– Вернемся в Академию, примете наказание, – сурово сдвинул брови наставник, повергнув студентов в еще большее уныние. – Уважаемая, вы не ответили. Куда путь держите?
Ергест смерила мага задумчивым взглядом серых глаз, решая, насколько ему можно доверять. С одной стороны, рассказывать, куда едешь, встреченному в лесу незнакомцу не лучшая идея. С другой – он маг, наставник Академии.
– В Академию Драконов.
– Думаешь, поступишь? – не удержался от ехидной реплики Гарш.
– Ну уж если ты поступил, – фыркнула та, легко взлетев в седло.
– А у меня прекрасная идея. Давайте поедем вместе, – жизнерадостно предложил учитель, мысленно потирая руки от такой неслыханной удачи.
Шаманка, да так близко. Какая прекрасная возможность для наблюдения. Его научный труд будет гениален.
– Наставник, а на чем мы поедем? – осторожно осведомился Гарш.
В ответ луу Альфин так многозначительно улыбнулся, что студентам стало ясно: ответ им точно не понравится. И как в воду смотрели. Транспортом для раненого наставника стали сами студенты. Из курток, пожертвованного шаманкой одеяла, двух жердин соорудили носилки, затем положили на них Ровнера и пустились в путь. Причем честь нести носилки выпала эльфу и дракону как самым выносливым. Гарш изо всех сил пытался выглядеть не очень радостным, но все равно улыбка нет-нет, но расцветала на довольном лице.
– Учитель, может, вам пересесть на коня? – предложил Мжель, которого совершенно не радовала перспектива тащить Ровнера до ближайшего городка или села.
– Действительно, луу Альфин, верхом вам будет гораздо удобнее, – поддержал товарища по несчастью эл Царс.
Ергест фыркнула. Она не собиралась отдавать Азарга кому бы то ни было, но ее мнения не спрашивали.
– Нет, – жестоко задавил надежду на лучшее Ровнер. – Будем отрабатывать транспортировку раненного с поля боя.
– Но учитель, разве этим не занимаются помощники целителей? – возразил Гарш, наткнулся на непреклонный взгляд карих глаз наставника и споткнулся.
– Перестаньте все время надеяться на других! – рявкнул Ровнер.
Мжель с Петешем синхронно вздрогнули и чуть было не выронили импровизированные носилки из рук. Раненого ощутимо тряхнуло, в груди отдалось острой болью.
– Кстати, всем еще один «неуд» за оказание первой помощи, – мстительно сообщил он окончательно деморализованным студентам.
«Такими темпами нас отчислят за неуспеваемость раньше, чем мы доберемся до Академии», – с тоской решил Мжель.
К тому времени, когда они наконец достигли лесной опушки, наставник задремал, и студенты смогли вздохнуть свободно. Спящий учитель «неудов» не поставит. Хотя от луу Альфина всего можно ожидать. Показавшийся вдалеке город заставил парней окончательно воспрянуть духом.
– Слава Триединому, – благодарно выдохнул Гарш и коснулся лба тремя пальцами, хотя никогда не был особо религиозен.
Да и жрецы Триединого магов откровенно не жаловали: держались за благословленные ладанки, амулеты, суеверно плевали через плечо, но терпели. Носильщики судорожно перевели дух, ожидая, когда откроется второе дыханье.
– Я съем самый большой кусок мяса, какой только есть в здешней харчевне, – мечтательно протянул Мжель, мотивируя себя на последний рывок.
– О да! Еще яичницу и пирог, – в предвкушении закатил глаза Гарш, вспоминая, что они не только не завтракали, но еще и не ужинали вчера.
– Вам бы только брюхо набить, – презрительно скривился Петеш и задрал было нос, но не вовремя забурчавший от голода живот не дал эльфу сойти за аскета, питающегося исключительно утренней росой по четвергам.
Ергест молча обозрела окрестности родного городка. Хил не то место, куда она собиралась вернуться в течение ближайших пяти лет точно, а скорее всего, не приедет никогда. Девушка повернула Азарга в сторону и пустила рысью вдоль опушки. Степные лошади славятся своей выносливостью. К ночи она будет далеко.
– Эй! Ты куда? Город в той стороне! – крикнул вслед Гарш, но был проигнорирован. – Даже не попрощалась.
– Пусть себе едет, – бросил через плечо Мжель. – На кой леший она тебе сдалась?
– Да так, – неопределенно пожал плечами парень. – Наставник расстроится.
Последние слова оказались пророческими. Ровнер не просто расстроился, а впал в ярость, когда, открыв глаза, осознал, что объект исследований испарился, не оставив и следа.
– Как вы могли отпустить девушку одну? На дорогах полно опасностей, – воззвал к совести студентов луу Альфин.
Он не был готов смириться с жирным крестом на своей научной работе.
– Леди прекрасно справлялась сама, – сделал попытку умиротворить наставника Петеш. – Мы ей только мешали.
– Да такую лопатой не убьешь, – пробормотал под нос Гарш, но все равно был услышан.
– Это так вы относитесь к тем, кого обязаны защищать? – вызверился на молодых магов Ровнер. – Вы, будущие боевые маги. Мы тратим на вас время, деньги, силы… Для чего? Для того, чтобы вы хранили покой мирных граждан и защищали их от зла вообще и его порождений в частности. А вы бросили беззащитную девушку одну на дороге.
Студенты стыдливо потупились. Они не считали степную шаманку такой уж беззащитной, но после слов луу Альфина остался неприятный осадок.
«Да что это за практика такая?! Постоянно все делаем не так», – тяжело вздохнул про себя эльф, в обычной жизни считавший себя совершенством как в учебе, так и в обращении с дамами.
А тут каждый раз конфуз.
– При всем уважении, наставник, степнячка не является гражданкой Ан-Шара, – с трудом выдавил из себя Мжель, мечтая только об одном – поставить уже злосчастные носилки куда-нибудь.
Пусть он дракон, но даже драконьей выносливости есть предел. К тому же они со вчерашнего дня не ели, практически не пили (если не считать кружки воды, поданной какой-то сердобольной старушкой) и уже несколько часов мотались по богами забытому городку в поисках почтовой станции или постоялого двора. Но местные жители слишком тупы, чтобы указать куда-то еще, кроме городских ворот. Возможно, они просто не понимали вопросов студентов, или названия здесь отличались от принятых в столице.
– Это не оправдание! – грозно рявкнул луу Альфин, возмущенно подпрыгнул на носилках и чуть не сверзился прямо на роющуюся в земле свинью.
Но в последний момент дракон удержал равновесие, хотя это и стоило ему очередного приступа боли в груди. Хорош бы он был скачущий верхом на хрюшке. После такого не только студенты, но и местные утки засмеют. Немного поерзав, Ровнер уселся на носилках поудобней, убедился в устойчивости положения и продолжил:
– Она едет в Академию, значит, станет вашей