– Анрион вовсе не мой, – с горьким вздохом опровергла ее слова Беатрис. – Похоже, мне придется-таки стать женой графа Ванского.
– И благополучно его после этого прикопать? Я помогу! – сердобольно заверила ее Изабель. – Кому он нужен, такой женишок? Полагаю, муж из него будет еще хуже.
Беатрис хотелось бы согласиться на подобный вариант, но она не могла. Убивать людей ей уже доводилось, но то были отъявленные злодеи, и мук совести и вины за их гибель она не испытывала. Но тут все будет по-другому.
– Тебе бы все шутить, – она прикрылась невидимостью и первой поднялась к своим окнам. Распахнув их, изумленно вскрикнула: – А это что такое?
Влетевшая следом за ней сестра мигом направила заклинание неподвижности на орудующую в их комнатах виконтессу Луизину Забарскую. Та встала столбом, но вовсе даже не растерялась.
– Вы, пара наглых магичек! – взвизгнула она. – Немедленно отпустите меня и извинитесь, иначе я прикажу вас казнить! И вам ничто не поможет!
– Надо же, – Изабель встала рядом с ней и любознательно поинтересовалась: – И кто же тебе даст такое право?
– По праву законной невесты правителя! – девица гордо расправила плечи и вздернула курносый нос.
– Сначала веснушки выведи, – посоветовала ей Беатрис и сварливо добавила в простонародном духе Мариулы: – А то ходют тут всякие конопатые голодранки, да еще и указывают.
Виконтесса схватилась за щеки. С ее мышиного цвета волосами и слишком бледной кожей веснушки были настоящим бичом. Как она с ними не боролась, но при волнении они упорно вылезали, придавая ей вид деревенской дурочки.
– У меня нет веснушек! – повелась она на насмешку. – И я вовсе не голодранка.
– А кто ты? У герцога только-только погибла жена, он горюет, а ты что делаешь? Лезешь в его постель? Да какая из тебя невеста?
– Я его быстро утешу! – Луизина ничуть не сомневалась в своих выдающихся в этом направлении способностях. – А невестой меня провозгласят уже завтра. Приезжает глава моего рода и уж он-то вынудит его светлость герцога Эрнольда Второго Помаррийского признать свое обещание на мне жениться. Так что скоро я стану герцогиней, а вы за свои действия против меня будете объявлены изменницами и казнены!
Сестры дружно рассмеялись.
– А что, это будет забавно, – Изабель даже облизнулась, будто при виде любимого ею мороженого. – Мы что-то давненько как следует не веселились. Так что иди, голубушка, иди, старательно готовь нашу казнь. Но сначала скажи, что ты делала в нашей комнате? И как ты сюда проникла? Кто тебя впустил?
Луизина попыталась зло пнуть стоящий рядом стул, но не смогла оторвать ног от пола. Но тем не менее гордо заявила:
– Я хожу везде, где захочу, это мне еще герцог разрешил давным-давно!
– Это было два месяца назад, когда он ее обольщал, заманивая в постель. Хотя ее и заманивать не нужно было, она сама туда стремилась изо всех сил, – Беатрис хмуро всматривалась в мысли ушлой девицы. – Это вообще был заговор, причем с участием нашего старого знакомца.
Изабель тут же посерьезнела.
– Вот как? Да, паутина сплетена знатная. Получается, Кариссо затеял многоходовку и продумал множество вариантов. Интересно, что припасено у него еще? Думаю, он нас еще непременно удивит своей неразборчивостью в средствах.
– Это я – неразборчивость? – виконтесса попыталась сделать шаг, чуть не упала, и завизжала так, что у сестер заложило уши. – Ко мне, на помощь, убивают!
Визжала она долго, но так никто и не появился. Сделав вид, что жутко устали, леди Салливерн сели на диван и принялись о чем-то негромко переговариваться. Поскольку Луизине очень хотелось узнать, о чем они говорят, она была вынуждена замолчать.
– Так зачем ты влезла в наши комнаты? – лениво повторила вопрос сестры Беатрис и приказала: – Говори правду!
