Через величественные Королевские Ворота, похожих на древних стражей, они въехали в столицу, предъявив стражникам необходимые бумаги. Перед ними развернулась широкая площадь Главного Храма, центр которой украшал высокий фонтан. Площадь окружали здания с изящными шпилями и арочными окнами.
Река делила город пополам, соединяя берега прочными каменными мостами. Сердце столицы — замок Драгонфорт, чьи башни виднелись издалека. Воздушные сады замка радовали глаз пышной зеленью редкостных растений и фруктовыми деревьями.
Южнее располагались роскошные кварталы аристократов и богатого купечества. Особняки на этих улицах утопали в садах, улицы вымощены камнем, украшенные фонтанами и статуями.
Простолюдины, вроде них, жили на Подгорье среди тесных улочек. Здесь обитали ремесленники, трактирщики, торговцы, рыбаки — словом, все те, кто составляет большую часть населения города.
Узкие улочки Подгорья переплетались в хитрый лабиринт. В каждом закоулке можно было найти что-то интересное: лавку с уникальными изделиями, таверну с вкуснейшей едой, уличного музыканта, поющего прекрасную балладу.
Повозка медленно пробиралась сквозь людскую толпу, когда вдруг наступила тишина — улицы накрыла гигантская тень дракона. Его чешуя переливалась угольно-чёрными оттенками, отражая закатное солнце. Огромные кожистые крылья закрыли солнце от экипажа, в котором сидела Мара.
Пахнуло серой и пеплом. Волосы развевались от воздушного потока, идущего от огромных крыльев.
— Кто это? — прошептала девушка, глядя вслед удаляющемуся чудовищу.
— К тебе, куколка, память, видимо, так до конца и не вернулась? Это ведь Мальдор Драгонрайдер, брат нашего короля.
Лошади постепенно успокоились. Когда угроза миновала, животные вернулись к своему обычному поведению, позволяя людям продолжить разговор.
— Имя принца стало олицетворением жестокости и произвола. Все Драгонрайдеры слегка тронутые умом, но этот… этот настоящий демон во плоти! Жалеет разве что собственную душу. Даже знать старается как можно реже пересекаться с ним, а уж простым людям?.. Видела когда-нибудь, как охотятся аристократы? Одни из них предпочитают гонятся за оленями, другие — за волками. Этот же предпочитает загонять в силки людей. Лично командует отрядами королевской гвардии, и те беспрекословно ему подчиняются. Солдаты его одеты в золотые доспехи…
— Да ложь всё это! — возмутилась Мара. — Ну, какая из золота броня? Никто не станет тратить драгоценный металл впустую.
— Ну, не золотые, так сверху позолоченные — какая разница? Те, что я видел собственными глазами — клянусь! — светились, как золото. Впрочем, суть вовсе не в доспехах, а в том, что вытворяют эти головорезы по приказу принца. Истории ходят страшные, из тех, от которых и храбрец содрогнётся. Рубят людям руки-ноги и головы. Говорят — даже члены…
— Прямо вот так, ни за что, и рубят? — усомнилась Мара. — Без всякой причины?
— Порой принц казнит за малейшую провинность. Обвинили в воровстве без доказательств, женщина пожаловалась на обидчика, мужчина проявил недостаточную почтительность к высокой особе, прошёл не по той стороне улицы или недостаточно низко поклонился, посмотрел не туда — вот и готов приговор, быстрый и неумолимый.
— Хочешь сказать, что наказания несправедливы? Но если насильников, грабителей и прочих негодяев не казнить, она расплодятся как грибы после дождя. Разве не так?
— По-твоему, справедливо отрезать за прелюбодеяние член? — возмущённо выпалил Арик.
— Действительно жёстко, да, зато действенно. Наверняка многие перестали приставать к женщинам после такого.
