, как наемники, а четкую, резкую. Они уважали силу.
Я вышел из машины на главной площади.
Здесь стояла статуя.
Не мне.
Легиону.
Его фигура, высеченная из черного камня, держала на плечах небо. У подножия всегда лежали цветы. Странные, светящиеся цветы из Оазиса, которые прижились в нашей почве.
— Они любят его больше, чем тебя, — заметил Борис, вылезая следом.
— И правильно делают, — я провел рукой по холодному камню постамента. — Я — правитель. А он — герой. Героев любят. Правителей терпят.
Мы поднялись в Зал Совета.
Это было помещение на верхнем ярусе Обелиска, вырубленное прямо в кристалле. Стены здесь были прозрачными, открывая панораму города.
Все были в сборе.
Волков — в новом костюме, сшитом из паучьего шелка. Зубов — с протезом вместо пальца, который ему отстрелила Вера. Анна — в черном мундире. Алиса — с планшетом, в который она загружала данные с кристалла «Ковчега».
И Лилит.
Королева Мутантов сидела в тени, поигрывая кинжалом.
— Докладывайте, — я сел во главе стола. Мое Черное Сердце в груди билось ровно, мощно, задавая ритм всему совещанию.
— Экономика стабилизировалась, — начал Волков. — Экспорт «Амброзии» растет. Империя скрипит зубами, но платит. Мы закупили оборудование, продовольствие и… роскошь. Люди хотят жить, а не выживать.
— Хорошо. Зубов?
— Завод вышел на проектную мощность. Броня класса «Хитин» запущена в серию. Мы вооружаем по батальону в неделю.
— Отлично. Анна?
— Внутренняя безопасность. Мы выявили три ячейки шпионов Империи. Ликвидированы. Но есть проблема с… культистами.
— Какими культистами?
— Теми, кто поклоняется тебе, Виктор. «Церковь Черного Солнца». Они приносят жертвы. Крыс, собак. Скоро перейдут на людей.
Я поморщился.
— Запретить. Жестко. Никаких жертв. Если хотят служить — пусть идут в стройбат. Или в шахты. Лилит, проследи.
Демоница улыбнулась, блеснув клыками.
— С РАДОСТЬЮ. МОИ ДЕТИ ГОЛОДНЫ.
— Теперь главное, — я положил на стол кристалл «Ковчега».
Он засветился, проецируя карту континента с красными точками.
— Мы не одни.
Тишина в зале стала плотной.
— Тридцать три Аватара, — продолжил я. — Тридцать три ребенка, которых Империя превратила в бомбы. Они просыпаются. И