— Не стоит. А случаем, не знаете, убийца брата пойман?
— Я нашёл его, — кивнул Ардашев.
— Вы? В самом деле? И кто же он? Анархист?
— Нет, преступление совершил отец того самого отставного поручика Захара Миловидова, которого в 1872 году Фёдор и убил, защищая честь и память своей невесты…
— Да, я знаю эту трагическую историю, — перебил ротмистр. — И что же дальше вы узнали?
— Нестор Миловидов, узнав местонахождение Фёдора, подкараулил его и нанёс удар тем же кинжалом, которым двадцать два года назад был убит его сын. Месть он вынашивал долго. А орудие убийства выкупил сразу после суда у тогдашнего судебного пристава, а ныне — судьи Топоркова.
— А как же он узнал его парижский адрес?
— Письма Фёдора перлюстрировались в жандармском отделении Ставрополя. И его начальник — ротмистр Берг — проговорился об этом своему приятелю, отставному генералу Миловидову. По просьбе последнего он не сообщил в Петербург о местонахождении вашего брата властям Франции, с тем чтобы Миловидов мог собственноручно с ним расправиться. И судья Топорков, и жандармский ротмистр уже задержаны и скоро предстанут перед судом.
— Миловидова взяли?
— Он застрелился.
— Трагедия за трагедией… Что за год такой? — вздохнул ротмистр.
— Да, смертей много.
— Значит, — с надеждой спросил Торнау, — воля брата будет исполнена и деньги попадут к детям?
— Я сделаю всё возможное, — пообещал Ардашев и добавил: — Спасибо. Я ещё раз приношу вам искренние соболезнования.
Ротмистр кивнул из вежливости и заметил:
— А я ведь неспроста спросил у вас тогда в «Мулен Руж», откуда вы родом. Мы с вами в Ставрополе в одной мужской гимназии учились, только я был на три года старше. Но я вас сразу узнал.
— Надо же, — покачал головой Ардашев, — и у меня мелькнула эта мысль. Вы мне напомнили одного гимназиста, который постоянно курил с дружками под старым клёном во дворе.
— Да-да, было такое дело! — впервые за весь разговор улыбнулся ротмистр.
— Поэтому вы и съехали из отеля, опасаясь, что я вас узнаю?
— Верно. Ну и господин Бельбасов очень уж навязчивый тип. Мне не хотелось больше с ним встречаться.
— Благодарю за откровенность.
— Не стоит. Так вы, получается, прямо из Ставрополя сюда приехали?
— Да, вчера вечерним поездом, через Москву.
— Как отца в столицу перевели, так я больше в Ставрополе и не был. Как там город? Сильно изменился? Вокзал-то наконец построили?
— К сожалению, нет. Всё по-старому, но город, как и прежде, утопает в садах…
— И провинциальные барышни всё такие же недотроги?
— Не без этого…
Ротмистр протянул Ардашеву руку.
— Рад был знакомству.
— Взаимно! — ответил на рукопожатие Клим. — Честь имею!
— Честь имею.
Ардашев уже прошёл несколько шагов и вдруг, обернувшись, окликнул недавнего собеседника:
— Ротмистр!
Тот повернулся:
— Да?
— А вы, случаем, на кладбище могилу брата не навещали? Свечку не ставили?
— Нет, не досуг было, — бросил он на прощание и пошёл в дом.
«Ну вот, — заключил мысленно Клим, — выходит, это был Александр Мосин, бежавший с этапа вместе с Фроловым, — единомышленник и верный товарищ».
Послесловие
Рапорт К. П. Ардашева, подкреплённый показаниями ротмистра Торнау, не оставил у министра иностранных дел сомнений в чистоте происхождения средств, завещанных Фёдором Фроловым, известным во Франции как Франсуа Дюбуа. Воля покойного была исполнена.
Осенью 1894 года в жизни Ставрополя произошло событие, которое в городе долгое время называли не иначе, как чудом. На счёт ставропольского Кирилло-Мефодиевского братства (в ведении которого находилось и «Убежище для сирот» Владимирско-Андреевского братства) поступило крупное анонимное пожертвование — тридцать семь с половиной тысяч рублей. Сумма по тем временам колоссальная. До этого момента «Убежище», дававшее кров и начальное образование нескольким десяткам мальчиков, оставшихся без попечения родителей, теснилось в двух небольших комнатах при церковной школе. Дети спали на дощатых нарах, занимались за ветхими партами, а о собственной столовой не могло быть и речи.
Официально источник средств остался неизвестен, однако по городу поползли слухи, связывающие это щедрое пожертвование с загадочной парижской историей и с недавним визитом в город скромного петербургского чиновника, обладавшего чрезвычайными полномочиями.
Как бы то ни было, деньгам нашли рачительное применение. Старое, обветшавшее здание Владимирско-Андреевского братства на Ясеновской улице не просто обновили, а почти полностью перестроили. Уже к лету следующего года здесь появились новые, светлые классы с высокими потолками, возвели просторную столовую с кухней и закупили добротную мебель — кровати с тюфяками, письменные столы и прочные стулья. Оставшиеся средства пошли на учебные пособия: географические карты, глобусы, наборы для арифметических упражнений и целую библиотеку детских книг, от житий святых до произведений Пушкина и Жюля Верна.
Год спустя, летом 1895 года, уже в чине титулярного советника и с кавалерским крестом ордена Почётного легиона на вицмундире, Клим Ардашев, приехавший навестить родителей, зашёл взглянуть на обновлённое «Убежище». Он не стал входить внутрь и представляться, а лишь постоял у ворот, слушая доносившийся со двора детский смех и вдыхая запах свежей выпечки из новой столовой. На скамье под молодой берёзой сидел пострелёнок лет семи и, усердно выводя буквы на аспидной доске-линёвке, что-то шептал себе под нос. Ардашев смотрел на него и думал о другом мальчике, который много лет назад в таком же приюте, только холодном и голодном, начинал жизненный путь. Путь, который привёл его через любовь и ненависть, Сибирь, Америку и Париж к последнему пристанищу на кладбище Ла-Виллет.
Так волею судеб трагическая жизнь одного сироты, начавшаяся в нищете и окончившаяся на чужбине, подарила надежду на иную, лучшую долю десяткам других детей.
Примечания
1
Даты событий, происходящих в России, приводятся по юлианскому календарю (старый стиль). (Здесь и далее прим. авт.)
2
Коллежский советник — гражданский чин VI класса в Табели о рангах Российской империи, соответствовал чину полковника в армии и капитану I ранга на флоте. Обращение: ваше высокоблагородие.
3
Титулярный советник — гражданский чин IX класса в Табели о рангах, соответствовал чину штабс-капитана, штабс-ротмистра, подъесаула и лейтенанта на флоте. Обращение: ваше благородие.
4
Действительный статский советник — чин IV класса в Табели о рангах, соответствовал генерал-майору и контр-адмиралу. Обращение: ваше превосходительство.
5
Товарищ — заместитель (уст.).
6
Милый, я хочу ещё одну встречу. Приходи сегодня вечером в городской сад к 10. Буду ждать на лавочке у пруда. Твоя Натали.
7