Дядя Ной заморгал.
– Но это же бессмысленно. И что ты вообще имеешь против Грейкорта?
– Это месть, – со вздохом объяснила Ванесса. – Не знаю, чем мама больше недовольна – тем, что ей не удалось женить Грея на мне, или тем, что я отношусь к нему как к старшему брату, которого у меня никогда не было.
Леди Юстас фыркнула.
– Будь у тебя старший брат, у нас бы не было проблем. Он унаследовал бы отцовское состояние, и нам не пришлось бы довольствоваться моей скромной долей вдовы. Но раз у тебя нет старшего брата, тебе следовало выйти замуж за Грейкорта.
– Мама! Я не хотела выходить за него, а он не желал жениться на мне. Кроме того, он был более чем добр к нам. – Особенно учитывая то, как ее родители обращались с ним, когда она была ребенком. – Помимо моего солидного приданого, он оплачивает аренду нашего дома, позволяя нам оставаться в Лондоне, – это более чем щедро. – И он поступает так, чтобы Ванесса могла найти себе мужа. Очень мило с его стороны.
– Все равно, – возразила ее мать, – я намерена проследить, чтобы ты не вышла замуж за Армитиджа. Если ты выберешь Лисборна, денег у тебя будет в избытке.
Без сомнения, сама леди Юстас надеялась запустить в них руки через свою дочь.
– А если выберешь Армитиджа, – продолжила мать, – и твое приданое уйдет на оплату его долгов, а так и будет, у тебя совсем не останется карманных денег. Наверняка Грей удвоил твое приданое, зная, что сможет вернуть эти средства в семью, организовав для своего нищего братца женитьбу на тебе.
– Это абсурд! – воскликнула Ванесса. – Шеридан… То есть Армитидж вовсе не беден. И, кроме того, он вовсе не намерен жениться на мне. – Что было для нее настоящим разочарованием.
Дядя слегка подтолкнул ее локтем.
– Я думал, вы с ним на короткой ноге.
– Не совсем. Мы знакомы и танцевали несколько раз, но…
С соседних мест зашикали на них, и они расселись по местам.
С тех пор, с их первого танца со Святым Шериданом – она никак не могла привыкнуть называть его Армитиджем – этот нахальный человек низвел ее до положения надоедливой младшей сестренки, хотя ему было всего двадцать девять, а ей уже двадцать пять. К концу третьего танца Ванесса осознала, что вовсе не желает быть его надоедливой младшей сестрой. Ей хотелось стать его женой. Как досадно!
Почему именно он? Ведь он совершенно не в ее вкусе. Ее главный критерий – отсутствие у мужчины каких-либо секретов и хитростей, другими словами, он должен быть полной противоположностью ее покойного отца. И в кого же она влюбилась? В Шеридана с его загадочной натурой, говорящей лишь о тайнах. Хуже того, ей отчаянно хотелось разгадать эти самые тайны, будь они неладны!
Почему именно он стал тем единственным мужчиной, который заставлял ее кровь кипеть и сердце биться чаще? Неужели ее тело настолько неразумно? Ведь, несмотря на его надменность и характерную для герцога немногословность, которые она изо всех сил старалась игнорировать, в его присутствии ее тело словно наполнялось электрическим током, пробегающим по каждому нерву.
Ванесса могла бы предположить, что он играет в какую-то игру, пытаясь привлечь ее внимание, но, казалось, он вовсе не был склонен к таким ухищрениям. Похоже, ему было совершенно безразлично, привлекает ли он ее. Это выводило девушку из себя.
Ах, если бы ей удалось понять его, она смогла бы выяснить, сможет ли он стать надежным мужем. И это все, на что юная леди могла надеяться сейчас, когда матушка, кажется, достигла предела терпения и ни перед чем не остановится, лишь бы заполучить для дочери богатого жениха. Ванесса жила в постоянном страхе, что ее мать устроит какой-нибудь компрометирующий инцидент, где ее застанут вместе с лордом Лисборном.
К счастью, Шеридан не слыл в свете распутником. К несчастью, после трех первых танцев он начал избегать ее. Сначала она думала, что это связано с его трауром. Однако траур завершился в начале прошедшего сезона, а он продолжал держаться от нее на расстоянии. Тем временем мама уже не раз намеревалась бросить дочь в объятия Лисборна. Однажды она преуспеет… если Ванесса сама не найдет себе мужа прежде.
Дядя наклонился вперед, чтобы шепнуть ей на ухо:
– Если ты не на Армитиджа положила глаз, то на кого? Может, на Джанкера, как утверждает твоя мать?
Ох, эта тема была опасной.
– Мама просто не знает, о чем говорит, – ответила Ванесса.
– Правда? Она не первая, кто сказал, будто ты влюблена в него.
Тут она сама виновата. Ванесса проклинала тот день, когда сказала Грею, что испытывает нежные чувства к одному неизвестному поэту. Она сделала это лишь для того, чтобы подразнить его и скрыть свои истинные чувства к Шеридану. Ведь если бы Грей узнал правду и рассказал об этом брату, а тот стал бы презирать ее за это, она умерла бы от стыда.
На свадьбе Грея Шеридан спросил Ванессу, довольно снисходительно, о личности поэта, который занимал ее мысли. Сначала она хотела убить Грея за то, что он вообще упомянул об этом при Шеридане. Затем она отчаянно пыталась вспомнить имя какого-нибудь известного ей поэта и, поскольку недавно читала сборник стихов мистера Джанкера, его и назвала.
С того момента невинная ложь перевернула всю ее жизнь. Мистер Джанкер узнал об этом и принялся с ней флиртовать. Тогда Грей стал регулярно дразнить Ванессу, а Торнсток, отведя ее в сторонку, потрудился предупредить о беспутном характере мистера Джанкера. Даже мама услыхала об этом и теперь частенько читала ей нотации, что нельзя увлекаться людьми такого «сорта», как мистер Джанкер, что бы это ни значило.
Однако во всем этом обнаружилось одно явное преимущество. Шеридан, похоже, ревновал. Ванесса не могла быть уверена, поскольку он был непроницаем, как всегда. Но заставить герцога взглянуть на нее как на взрослую женщину – пусть даже крайне редко – все равно было лучше, чем если бы он вовсе на нее не смотрел.
Ванесса задумалась: присутствует ли Шеридан здесь сегодня? Если она высунется из ложи, чтобы проверить, не сидит ли он в фамильной ложе Армитиджей, она выдаст себя с головой. Внезапно девушку осенило.
– Мама, – прошептала она, – вы взяли с собой свой