Арик выразительно сплюнул, выражая своё отношение к происходящему:
— Ампутация частей тела не самое жуткое. Рассказывают историю, когда гвардейся принца вырезали и сожгли всю деревню.
— Неужели?
— Именно, — подтвердил Арик твёрдо. — Всего лишь за то, что крестьяне были непочтительны и повели себя с Мальдором дерзко.
— Что-то я сомневаюсь.
— Зуб даю!
Впрочем, зубы остались при Арике и слава Богу! Куда важнее оказались последующие слова:
— Вообрази: малые дети, пожилые женщины, больные старики — все сгорели.
— Кошмар, — согласилась Мара, всё ещё не спеша верить его словам, поэтому и не испытывая особого ужаса.
— Тех немногих, кто избежал гибели, — продолжал нагнетать Арик, — развесили на ветвях окрестных деревьев. Для примера остальным. Чтобы каждый знал, что его ожидает, если он осмелится пойти против принца Мальдора.
— Настоящая трагедия, — покачала головой Мара.
Рассказ способен был вызывать дрожь, если бы не крайности, которые казались неправдоподобными даже в таком жестоком мире.
— Народ боится Мальдора Драгонрайдера больше, чем короля. Принц часто вершит расправу без суда и следствия. Достаточно малейшего подозрения или лёгкого намёка на вину, и никто не станет долго разбираться: схватят и казнят до наступления рассвета. Никто не в безопасности, если принц поблизости. Люди избегают говорить о нём открыто.
Эти сведения походили на правду больше сказок о сожжённых деревнях.
Теперь и Мара припоминала рассказы о том, как принц Мальдор любил устраивать публичные казни, превращая их в спектакли. Он заставлял подельников или родственников преступников смотреть на пытки и не дай бой кому в толпе отвернуться или закрыть глаза! Кара могла коснуться и их. За сочувствие преступнику.
— Были случаи, когда обвинённые пытались бежать, но слуги принца неизменно настигали беглецов. Охотники эти упорством под стать своему господину, чужды жалости и не способны прощать промахи. Многие в городе потеряли близких из-за капризов принца.
Арик снова сплюнул с досады:
— Запомни мои слова, девчонка — держись подальше от принца и его приспешников, если жизнь дорога. Живи незаметно, пока судьба позволит.
— Постараюсь, — пообещала Мара.
Вечером путешественники прибыли в таверну «У старого дуба».
— Заходите, старые друзья! — радостно встретил их хозяин-толстяк. — Располагайтесь, отдыхайте!
Мара попросила показать ей комнату для отдыха.
Девушка-служанка провела её наверх. Комнатка оказалась скромной, но чистой: деревянная кровать с мягким тюфяком, столик с тазом для умывания и полотенцами. Глядя на это убожество, Мара смутно вспомнила блага прежней жизни: горячи душ, полки с кремами и лосьонами. В этом мире роскошью был и кусок мыла.
Спустя некоторое время она присоединилась к друзьям в общей зал таверны, чтобы насладиться теплом огня и душистым куском свежем хлеба.
Глава 6. Поэты и тираны
Спустившись, Мара погрузилась в тёплый гул голосов, мягкий свет масляный ламп, в ароматы жаренного мяса и хлеба.
В дальнем углу, среди колец табачного дыма, сидел молодой певец с лютней. Голос его то поднимался, то замирал, исполняя балладу о короле Тарвисе Первом и славном доме Драгонрайдеров:
Когда заря взойдёт над древним Аларисом
Свет коснётся престола величественного!
Помнят люди тех, кто ими управляет,
Тех, чья кровь достойна земли этой древней.
О! Могучие Драгонрайдеры!
Дети пламенных драконов, стремитесь вы к служению.
Зверь ваш — дракон, что парит высоко
Сердце ваше полно чести и долга.
Король мудрый, Тарвис Первый
Наш защитник, наш правитель великий,
Неприступен престол твой, остёр твой клинок,
Справедливость твоя крепка, как