Один из них – как раз подо мной. Удавкой выдёргиваю у него автомат и быстро меняю позицию. Вовремя, потому что по ней тут же проходятся очередью.
Ещё один автомат…
Перебежка на три дерева правее и короткая очередь в третьего бородатого мужика. Минус ещё один.
Мне легче, чем им. Земля тут идёт под уклон градусов в сорок пять, и, добравшись сюда снизу, они здорово запыхались. Я же шёл либо по деревьям, либо сверху вниз.
Через десять минут в моём активе уже восемь обезвреженных наёмников. Пятеро к предыдущим трём.
Потом то ли наёмники умнеют, то ли их и правда не остаётся, но вокруг наступает тишина. Какое-то время я прислушиваюсь, потом плету укрепление мышц и иллюзию невидимости и спрыгиваю вниз.
Делаю большой крюк с правой стороны – не менее километра. И добираюсь практически до подножья горы.
– Вот ты какой, олень северный… – Из-за кучи камней появляются трое мужиков в «хаки». В руках один держит для разнообразия дробовик. Расстояние между нами – метров десять. Не промажет точно.
Внезапно я понимаю, что моя иллюзия невидимости рассеялась и меня им отлично видно.
– Ну чё, мелкий, слабо без своего заколдунского тёмного эфира магичить? – ухмыляется один. – Здесь сильный светлый фон. А без своего дара ты тут никто. Пустое место. – Он сплёвывает.
Вот только тьму Карха я чувствую по-прежнему. Она не имеет отношения к эфиру. И когда щупальца моей тьмы выстреливают в наёмников, они всё ещё скалятся и не ожидают подвоха.
Раскручиваю двоих и забрасываю куда-то за камни. Того, что с дробовиком, поднимаю высоко над головой и переворачиваю вверх ногами. Его морда моментально краснеет от прилива крови.
– Сколько вас тут ещё?
– Да пошёл ты! – ощеривается он. И вместо того, чтобы попытаться скинуть со своего горла щупальца, последние мгновения своей жизни тратит на то, чтобы выкрикнуть какую-то абракадабру. Будто приказ.
Откидываю его в сторону, но летящее тело перехватывают гигантские клешни. И, располовинив его, отбрасывают в сторону. А следом появляется и вся тварь. Четыре клешни угрожающе зависают в воздухе, ног, кажется, тоже четыре. Голова странной треугольной формы с фасеточными глазами. Исковерканное тело больше не может стоять прямо, и тварь двигается словно скорпион. Да и похожа на него.
Возможно, когда-то она и была человеком… Или даже не одним, потому что конечностей тут явно перебор.
Тварь врезается в меня как хороший паровоз. Не успеваю отскочить, потому что четыре массивных клешни сжимаются на моём торсе. Я прямо слышу хруст своих костей. Банальная сила, которую не взять ни хитростью, ни уловками. Иногда она бывает крайне действенна.
Клацающая зубами пасть вгрызается мне в плечо. А из-за кучи валунов появляются ещё пять таких же. И несколько людей-наёмников.
Понимаю, что не успеваю вырваться из этих смертельных «объятий», но…
…пятерых уродов внезапно сметает адской волной огня. Не ожидая подобного, они вспыхивают, словно факелы. Кто-то из наёмников успевает нажать на крючок. Раздаётся автоматная очередь, но передо мной вырастает каменная стена. Пули выбивают в ней лунки, летит каменная крошка.
Всё это происходит секунд за двадцать, не больше.
– Каменский, напомни потом присудить тебе медаль за наглость, – слышится за спиной голос императора. – Заслужил.
– Я тоже рад вас видеть, ваше величество.
– Премию Дарвина ему, а не медаль, – раздаётся недовольный голос старшего Львова. – За самоуправство и последующую тупую смерть. Мы готовили этот рейд месяц. А ты попёрся к противнику в первую же ночь.
– Я могу взять их своим даром, – объясняю. – И тихо. С автоматами вы для противника как на ладони. Вычислить стрелка – раз плюнуть, вам ли не знать. А использовать свой дар долго у вас возможности нет. Клизма Шанкры, Лекс! Какого хрена ты творишь, больно же! – Чувствую, как кости в сломанном плече и рёбрах, которым досталось от зубов и клешней монстра, приходят в движение и встают на место.
Это Лекс задействовал исцеляющее плетение. И сделал это довольно жёстко.
– Мало тебе, – фыркает Львов-младший.
Ну ясно. Обиделся, что я не взял его с собой. Шах с Ольгой – те молчат. Доверяют моему чутью.
– Кстати… – Его величество сдёргивает с шеи связку бусин-артефактов. Одну раскусывает сам, две других передаёт Львовым.
– У меня есть, – отказывается Лекс, вытаскивая из нагрудного кармана такие же бусины, выданные великой княжной Анастасией.
– Ну что, продолжим? – весело говорит Ольга, глядя на то, как из-за камней к нам стягиваются новые монстры.
* * *
Разобравшись с изменёнными, рудник кристаллов мы находим быстро. Тошнить нас с Ольгой и Шахом начинает ещё на подходе. К тому же возле здоровенной, уходящей вглубь горы пещеры штабелями выложены металлические ящики, тоже полные драгоценной руды.
– Пойдём внутрь! – Лекс аж приплясывает на месте от нетерпения.
– Нет уж… мы лучше тут подождём, – отвечаю за нас троих. Шах и Ольга синхронно кивают. Княжна выглядит белее снега – того и гляди хлопнется в обморок.
Когда наши светлые исчезают в пещере, мы отходим шагов на пятьдесят и опускаемся на землю. Даже здесь ощущается давление концентрированного светлого эфира, но жить без желания сдохнуть уже можно.
Минут через сорок они возвращаются.
– Камень, ты даже не представляешь, сколько его там! Эфира! – радостно восклицает Лекс.
Император задумчив. А вот Чарльз отчего-то мрачнее тучи.
Напряжённый взгляд британца замечаю не только я.
– Расслабься, Чарли. – Его величество хлопает того по плечу. – Разберёмся с «Братством», наладим выпуск антидотов – и начнём совместную разработку. Это в ваших Британиях удар в спину – норма. В империи подобного не будет. Так что свою долю в разработке рудника ваша страна получит. Если договоримся, конечно.
И Александр Третий улыбается так хищно, что всем сразу становится понятно: легко на переговорах британцам не будет. Но слово российского императора – это крепчайшая гарантия. И британский посланник-советник ощутимо успокаивается.
Да… Как бы ни хотелось получить всё и сразу, в нынешних условиях заниматься рудниками у империи возможности нет. Да и свободные братаны могут прийти сюда в любой момент, открыв себе портал. И придут, конечно. Поэтому Шах устанавливает запалы и взрывчатку. Через час шахту замуровывает обрушившимися камнями. Правда, лежавшие тут ящики с кристаллами мы, не сговариваясь, заныкиваем на нашей базе. А один решаем взять с собой.
– Но как они его отсюда переправляли? – задумывается Николай Михайлович Львов.
– Так через портал, – киваю в сторону башни.
– Но он открыт в зал Кремля!
– Полагаю, тут у них не было выбора. Открытым портал поддерживает сила