— И она с тобой тоже давно не общается.
— Общается, — щетинится. — Я виделся с ней и на летних каникулах, и сейчас.
Ладно. Наш разговор сейчас не о бывшей свекрови. Если у нее появилось время общаться с Лешей, то хорошо. Я не против.
— Бабушка Лариса, естественно, защищает и выгораживает своего сына.
Бывшая свекровь говорила мне в открытую, что это я виновата в разводе и вообще-то могла бы потерпеть ее неработающего и выпивающего сына. Видите ли в их время, мужики тоже и выпивали, и руку на жён поднимали. И ничего, все терпели, никто не разводился. Зато семья была целая. А тут ишь ты, терпеть не хочет.
— Я виделся с папой на каникулах. Он больше не пьет! И папа абсолютно нормальный и хороший, а не как ты говоришь.
Вздыхаю.
— Хорошо, я рада, если твой папа больше не пьет. Молодец. Но мы с ним давно разведены. Когда я принимала решение о разводе, я исходила из тех факторов, которые перечислила тебе. Помимо пьянства твой отец еще не работал и поднимал на меня руку в твоем присутствии.
Я злюсь, поэтому мой голос стал немного громче. Я не понимаю, почему Леша на стороне Антона, который вообще не принимал участия в его жизни от слова совсем. Ну как такое может быть? Я его вырастила, ночей не спала, когда болел, стараюсь дать ему все самое лучшее, а все равно я плохая, а непутевый отец хороший.
Да, когда Леша пошел в первый класс, я была вынуждена оставить его с мамой и уехать работать в Москву. Но я сделала это ради ребенка! К тому же я каждый день звонила, а при любой возможности приезжала. На все отпуска и длинные праздники я мчалась к сыну. Было бы лучше, если бы мы продолжили волочить нищету в нашей провинции? Мы в прямом смысле слова голодали. Были дни, когда не оставалось денег даже на хлеб и приходилось просить в долг у соседей.
— Ты сама постоянно жалуешься, что в нашем городе большие проблемы с работой и ее просто нет. Где папе было работать? Но все равно он работал. И сейчас папа работает.
— Да, работал после наших скандалов и после того, как я от него уходила. Но надолго твоего отца не хватало.
— Потому что в нашем городе работы нет, и ты сама это постоянно говоришь! — Леша тоже повышает голос. — Ты сама себе противоречишь.
— Тем не менее, люди находят, где им работать.
— Да, находят. Ты в Москву уехала.
— Жаль, что твой папа не уехал на работу в Москву, чтобы нас содержать.
— Потому что папа не хотел нас бросать! В отличие от тебя.
Я осекаюсь. В интонации сына отчетливо слышится обвинение.
— А что касается того, что папа типа бил тебя, так ты первая начинала эти скандалы. Я все помню, хоть и совсем мелкий тогда был. Папа приходил домой в хорошем настроении, начинал со мной играть, а ты набрасывалась на него с претензиями, потому что тебе все всегда было не так. Так что не надо обвинять ни в чем папу. Он хороший!
В горле встал большой ком, в глазах скопились слезы. Я бьюсь в закрытую дверь, Лёша попросту меня не слышит. У нас разговор немого с глухим. Но как же обидно, что сын сыплет обвинениями в мой адрес и выгораживает непутевого отца!
— Ладно, — сглатываю тугой ком. — Я поняла, что папа хороший, а я плохая.
Слова сына разорвали мне душу в клочья и разбили сердце. Чувствую себя так, будто наступил конец света.
— Я не говорил, что ты плохая. Я просто сказал, что не надо очернять папу. Он, кстати, про тебя ни одного плохого слова ни разу не сказал. А ты все время говоришь про него плохо.
— Ладно-ладно, — киваю. — Вот только одно не могу понять: если папа такой хороший, что же он годами с тобой не общался и даже с днем рождения тебя не поздравлял?
Леша замолкает. Замечаю, как в глазах сына проскользнула боль.
— Папа забывал, — опускает лицо в ноты. — Это ничего страшного. У меня тоже плохая память на даты. Поэтому историчка меня ненавидит и поставила тройку в четверти.
— Какую же надо иметь плохую память, чтоб годами не помнить про день рождения собственного ребенка, — роняю иронично. — Ну да ладно, если сейчас у твоего папы стало получше с памятью, то это отлично. Общайся с ним, я не возражаю.
— Я бы хотел, чтобы вы помирились, — снова поднимает на меня лицо. — Папа правда больше не пьет. А еще ему предложили работу в Москве, и он скоро приедет.
Отрицательно качаю головой.
— Это исключено.
— Почему? Ты же все равно больше не вышла замуж. А папа очень хорошо к тебе относится и не против помириться с тобой.
— Да, я больше не вышла замуж, но тем не менее я не одна. Так что снова сходиться с твоим отцом не буду.
— В смысле не одна? — изумляется. — Ты с кем-то встречаешься?
— Да, — отвечаю решительно.
— С кем?
Лешка таращится на меня в шоке, а я мгновение раздумываю, говорить ли. Если честно, не вижу больше смысла скрывать от сына отношения с Костей. Ну сколько мы еще будем прятаться от ребенка? А главное — зачем? И вообще, почему наши отношения должны быть секретом? Мы разве нарушаем какие-то правила? В уставе школы нет пункта о том, что учителям нельзя романы с родителями учеников.
— С твоим классным руководителем Константином Сергеевичем.
Глава 30. Отец
Костя
Уроки математики у своего шестого «Б» я воспринимаю иначе, нежели с другими классами. Потому что в шестом «Б» учится сын Светы. Я искренне проникся к ее ребенку. У Леши есть способности к математике, пятерку в четверти я поставил ему абсолютно заслуженно. А еще мне нравятся его интересы: музыка, гитара. Я и сам немного умею играть на гитаре. Леша — отличный парень. Мне хочется узнать его получше, хочется подружиться с ним и наконец-то рассказать про наш со Светой роман. Мы могли бы ходить куда-нибудь втроем. А может, даже поехать кататься на лыжах на зимних каникулах. Если Леша не умеет, я бы его научил.
Но он тяжело переживает отсутствие