– Отступили.
– Хорошо. Очень хорошо, – пробормотал он.
Зинон уставился на командира, который сжал зубы так, будто испытывал их на прочность, а затем перевел взгляд на предмет. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это был почтовый тубус. Небольшой, но достаточно вместительный, чтобы туда можно было засунуть несколько писем. Если Зинон правильно помнил, у командира его не было, когда он вбежал на дозорную вышку перед боем. В таком случае… откуда он взял его и почему был так важен, что требовал защиты даже ценой жизни?
– Нужно разведать, – сказал он сам себе. – Удостовериться… это не может быть правдой.
– Вы о чем?
– Он говорил, что у нас еще несколько лет в запасе. Какого черта?
– Ой, беда, я всё-таки задел вас, – хлопнул ладонью по лбу Зинон. – Вы несете какую-то чушь.
– Что? – встрепенулся командир.
– Я отведу вас в лазарет, – обреченно простонал Зинон, предвкушая, как ему влетит за это.
– Отставить, – сдвинул брови командир. – Я в своем уме, хотя и удивлен кое-чем. В любом случае не обо мне нужно сейчас переживать, а о кое-чем более важном. У тебя собран походный рюкзак?
Зинон растерялся.
– Да, конечно, – кивнул он. – Всегда наготове, если вам потребуется гонец.
– Отлично, доставишь это в столицу, – отчеканил командир и потряс перед его лицом тубусом. – Ты хотел важное задание, верно? Время пришло.
– А что это?
На мгновение командир замешкался, но бросил:
– Донесение. Я хочу, чтобы ты передал это в руки короля и только в руки короля. Запомни, Зинон, не верховному магу, не главному советнику, а только Его Величеству. Я могу положиться на тебя?
– Да, – вытянулся по струнке тот, едва не подпрыгнув. Однако сомнения ворвались в душу, заставив тихонько пробормотать: – А гарнизон? Вдруг демоны снова придут?
– Сами справимся, не бойся. Не зря же эти парни тренировались день и ночь.
Скорее рубились в карты, но Зинон предпочел не упоминать об этом, а потому только что-то согласно промычал. Командир передал ему тубус, не обращая внимания на то, что творилось в крепости и за её пределами. Сослуживцы добивали демонов, оказывали друг другу первую помощь и распределяли обязанности: что нужно сделать в первую очередь, а что оставить на потом. Несмотря на то, что командир пока никем не руководил, сосредоточившись на другой задаче, остальные отлично справлялись. Это вселяло надежду.
Тем временем Зинон продолжил получать указания:
– Ни в коем случае не открывай тубус, ведь любой, кто прочтет послание, кроме адресата, мгновенно умрет. Я наложил сильные защитные чары, поэтому не советую потакать любопытству.
– Понял.
– У тебя семь дней, чтобы добраться до столицы.
– Есть.
– Вопросы?
– Только один. Разве был тубус, когда вы поднимались сюда?
Командир не моргнул и глазом.
– Разумеется. Послание лежало у меня в кармане, а ты был слишком поглощен идеей сунуться в лес, чтобы заметить это.
– Мгм, ладно, – протянул Зинон. – Тогда я отправляюсь?
– Иди. И не задерживайся по дороге.
Порыв ветра всколыхнул волосы и неприятно прошелся по разгоряченной коже. Дождь продолжал стучать по крышам и земле, скапливаясь в лужи, а вдалеке всё ещё гремело. Командир стоял, точно высеченный из мрамора. Больше не казалось, что он потерял разум или что его задело молнией. Однако что-то всё равно напрягало в его выражении лица, позе и голосе. Создавалось впечатление, будто внутри него нарастала борьба. Сегодня Зинон уже видел подобный взгляд, когда Харкис приоткрыл ему завесу тайны над отношением сослуживцев к нему, и не был уверен, что хочет услышать очередное откровение.
Используя остаточную энергию от молнии, он уже собирался метнуться за вещами, как его остановил командир.
– И последнее, – сказал он так, будто сам едва верил своим словам. – Помнишь я рассказывал про железную птицу, когда тебя отправляли сюда на лето из академии?
– Конечно, – кивнул Зинон. – Это птица с неподвижными крыльями, которая летает без магии. Сказка про технику.
– Не забывай, что железная птица боится молний, но не всегда погибает при встрече с ними.
Если бы за каждый раз, когда Зинон удивлялся сегодня ему давали золотую монетку, он бы уже накопил на породистого коня. В очередной раз вытаращившись на командира, он едва подавил желание покрутить пальцем у виска, решив, что всё-таки заехал в него молнией, и поймал взгляд, полный твердости и здравомыслия. Это напрягло особенно сильно. Решив, что с него хватит, Зинон отсалютовал и был таков. Он ни за что не собирался признаваться, что всерьез забеспокоился о командире и просчитывал, как бы скорее сбегать в столицу и вернуться.
Просто, чтобы удостовериться, что всё было в порядке.
И командир – этот упрямый старик – не сошел с ума.
– С каких пор командир умеет накладывать такие сложные чары? – подумал Зинон, собираясь и оглядывая тубус снова. – И что на самом деле в этом послании?
Ответов не было. Зато было важное задание, которое не терпело промедления, и Зинон, в последний раз посмотрев на гарнизон, вспышкой метнулся прочь.
Глава 2
Гарнизон остался позади.
Зинон мчался быстрее ветра, в один миг преодолевая такие расстояния, какие обычно проезжали верхом за несколько часов. В рюкзаке тяжелым грузом лежал тубус – послание, которое нужно было доставить несмотря ни на что и которое занимало все мысли. Если бы тревога, наполнявшая душу, обрела форму, то она превратилась бы в ярмо, висящее на шее. С каждым шагом, что отделял Зинона от гарнизона, бежать становилось труднее. Не физически, ведь он поглотил уже третью молнию, наделившую его силой, а морально. Хотелось остановиться. Повернуть назад. Удостовериться, что гарнизон выстоял.
Однако нельзя было.
Командир дал четкий приказ: за семь дней доставить послание в столицу, чего бы это ни стоило. Как хороший солдат, Зинон собирался исполнить долг. Пусть даже до сих пор оставалось загадкой, что было в послании, откуда оно взялось и к чему была такая срочность. Впрочем, эти вопросы меркли перед другим: что заставило командира солгать? Дважды.
В начале сражения его карманы были пусты, а тубус едва ли мог потеряться в складках ткани. По всему выходило, что послание появилось уже во время боя, но гонцы не пребывали к дозорной вышке, и в этом Зинон