Надеявшаяся на свои защитные амулеты виконтесса презрительно сморщила носик. Но амулеты не помогли, и она принялась, к своему изумлению, подробно объяснять:
– Я вас терпеть не могу, вы мне ужасно мешаете делать то, что нужно для захомутания герцога. Мне этот распутный старикан вовсе не нужен, но я хочу быть герцогиней. К тому же кто может мне помешать заводить любовников? Ненужного мне наследничка я устраню, Кариссо мне в этом поможет. А сюда я вошла очень просто – с помощью амулета проникновения. Ать-два, и я внутри! – и она вытащила из-за пазухи поблескивающий красным амулет на золотой узорной цепочке.
Разозлившаяся Изабель подскочила и рванула из ее рук амулет. Цепочка оборвалась, до крови поранив нежную шейку виконтессы, и камешек очутился в руке магини. Не останавливаясь на этом, Изабель сдернула все висевшие на незваной гостье амулеты, сжала их в руке. Раскрыв ладонь, показала оставшийся от них тусклый пепел и с удовольствием высыпала его на голову Луизине. Потом распахнула окно и выкинула визжащую девицу на площадь. Та плавно спланировала на землю и завопила еще громче, призывая на помощь.
Вернувшись к сестре, Изабель села рядом и с удовольствием себя похвалила:
– Как я удержалась и не пришибла ее, не понимаю! Невероятная у меня все-таки выдержка! Далеко не у каждого мага такая сила воли!
– Да, виконтесса редкая прохиндейка! – Беатрис даже не стала выговаривать сестре за несвоевременное удаление шпионки.
– Ты поняла, чего она добивалась? – Изабель потерла лоб, собираясь с мыслями и избавляясь от гнева. – Ужасно хочется отправить ее напарницей к графине Ванской в скальный монастырь. И запереть получше, пусть родственнички поищут.
Беатрис вспомнила герцогиню и невесело возразила:
– Не стоит, пусть-ка виконтесса еще герцогу крови попортит, пусть тот как следует проникнется осознанием своей непорядочности. Это ж надо – при живой жене обещать любовнице, что та займет ее место!
– Ты права! – в кои-то веки Изабель была полностью солидарна с сестрой. – Его надо проучить! И вообще, не будем больше вмешиваться в эту грязную историю, согласна?
Но Беатрис подумала об Анрионе и уклончиво предупредила:
– Не стоит зарекаться. Кто знает, что нас ждет впереди? Эта щучка же заявила, что устранит наследника, а этого я позволить не могу.
– Ладно, будем действовать по обстоятельствам. Но что все-таки делала в нашей комнате эта чудная особа?
Беатрис подошла к столику со стоявшим на нем кувшином и выплеснула воду за окно.
– Пыталась подсыпать яд в наше питье. Ну и по углам накопители, собирающие магию, разложить. Но вот откуда они у нее, я не поняла.
– От лорда Кариссо, откуда же еще? – Изабель стала грустной. – Вот зачем ему это? Ведь он наверняка знает, что мы все поймем.
Беатрис сочувственно склонила голову. Как неприятно знать, что понравившийся тебе человек столь неразборчив в средствах достижения желаемого. Сочувствуя сестре, постаралась хоть немного лорда Кариссо оправдать:
– Уверена, все задумано еще до знакомства с нами. И до освобождения от пут подчинения. К тому же это наверняка приказ его короля. А отменить задуманное лорд не может – сюда ему хода нет.
На эти слова Изабель лишь махнула рукой.
– Интриги у него в крови, тут ничего не поделаешь. Он любит просчитывать все наперед, недаром же увлекается шахматами. От него нужно держаться подальше, это понимают все. Кариссо очень опасен. А теперь, когда он нам ничего не должен, вполне может попытаться отомстить за неудачу своего замысла.
– Тогда он должен мстить не нам, а графу Ванскому, – возразила Беатрис. – Это же благодаря его меткому удару лорд потерпел сокрушительное поражение.
Припомнив изумленно-неверящую физиономию главного королевского мага Аджии после крепкого удара Криспиана, сестры весело рассмеялись.
– Да, это было нечто, – сквозь смех выговорила Изабель. – Просто бальзам на наши раны. – Посерьезнев, добавила: – Но нам нужно быть осторожнее, Анрион прав. Мы напрасно возомнили себя всемогущими. Нашлась и на нас управа.
– Это так, – Беатрис тоже было неприятно об этом думать. – Но, если б не подсунутые графиней накопители, снабжавшие магией Кариссо и заблокировавшие ее у нас, еще неизвестно, чем бы дело кончилось.
Изабель мерно постучала себя по животу и, услышав в ответ озабоченное бурчание, спросила:
– Интересно,