– Эдуард Арнольдович, я вам еще раз напомню: это мой пансионат, и только я могу решать, кто здесь будет работать.
После этих слов она направилась в сторону выхода, обойдя стоящего на пути садовника.
Глава 6
Следующие дни прошли спокойно. На неделе заселилось еще семь человек. Все они когда-то были известными людьми и, узнав о пансионате, решили отдохнуть от городской суеты и подлечиться.
Карине нравилось, как работали медицинские сотрудники. Они были вежливы, компетентны, старики всегда выходили от них довольные. Девушка хотела нанять инструктора, но Сергей предложил свою помощь. Он пообещал, что по утрам будет выходить на прогулку в сад с пожилыми людьми и заниматься с ними физкультурой. Карина сначала хотела нанять профессионала, но потом передумала. У садовника действительно мало работы. Почему бы и нет? Она не была уверена, что старички вообще захотят по утрам выходить на занятия. Но она ошибалась.
В понедельник, когда они ждали новых отдыхающих, Карина выглянула в окно своей комнаты и ее глаза округлились, а брови взлетели вверх. На площадке недалеко от фонтана и пышных роз стоял Сергей, а перед ним выстроились старики и старушки в спортивных костюмах. Под чутким руководством молодого человека они делали всё, что он им показывал.
Девушка посмотрела на время: половина восьмого. В половине девятого завтрак, а потом медицинские процедуры и отдых.
На прошлой неделе заехало четыре женщины и трое мужчин. Эти милые старички были с разным характером и разного жизненного опыта. Бывшая актриса, писатель, певица, исследователь, физик, научный деятель и депутат, тоже бывший.
На улице было двенадцать старичков. Даже Пётр Глебович прибыл на своей инвалидной коляске, с которой все эти дни не расставался. Но, к удивлению Карины, его средство передвижения стояло рядом на дорожке, а он выполнял упражнения Сергея.
Сам молодой человек был в шортах и белой обтягивающей майке. Его накачанный торс и рельеф на теле выделялся из-под ткани. Такая красивая фигура могла свести с ума любую девушку. Карина сама не заметила, как залюбовалась им. Она пришла в себя, когда увидела, что Сергей смотрит на нее. Карина, не ожидав этого, помахала рукой и отпрянула от окна. А когда поняла, что стояла в майке на лямках с открытой грудью, её щеки порозовели и загорелись.
– Боже мой, – пробормотала она, – не хватало, чтобы персонал видел меня полуголой.
Она прошла в ванную. Сегодня будет заселение еще четверых, и мест в пансионате больше не останется.
Карина постоянно спрашивала пожилых людей, нравится ли им здесь, и те уверенно отвечали, что всё хорошо. Правда, однажды Нина Львовна задала ей вопрос, который она ожидала услышать, но не хотела.
– Карина Андреевна, деточка, подскажите, а где Нателла? Когда мы заселились в первый день, эта милая девушка так нам помогала, что мы хотели бы ее отблагодарить.
– Вы знаете, Нина Львовна, ей пришлось уехать домой по семейным обстоятельствам. Но вы не переживайте: на следующей неделе должна приступить к работе новая горничная. Пока у вас будет убираться и менять постель Регина.
Старушка, которая, как показалось Карине, везде совала свой нос, нахмурилась.
– Странно, она как-то говорила, что у нее нет семьи, и она проживает при пансионате.
Карина напряглась. Вот сейчас её ложь раскусят, и получится некрасиво. Директор пансионата – и лгунья. Ей перестанут доверять. Но, к ее великой радости, старушка махнула рукой и проговорила:
– Ну ладно, чужая жизнь потемки. Может, я просто чего-то не поняла. Кстати, Карина Андреевна, у вас очень хорошая библиотека. Вы бы еще туда побольше детективов завезли. Мне они очень нравятся.
Девушка пообещала исполнить мечту женщины.
Приняв ванну, девушка прошла в столовую, где уже накрывали на столы. Тамара Васильевна каждое утро готовила кашу, на стол ставила джем, хлеб и на выбор чай или кофейный напиток. Все, кто проживал в пансионате, были довольны рационом. Если кто-то хотел добавки, никогда не отказывали.
В холле послышался шум. Девушка вышла из столовой и увидела, как в помещение заходят пенсионеры. В руках они держали коврики. Лица были довольные, все что-то бурно обсуждали. Последним вошел Сергей. Он притормозил возле горничной, которая с утра убирала первый этаж, и о чем-то начал с ней болтать. Девушка смеялась, закрывая рот рукой, а Сергей улыбался, как начищенный самовар.
Карина нахмурилась. Что-то внутри царапнуло.
– Красивый, правда?
Девушка от неожиданности вздрогнула и повернулась. Рядом стояла Тамара Васильевна, которая, видимо, тоже вышла на шум.
– Наверное, – пожала девушка плечами, – я не присматривалась.
– Ну-ну, – ответила женщина и ушла обратно в столовую.
Карина снова повернулась, но в холле осталась только Жанна, которая протирала картины. Она как раз подошла к картине с девочкой и замком, которую Карина, сама не зная почему, не стала убирать подальше. Девушка протерла раму, остановилась и начала рассматривать полотно.
Через несколько секунд она поднесла руку к картине и погладила девочку. В этот момент горничная охнула, уронила салфетку на пол и поднесла палец ко рту.
Карина, увидев это, быстрым шагом подошла к горничной.
– Что случилось? Вы поранились?
Девушка повернулась и уставилась на неё.
– Да. Потрогала картину и обо что-то поцарапалась.
Она стояла с пальцем во рту и пыталась остановить кровь.
– Жанна, что вы делаете? Сходите к медицинской сестре, пусть она обработает палец и перевяжет. Персонал уже прибыл на работу.
Девушка кивнула и, подняв салфетку с пола, пошла к медсестре.
Карина подошла к картине. Странно. Она столько раз брала ее в руки, смотрела, трогала, но царапин после этого не оставалось.
Девушка посмотрела на девочку. Та смотрела своими темными глазами прямо на неё. Карина увидела, что рот девочки испачкан чем-то красным. Девушка поднесла руку, чтобы потрогать красное пятно, но оно исчезло на ее глазах. Как будто полотно впитывало это пятно в себя.
Девушка отдернула руку, присмотрелась еще раз: пятна не было. Скорее всего, это ее воображение, так как она видела кровь, которая сочилась из пальца горничной.
На улице было тепло, но девушке показалось, что в холле похолодало. Она опустила взгляд и увидела на полу несколько капель крови. Значит, Жанна действительно порезалась. Но только вот чем? Картина была гладкой. Ничего выпирающего из нее, тем более острого, Карина не увидела.
Ближе к обеду заселились еще четыре женщины. В пансионате на данный момент шесть мужчин и десять женщин. Шестнадцать комнат из двадцати были заняты, и это большой прогресс. В первые две недели заселилось восемьдесят процентов отдыхающих. Практически все решили остаться на две недели, а