— Это не так работает, мое сокровище, — он с легким вздохом откинул прядь моих волос за ухо. — Это не вернет его. Только темная магия, некромантия, может сделать такое.
— Тогда используй черную магию. Ты же демон-колдун, некромантия для тебя проще простого1, правильно? В конце концов, это Лимбо, — я обвела рукой жуткую библиотеку. — Нам как раз не хватает нежити в виде рождественской елки, чтобы приукрасить это место. Хе-хе, понял?
Судя по глубокой морщине между его бровями, он не понимал, какое отношение к этому имеет пирог.
Я закатила глаза.
— Да ладно, это было смешно. Боги, ты такой старый. В любом случае, что скажешь? Давай сделаем зомби-елку!
Его взгляд вернулся к куче пепла, а лицо погрузилась в глубокую задумчивость.
— Хм. Возможно, я видел подходящее заклинание в одной из моих книг, которое может помочь, — древний ритуал из плоти и крови.
Ритуал из плоти и крови? Звучало чертовски мистично и готично. Прямо в моем духе.
— Похоже на вечеринку в моем вкусе.
В ответ на это на его лице появилась еще одна его дьявольски привлекательная улыбка.
— Тебе придется мне помочь. Для заклинания понадобятся определенные ингредиенты. Некоторые из них ты, возможно, не захочешь отдать…
— Я отдам тебе все, что нужно, костяной папочка, — сказала я с кокетливым подмигиванием, вся взбудораженная перспективой жутких ритуалов и прочих темных рождественских забав на горизонте.
— Осторожнее, маленький человек, — хмыкнул демон, поворачиваясь к книжному шкафу. Его украшения на рогах драматично звякнули. Он остановился перед полкой с пыльными книгами заклинаний, а его палец заскользил по корешкам, пока он не нашел нужный том.
Книга была толщиной с череп Хольги и вдвое пыльнее. Со вздохом он распахнул ее, и вокруг него эффектно заклубилось облако пыли. Он принялся листать страницы и, соблазнительно лизнул указательный палец, чтобы легче разделять жесткие пергаментные листы. Остановившись, он бросил на меня темный взгляд, от которого по мне пробежала дрожь.
— Я могу любить тебя всем сердцем. Но я все еще ненасытный демон.
Звук рвущейся бумаги заполнил комнату, когда он вырвал страницу из книги, засунул ее в плащ и вернул книгу на место. Он вернулся ко мне, тяжело топая своими черными сапогами, теперь покрытыми пылью, и мое сердце забилось в такт его шагам.
Прямо у меня на глазах Белиал принял свою чудовищную форму. Его мышцы раздулись, и он стал еще выше. Рога разрослись, едва не зацепив люстру над нами. Кожа приобрела мертвецки бледно-голубой оттенок, с черными узорами некроза, застывшими во времени и навсегда покрывающими его кожу.
Он наклонился, и его костяной череп почти коснулся моего носа, а двойные голубые огни, вспыхивающие в глазницах, обожгли меня изнутри и снаружи одним лишь взглядом.
Взяв мою руку в свою огромную ладонь, он повернул ее, чтобы обнажить нижнюю часть запястья и три шрама, исчертившие мою нежную кожу. Место, где он порезал меня, чтобы отметить дни до момента, как я стану его собственностью. До момента, когда я заключу сделку с демоном и навсегда изменю ход своей жизни.
— Предложи мне все, что у тебя есть, и кто знает, что именно я отниму у тебя.
Я встретила его горячие голубые глаза с вызовом и любовью, слившимися в моих.
— Не угрожай мне хорошим времяпрепровождением, Мой Владыка.
Глава 5
Рэйвен
Удивительно, как немного, или, в данном случае, много, мишуры и гирлянд может преобразить помещение. Белиал не стал тянуть с выполнением своего обещания и сразу же приказал слугам замка сотворить жуткое зимнее чудо.
Поскольку в почве Лимбо не могло расти ничего зеленого, гирлянды, обвивавшие перила лестниц, были сделаны из колючего терновника, усыпанного осколками костей, зубами и ягодами. Черные букеты из веток, сформированные из скелетных рук и гроздьев серебряных колокольчиков, свисали с люстр и балок под потолком.
Возможно, это не совсем то, к чему я привыкла, когда речь шла о рождественских украшениях, но это подходило для праздника в Лимбо. Жутко красиво и празднично-призрачно.
Прогуливаясь по залам замка, которые смещались, образуя новые коридоры, я любовалась тем, сколько слуги сумели сделать всего за несколько коротких дней.
Белиал не из тех, кто отвлекает персонал от их прямых обязанностей, особенно учитывая, насколько он отставал с Судом и всей канцелярской работой. Но он сделал это, чтобы отметить праздник, до которому до сих пор ему не было дела. И сделал он это не потому, что вдруг проникся праздничным настроением, а потому что это было важно мне.
И само по себе это говорило о том, как далеко продвинулся Владыка Костей с тех пор, как похитил меня. Он уже не был тем чудовищем, которого я встретила год назад. Все еще пугающий, все еще холодный и суровый, но сострадательный. Любящий. По крайней мере, когда дело касалось меня.
Его доброта делала утаивание секрета еще труднее.
Когда я задумывалась о том, насколько сильно изменился Белиал, этот секрет тяжелым грузом ложился мне на грудь. Желание поделиться тем, что я знала, увидеть выражение его красивого лица, когда правда разрушит его представление о реальности, было почти невыносимым. Скоро я ему все расскажу.
Очень скоро.
Шепот о бале разносился между обитателями замка, проклятой мебелью и безделушками, украшавшими многочисленные комнаты, коридоры и залы. Впервые в истории все в Лимбо готовились к Рождеству: и каждый демон-слуга, каждая потерянная душа и даже сами стены оживленно перешептывались.
Хотя Белиал ненавидел балы и устраивались они крайне редко, я обожала пышные приемы и маскарады, которые Лимбо устраивал по особым случаям. Последний был год назад — по случаю моей коронации. Спускаясь во двор, где Белиал велел мне с ним встретиться, я погрузилась в мысли о себе в роскошном платье, в объятиях моего демонического короля, когда мы кружимся в сияющем бальном зале под взглядами наших подданных.
Приятное волнение пульсировало в моих жилах, когда я подошла к дверям, ведущим во двор. Сегодня мы должны собирать предметы, необходимые для ритуала, который вернет моей рождественский елке жизнь.
Два скрипучих рыцарских доспеха распахнули двери, шумно кланяясь, и я кивнула им с признательностью, прежде чем выйти наружу.
Воздух был прохладным, как и всегда, но недостаточно холодным для снега… по крайней мере, так мне казалось.
Когда я ступила на мощеную дорожку, ведущую к ступеням, мой