Марина всхлипнула, закусив ребро ладони передними зубами.
— Ничего, ничего, — обняла ее сестра. — В твоем случае: Мужик с воза — кобыле легче. Пойдем, чаю выпьем. Ты еще подробно расскажешь, что от тебя тот олигарх хотел.
Только звуки шагов стихли, Михаил открыл глаза. Принял положение сидя. Покряхтев, потер затылок пальцами. Стал переваривать то, что услышал, прикинувшись ветошью.
Глава 21
— Чтоб меня! Ты погляди-ка, а? Мариш, глянь, чего делает этот гад? — воскликнула Светлана, как только увидела движение за окном.
Дети сидели за столом и доедали вчерашние остатки праздника. Ванька вытянул голову, зажав пальцами куриную жареную ножку, обернутую у основания фольгой, чтобы не пачкаться и масло в ладони не стекало.
— Мам, там отец… Он чинит забор. Молотком стучит, — округлил глаза средний сын и хлопнулся обратно на стул. Положил курицу в тарелку. Взяв бумажную салфетку, утер губы. — Ты два года просила его починить ту проплешину, когда сосед нам въехал на мотоцикле и поломал изгородь. Батя еще взял с него деньгами и сказал, что сам отремонтирует… Мам, сейчас-то зачем? Я бы сам мог.
— Кто ж его знает, сынок, — спокойно ответила Марья, подливая Катюшке компот. — Решил показаться хорошим, после всего, что набедокурил.
— Мам, да я в него сапогом кину, — заурчал Влад, насупившись. Он уже успел сбегать и поглазеть на отцовскую демонстрацию помощи.
— Сиди, кушай, — Марина придавила младшего тяжелым взглядом, как только одна умеет утихомирить любого в доме. — Надеюсь, на крышу не полезет на печной трубе кирпичи поправить. Дерябнется, скользко сейчас, профнастил обледенел.
— Надейся, — Светлана доплыла до стола и присела рядом с сестрой. — Похоже, Семенов настроен решительно. Сходил куда-то, переоделся в рабочую фуфайку и инструменты раздобыл. Не вздумай его приваживать и кормить! Хочешь, поспорим, что скоро он постучится и попросит водички испить? — голос ее клокотал и сама прищурилась, высверливая во лбу Маринки дырку.
— Не станем загадывать, Свет. Только похоже, мы сейчас в осаде… Мишаня решил метить территорию и доказывать, что без него тут все рухнет. Смотри, на сыроварню намылился, — заволновалась Марина, поскольку этому перцу не доверяла от слова — совсем. Испортит еще что-нибудь…
— Сиди! — махнула рукой Светлане. — Схожу, погляжу, куда он сунулся. Достань ребятам винегрет, я с утра свежий нарезала… С нервов, — процедила Марья.
Как в воду глядела! Мишка копался в ее столе, шурудил по ящикам, где она хранила сертификаты на продукцию и тетрадку со своими заметками. Семенов так был сильно увлечен, и не научен прошлым опытом, что оглядываться забывал иногда…
— Рецепты мои потерял? — спросила не громче, шелеста бумаг.
Миша вздрогнул, втянув голову в плечи, подозревая, что сейчас получит по любопытной кочерыжке. Опять.
— Марин, да я тут кое-что потерял, — глазки у него забегали и руки затряслись.
Часть документов выпала из воровастых лап на грязный пол. Он неуклюже стал собрать, отрясать.
— Стыд и честность? — Марина понимала, что не перегибает с прямыми намеками и в совпадения не верила.
Ей олигарх предложил перекупить состав и технологию производства сыров… И Семенов ни с того, ни с сего потерял чего-то. В ее документах! В жизнь не совался, не спрашивал, что она там «химичит» и колдует. Какие приправы добавляет, чтобы вкус стал особенным.
— Ничего я не трогал! Поняла? Вечно напридумываешь всякого, и сама обижаешься. Отвертку я искал крестовую, — высказал Миха с гонором, будто разобиделся и швырнул кипу сертификатов обратно в ящик.
Обошел ее по касательной, пыхтя как носорог, пытаясь под ее серьезный проникающий взгляд не попасть. Пахнуло алкоголем? Хлопнул яростно дверьми, чуть не сорвав их с петель. Ушел и ни звука… Словно в другое измерение сгинул.
Погода резко переменилась. На улице мело, и стужа пробиралась, подкидывая в чуть распахнутую створку снега. Подвывало волчицей протяжно. Метель пробовала толкать тяжелые двери, да не выходило.
Марина осмотрелась, будто не была тут давно. Чаны стоят. Фляги пустые в два ряда. Котел газовый еле шает, подогревая помещение до низкого плюса.
Нащупав в кармане куртки телефон, Марья нашла в журнале последних вызовов тот, который не внесла в контакты. Пошли гудки.
Глава 22
Круглов ответил с третьего гудка.
— Да, Марина, слушаю вас, — прозвучало расслабленно и покровительственно.
Марья даже отчетливо представила его улыбочку в пол-лица, дескать, деревенская дурочка сдалась, и обогатиться захотела. Причислил ее к тому сорту людей, у которых есть скрытая кнопка, которая мозг отключает при слове «куплю». Честность и собственное достоинство сворачивается ковриком… И греби деньги лопатой. Похрюкивай.
— Михаил, я хотела уточнить, вы в последнее время с моим бывшим мужем ни о чем не договаривались? — Марья смотрела на дверь, которая задрожала от порыва ветра.
— Бывший? Не знал, что у вас плохие с ним отношения, иначе бы не стал ему отвечать. Да, Марина, ваш… бывший позвонил вчера и спросил напрямую, какие у меня насчет вас планы. Ну, я ему повторил слово в слово. Сказал, что вы взяли паузу, подумать.
— Он не имеет больше права о чем-либо договариваться тайком от мена, — Марья топнула ногой от досады. — Мишка достаточно семью обворовал. Так и знайте, что я ему ни на грош не доверяю!
Эмоции, эмоции… Все катится кубарем с горы, нервы трещат, теряя контроль. Семенов опять пытается выбить почву у нее из-под ног.
— Услышал вас, Марина, — вздохнул сельскохозяйственный магнат. — Предлагаю нам встретиться и все спокойно обсудить. Когда будет удобно?
— Адрес мой вы наверняка знаете. Я дома все новогодние каникулы с детьми.
***
— Ма-а-ам! Мам! Ты спишь? — Владик тряс ее за плечо
— Сплю, конечно,