Джон впервые исполнил «Cold Turkey»; вокализации Йоко, по словам Формана, «подчеркивали и обостряли боль в голосе Джона. Ее клокотание, вопли, стоны и крики превращались в инструмент, спорящий с его гитарой и голосом». Затем группа сыграла написанную для Кёко композицию «Don’t Worry Kyoko (Mummy’s Only Looking for Her Hand in the Snow)» [19] и антивоенную «John, John (Let’s Hope for Peace)» [20]. Представляя Йоко, Джон объявил: «Сейчас Йоко сделает с вами то, что она умеет лучше всего». И она сделала.
«Don’t Worry Kyoko» важное произведение не только потому, что это личная песня для Йоко, но и потому, что в ней вокал Йоко слился с рок-риффом. (Rolling Stone назвал это «скорбным воем отчаяния».) «John, John (Let’s Hope for Peace)» – снова вокал Йоко, но на этот раз поверх призрачной, космической импровизации без четкой формы.
Форман вспоминал: «У людей просто рты раскрылись. Они пришли на рок-фестиваль с Чаком Берри – и вдруг им преподносят этот авангард. Я стоял на сцене за Йоко, пока она кричала, вопила и каркала, как умирающая птица. Я чувствовал: это про войну во Вьетнаме. Мне буквально виделись танки рядом, падающие бомбы, мертвые люди. Но думал: „Боже, Джон, ты сумасшедший, чтобы так рисковать“. Мы еще легко отделались – могли и помидорами закидать».
Позже Леннон назовет «Don’t Worry Kyoko» «одним из лучших гребаных рок-произведений всех времен».
Еще больше эмоций – боли – прорвалось в «John, John (Let’s Hope for Peace)». Йоко начала с тихого пения, затем перешла на рыдания и вопли. И снова Джон ворвался с пронзительным гитарным соло.
Форман вспоминал: «Публика просто… не поняла. Никто не осознал, что Джон и Йоко делали это ради мира – ради чего они все там собрались». По его словам, Йоко выражала свое отношение к войне самым пронзительным способом – «будто кричала: „Прекратите эту войну!“» Он также добавил: «Грустно, но на рок-фестивале с Литл Ричардом и Бо Диддли это было совершенно неуместно. Она создавала произведение искусства, но люди не поняли этого».
Вернувшись в Лондон, они все еще были под впечатлением от концерта. «Энергетика, – говорил Джон, – была невероятной. Я никогда не чувствовал себя так хорошо». Тем страннее ему казались газетные статьи, утверждавшие, что их все выступление освистывали.
«Уверен, кто-то свистел, но мы не слышали, – добавлял Форман. – Ее крики были такими громкими, наши инструменты ревели на полную мощность, отдача была сумасшедшей – мы слышали только ее вопли о мире».
Джон полностью посвятил себя союзу с Йоко, и 20 сентября 1969 года на деловой встрече в Apple с остальными The Beatles и менеджером Алленом Кляйном, который вел переговоры о новом контракте с их дистрибьютором Capitol Records, он ясно дал это понять. Филип Норман писал, как Джон наконец заявил то, о чем уже сообщил Кляйну и Форману: «Вы, кажется, не понимаете? Группы больше нет. Я ухожу».
Так. Именно Джон, а не Йоко, развалил The Beatles. Джордж Харрисон несколько раз был готов уйти, но окончательный распад произошел по воле Леннона. Йоко стала катализатором: как часто говорил Джон, она дала ему смелость следовать своим желаниям и новую жизненную опору, как в личном плане, так и в творчестве.
Форман вспоминал душевное состояние Джона до встречи с Йоко: «До нее он был в ужасной форме. Однажды мы сидели на улице, он срывал листья с куста, твердя: „Я так несчастен“, и плакал… С появлением Йоко все изменилось на сто процентов. Она дала ему то, чего не хватало. Конечно, это означало конец группы. Но это было естественно. Джон двигался вперед».
Сам Джон рассматривал встречу с Йоко и уход из The Beatles как часть взросления. В нашем интервью 1980 года он сказал: «Знаешь песню: „Свадебные колокола разлучают старую банду“… с моей старой бандой было покончено в тот момент, когда я встретил ее, – тогда я не осознавал этого, но так оно и было».
Хотя именно Джон развалил группу, возможно, The Beatles просуществовали дольше именно благодаря Йоко. Она сопровождала Джона на записях последних альбомов, буквально держа его за руку. Как отмечал Форман и часто повторял сам Джон, в тот период он был глубоко несчастен. Если бы Йоко не согласилась быть рядом, он мог уйти раньше. Есть версия истории, согласно которой без Йоко не было бы ни Let It Be, ни Abbey Road. Во время работы над этими альбомами Джон уже мысленно покинул группу. Не будь рядом Йоко, он мог сделать этот шаг гораздо раньше.
Вместо того чтобы обвинять Йоко в распаде группы, возможно, стоит поблагодарить ее за то, что она помогла The Beatles остаться на плаву в этот плодотворный период.
Для всего мира Джон все еще оставался участником The Beatles, но как творец он уже двигался дальше. Йоко и Джон обустроили офис в штаб-квартире Apple и 25 сентября отправились в студию Abbey Road, чтобы свести записи с фестиваля в Торонто для альбома. Первая часть альбома Live Peace in Toronto включала рок-стандарты с их выступления на фестивале, а также «Cold Turkey» и «Give Peace a Chance». Вторая часть состояла из песен Йоко. После выхода альбома Live Peace критика обрушилась именно на сторону с ее композициями. All Music Guide to Rock написал: «Вторая сторона, увы, полностью отдана воющим, фальшивым, бессмысленным воплям Оно».
20 октября 1969 года, через месяц после выхода Abbey Road, Йоко и Джон выпустили свой третий экспериментальный альбом Wedding Album. На первой стороне пластинки они шептали, выкрикивали и вскрикивали имена друг друга под аккомпанемент биения их сердец. Вторая сторона, «Amsterdam», содержала записи с их постельного перформанса в Амстердаме. Альбом выходил в коробке с фотографиями, рисунками и изображением кусочка свадебного торта. В коммерческом плане альбом провалился, но Джон заявил, что это неважно: «Это было похоже на то, как если бы мы разделили нашу свадьбу с теми, кто хотел разделить ее с нами. Мы не ожидали хита… Поэтому и назвали его Wedding Album. Знаете, люди делают свадебные альбомы, чтобы показывать их родственникам».
Йоко и Джон также выпустили студийную версию «Cold Turkey» синглом, на второй стороне которого была композиция Йоко «Don’t Worry Kyoko». Песня «Cold Turkey» достигла 14‐го места в британских чартах