– Доброе утро! Чай будете? – чей-то звонкий голос заставил луу Альфина вздрогнуть и болезненно поморщиться.
Он осторожно сел и обнаружил, что, во-первых, находится в лесу. Хотя поблизости от Академии леса не имелось. Во-вторых, двое из его студентов с невероятным энтузиазмом роют яму, а третий таскает за собой по поляне на веревочке растрескавшуюся колоду, причем обращается с ней как с норовистой лошадью. В-третьих, из одежды на луу Альфине остались только штаны и повязка на груди.
И тут он увидел ее. На застеленном походным одеялом ложе из лапника, скрестив ноги, сидела самая настоящая степная шаманка. Ровнер испытал стойкое желание ущипнуть себя, чтобы проверить, уж не грезит ли он. И вместе с тем отчаянно боялся моргнуть. Вдруг видение исчезнет?
Дело в том, что луу Альфин давно стал изучать шаманов ханства Энгийн. Разумеется, настолько, насколько вообще можно изучать тех, к кому тебя стараются не подпускать ближе, чем на полет стрелы. Ровнер провел в степи больше десяти лет, но так и не стал настолько своим, чтобы удостоиться хотя бы беседы. Причем с гостем радушно делились всем (даже предлагали нескольких девственниц на выбор), только не шамана. Драконы – существа упертые, и луу Альфин не исключение. Поэтому он несколько раз тайком прокрадывался, чтобы подсмотреть за камланием одного из шаманов. Это была сложная задача: приходилось использовать каждую неровность ландшафта, каждый кустик, но жажда знаний оказалась сильнее временных неудобств, лежек в странных позах и камней, впивающихся в самые неожиданные места.
Разумеется, Ровнера поймали. Причем по закону подлости, изловили не когда местный шаман просил духов даровать охотникам обильную добычу или воинам удачу в бою, а когда жене местного вождя приспичило разродиться двойней. Женщину зауважали за плодородие, ее мужа – за особое рвение на супружеском ложе, детей сочли благословением небес, шамана – невероятно могущественным, а дракона – законченным извращенцем. Иными словами, все так или иначе поучаствовали в одном и том же процессе, но с разным результатом. Ровнера выдворили из страны, да так, что он, как ни пытался, не смог пересечь границу. Отчего долго печалился, заливая грусть-тоску по научной работе алкоголем во всех кабаках Сувда. Где его и отыскал Рувим луу Альфин.
Обеспокоенный моральным состоянием отпрыска родитель терпеливо выслушал сбивчивые пьяные причитания, выдал чистый платок, дабы вытереть слезы отчаяния, и потребовал не маяться дурью, а срочно выйти на работу в Академию.
– Моя дис-с-серта-ц-ция, – Ровнер минут на пять задумался над определением, икнул и продолжил, старательно проговаривая найденное слово по буквам: – Л.Ж.Е.Н.А.У.Ч.Н.А. Вот. Как? К-ка-ак я буду детям преподавать? Я – пос-с-смеш-шище.
– И что? – ничуть не впечатлился ректор Академии Драконов, который по роду службы слышал признания и поинтереснее. – Я вообще специалист по ведьмам. А они куда более скрытный народ, чем степные шаманы. – И это было чистой правдой. Ведьмы никого не пускали на свою территорию и сами редко ее покидали. – Все предложения в моей научной работе начинаются со слов «предположительно», «возможно» и «гипотетически». Ты за своим шаманом хотя бы наблюдал. Так что соберись, напиши диссертацию на том материале, что есть, защити и выходи в Академию. Гарантирую, пляски с бубном будут на каждой пересдаче.
– Так чай будете? – повторно поинтересовалась мечта, внимательно разглядывая серыми глазами впавшего в ступор мужчину.
В ухе шаманки качнулась довольно необычная серьга. Серебряные череп и кости, подвешенные на цепочке, что-то означали, но убей Ёрмунганд, Ровнер не мог вспомнить, что именно, как ни напрягал память.
– Буду, – покорно согласился дракон.
Он готов был принять из ее рук флакон с ядом и выпить, смакуя каждый глоток. Плавным движением Ергест засыпала листья травяного чая в чайник, взяла половник, зачерпнула кипяток из котла, заварила чай.
– Уважаемая, не подскажете, чем именно заняты мои ученики? – поинтересовался дракон, с благодарностью принимая чашку исходящего паром напитка.
– Ученики? – преисполнилась сочувствия шаманка.
Луу Альфин посмотрел на троицу студентов и понял – в утвержденных методах преподавания множество недоработок. Студенты абсолютно не представляют, как это – быть самостоятельными. Если на полигоне, где каждое действие отработанно до мелочей и с подстраховкой наставников, ребята более-менее справляются, то совершенно теряются при любой внештатной ситуации.
«С этим надо что-то делать», – мысленно поставил зарубку Ровнер.
– Студенты Академии Драконов, – с мученическим вздохом пояснил он, словно сообщал диагноз тяжелого психического заболевания.
Ергест неопределенно пожала плечами. Ей никогда не приходилось сталкиваться с учащимися Академии Драконов, а значит, сравнивать было не с чем.
– Вот эта парочка, – наплевав на манеры, ткнула указательным пальцем в сторону Гарша с Мжелем, копавшим землю словно две взбесившиеся землеройки, – обнаружила чью-то могилу, обвинила меня в убийстве и откопала платье. Ребята сильно расстроились. Думаю, потому, что платье им не подошло. А может, наоборот, нравится сразу двоим.
Ровнер с сомнением уставился на невероятно грязное нечто, возможно, бывшее когда-то одеждой, теперь же сиротливо валявшееся на земляном отвале. Такой жуткой тряпкой в Академии полы мыть побрезгуют, а уж носить тем более. Тем временем Гарш стер трудовой пот со лба рукавом, смахнул постоянно лезущую в глаза каштановую прядь волос и вгрызся лопатой в грунт с новыми силами. Мжель покосился на сокурсника, скинул кожаную куртку, а тунику повязал на голову чтобы земля не оседала на волосах. В Академии луу Нагуб никогда бы не опустился до демонстрации обнаженного торса. А здесь, стоило лишь учителю утратить бдительность, потеряв сознание, студенты превратились в настоящих дикарей.
«С их бы энергией траншеи на передовой копать, – невольно восхитился наставник. – Ну все. Теперь от рытья окопов не отвертятся. А то вечно ноют "мы – боевые маги, а не солдаты! Нам копать по статусу не положено "».
И действительно, стоило студентам выпуститься с боевого факультета Академии, как они становились обладателями довольно высокого статуса, причем вне зависимости от происхождения. Впрочем, обучение на боевом