Планета Си’Хай Лем — это не город, это праздник формы и цвета. Здания — похожи на кристаллы, деревья — из органического стекла, а мостовые переливаются пульсирующими линиями света.
Мы шли по верхнему куполу — над нами звёзды, под ногами стеклянный пол, под которым клубились лёгкие фиолетовые облака.
Я шла в тени троих мужчин. Но чувствовала себя… почти собой. Почти женщиной. Почти свободной.
* * *
Восточные ткани и магия нити
В первом павильоне, где торговали одеждой, я увидела то, что запомню навсегда: на стене — ткани, развешенные, как живые водопады. Переливающиеся, шепчущие.
Одна была цвета песка на закате, с вкраплениями бирюзы и золота. Она казалась сухой, но при прикосновении стала холодной, как вода, и обвила мои пальцы.
— Это ткань с нитями Памяти, — пояснила продавщица. — Она чувствует носителя. Хранит тепло, запоминает запах. И защищает от магии внушения.
Я выбрала несколько таких нарядов: широкие, лёгкие штаны, открытые топы с золотыми кольцами, полупрозрачные накидки с вуалью. Всё — в восточном стиле, с длинными рукавами, свободными тканями и тончайшей вышивкой. Цвета — песок, лазурь, белый лёд, чёрная ночь.
— Ты выглядишь… — сказал Каэль, впервые за всё время задержав взгляд. — … как Песня.
* * *
Выбор служанки
В павильоне живой техники я увидела её.
Она стояла обнажённая по пояс, с сияющей кожей цвета вечернего неба. Глаза — миндальные, светящиеся. Уши — вытянутые, изящные, как у эльфов. Волосы — белые, собраны в корону. На её груди светился имплантат, в форме фиолетового лепестка.
— Это Кара, — сказал продавец. — Полубиомеханика. Гибрид. Генетически выведена из эльфийской матрицы и ядра разумного кода. Её разум — живой. Чувствующий. Она будет вашей навеки. Привязка — через ритуал. Не техно, а магия рода.
Мы провели ритуал на месте. Кара опустилась на колени, приняла мою кровь на лоб — и с этого момента стала моей.
Она не сказала ни слова. Но в глазах — блеснуло понимание.
* * *
Барсик
Именно в конце аллеи питомцев я увидела его.
Белоснежный комочек, лежащий в большой клетке. Лапки — как розовое тесто. Глаза — огромные, ярко-синие, как мои.
Он посмотрел на меня… и мяукнул.
— Нет, — отрезал Дариан. — Это свирепый хищник, генетически выведенный. У него шесть сердец. Он вырастет в полуразумного зверя. Он чувствует боль людей. Он становится оружием, если его ранят.
— Он… мяукает, — прошептала я. — Он… мой.
— Это не кот. Это Барск’Та’Лен, звёздный охотник.
— Я назову его Барсик, — сказала я, и впервые за всё время засмеялась.
Дариан ругался. Продавец подтвердил: да, он опасен. Но я уже смотрела на Барсика. А он — на меня.
И клетка сама растворилась. Он шагнул ко мне. Лизнул палец. И заснул в складках моей накидки.
* * *
Крейсер и разговор наедине
На борту крейсера, улетая с планеты, я стояла у окна.
Дариан подошёл. Молча.
— Мы летим домой, — сказал он. — На родную планету.
Тебя ждут. Мать. Хранительницы рода. Архонт. Но главное — ты должна понять…
Он положил ладонь мне на руку — осторожно.
— В нашем роду женщина выбирает своего спутника жизни. Тот, кого ты выберешь — будет с тобой навсегда. Это не слова. Это клятва.
Чтобы выбрать, ты должна снять перчатку.
И коснуться его плеча.
Я замерла.
— Тогда он станет твоим защитником. И не отступит, пока ты дышишь. Или пока ты не отзовёшь свой выбор. Но мы… не делаем выборов по желанию. Только по зову сердца.
Он посмотрел на меня внимательно.
— И только когда ты будешь готова. Никто не торопит. Никто не имеет права давить. Я защитил тебя — чтобы ты была свободна в своём решении.
* * *
Я смотрела на свои ладони. На ткань, скрывающую их.
А в груди… билось что-то живое.
Я чувствовала, что приближается нечто большее.
А Барсик спал у ног Кары, мурлыча, будто всё было совершенно правильно.
Глава 9 — Ладонь без перчатки
Я чувствовала себя частью шёлка, вплетённой в ткань нового мира. Всё было зыбким, волнующим, новым, как первый танец.
Планета родного рода Дариана встретила нас пурпурным небом и зелёным светом из двух солнц. Корабль мягко сел у огромного зала — не дворца, но храма из живого камня. Он рос — я чувствовала это. Стены дышали. Зал был одушевлён.
Мои одежды изменились. Здесь, на земле рода, я имела право открыть лицо.
Ткань — небесного цвета, с вкраплениями лунного серебра. Тонкий, как дыхание, плащ струился за мной. Но перчатки — оставались на руках. Только они защищали мужчин от случайного выбора.
За моей спиной шли двое: Каэль и Зэйр. Один — словно тень с фиолетовыми глазами. Второй — как пылающее солнце, горячее, преданное.
Их шаги были в унисон. Их глаза — на мне.
* * *
Встреча с невестой
На террасе, украшенной зеркальными цветами, мы впервые столкнулись с ней.
Она была прекрасна. Признать это было легко. Высокая, с кожей цвета топлёного молока и волосами цвета меди. На лбу — узор рода Тар-Хаан, магов воды.
— Принцесса Нараэль, — прошептала Кара, моя служанка. — Обручена с Каэлем. Её род влиятелен, союз — политический. Но… давно отложен. Они ждали его выбора.
Нараэль подошла, улыбаясь, как остриё клинка, скрытое в шелках.
— Новая кровь рода Раэль? Та, что спасли? Как необычно… Принцесса, ставшая игрушкой торговцев. Как драматично.
Я не ответила. Но она подняла руку — и шептала заклинание.
Ткань моего плаща затрепетала. Я почувствовала укол в висок. Глаза замерцали — будто кто-то лез внутрь мыслей.
Но в следующее мгновение — вспышка.
Моё тело окутал жар. Живой скафандр, вживлённый под кожу, вспыхнул. Золотистая броня проросла на плечах, вокруг груди, над глазами, как маска. Вокруг меня возник купол света.
Заклятие принцессы обратилось вспять.
Нараэль отшатнулась. С глаз её сорвались слёзы боли.
— Она… она носит броню древних⁈ — кто-то прошептал. — Это слияние крови и кода…
Каэль шагнул вперёд. Зэйр — за ним. Они встали, закрыв меня собой.
А Дариан… улыбался. Неброско. Но тепло.
* * *
Разговор с братом
Вечером, когда всё утихло, я сидела с Дарианом на крыше башни. Под ногами пел живой камень. В небе светились созвездия