— И зачем вы там носились?
— Мерили, сверяли, проверяли... Хотели быстрее закончить с покупкой. — Наконец, Алви соизволил открыть оба глаза и посмотреть на недовольную меня.
— Алиса, ты должна была уже спать. Почему ты не легла. Неужели обо мне переживала? — Я бы растаяла от его воркующего голоса, но что можно мерить и сверять в лесу ночью? Локацию медвежьих берлог?
Но я не истеричка, я быстро вспомнила, что маги — мужья верные. Поэтому успокоилась и заворковала в ответ:
— Алви, ночами нужно дома сидеть.
— Скучала? — Он похлопал себя по колену, приглашая меня присесть и, почему-то, удивился, когда я села на предложенное место.
— Алиса, как же рядом с тобой хорошо. — Алви сказал это на выдохе, обнимая меня и прижимая к себе. И был он таким расслабленным, даже уставшим, что я решила: более удачного момента для разговора о нашем будущем мне не подобрать.
— Я знаю, что написано в книге графа Зандер, — прошептала я мужу на ухо.
Алви выпустил меня из объятий и посмотрел мне в глаза
— И не все, написанное в ней, мне нравится, — добавила для ясности.
Он кивнул несколько раз. И я продолжила:
— Я не хочу просидеть всю жизнь запертой в этом замке, только потому, что маги — собственники и ревнивцы.
— Я понимаю.
— И я хочу общаться с разными людьми, ездить в гости. Посетить обитель, мы бы могли поехать с визитом вежливости к графине Хартман и Эмилии. — Алви, слушавший меня кивая, поперхнулся воздухом и начал кашлять.
— Ты же простыл! — Воскликнула я. И прижала ладонь к его лбу. Я по-настоящему испугалась за его здоровье. Глупо, конечно, ведь маги сами могут себя лечить. Но вдруг у него будет пневмония или даже воспалений легких, что он внезапно так ослабнет, что не сможет воспользоваться магией?
Откашлявшись, Алви сказал:
— Я здоров. И в гости к моим родственницам мы спешить не будем.
— Ладно, — мне и самой не очень хотелось общаться с этими женщинами. Только Алви дал обещание покойному графу, что позаботится о них, поэтому было бы правильно хотя бы изредка общаться с замужними родственницами.
А Алви между тем, взял меня за обе ладони, и, поглаживая мои пальцы, проговорил:
— Алиса, я все понимаю. И стараюсь не быть навязчивым, что бы ты от меня не уставала. У тебя будут подруги. Со временем. И увлечения, и какое-нибудь интересное дело. Если хочешь ты сможешь шефствовать над сезонными ярмарками в графстве. Можно их проводить в твоём магазине. Ты же понимаешь, что по принятым в твоём мире правилам здесь торговать не получится. Как только я дострою для тебя обитель ты, если захочешь, сможешь, создать там приют для сирот или одиноких стариков. Тебе не будет скучно. А я, как построю свои суда, смогу долгое время проводить в море, чтобы ты могла от меня отдохнуть.
Мне за мужа стало обидно. Он был достаточно взрослым, чтобы правильно оценивать суть магически одаренных людей. И невозможно было не пожалеть магов, наделённых невероятной силой, но зависящих от своих чувств к одной женщине. Как себя должен чувствовать Алви, который уже сейчас готовит для себя важные занятия подальше от дома, чтобы дать мне возможность отдохнуть от него в будущем.
— Алви, мне не надо от тебя отдыхать. Ты же мое обезболивающее...
— И только? — Спросил, шутливо приподняв бровь, но с очень внимательным взглядом.
— И не только… — Я отстегнула застёжку на его плаще. И вслушиваясь в его прерывистое дыхание, развязала узел на шейном платке. Алви переложил свои руки на мои бедра, слегка сжимая их. А я продолжила медленно расстёгивать пуговицы на его сюртуке, жилете и плавно перешла на рубашку...
Но я не стала продолжать, разговор наш был не окончен. Как бы Алви мне не пытался угодить, в некоторых вопросах он был упрям. Поэтому я, чуть отстранившись назад, шепотом спросила:
— Алви, на бал в Королевский дворец мы точно поедем?
Вместо простого утвердительного ответа, он, шумно выдохнув, чуть ли не простонал:
— Алиса, ведьма, никто ещё надо мной так не издевался.
Я нежно провела ладонью по его крепкому животу и, Алви пообещал, что на бал я обязательно попаду.
— И знакомства в столице заведем? — Задала я следующий вопрос.
— Нам будет сложно общаться с потомственными аристократами. Они слишком консервативны. А проблемы этикет вызывает не только у тебя.
— Но есть же еще и маги. В королевстве, кроме тебя еще одиннадцать магов, мы же можем ездить в гости к ним. — Я напряженно ждала ответа.
Мне было не понятно, почему маги не общаются семьями. В королевстве Лайтия было двенадцать магов, и шестеро из них были женаты.
— Кларк сам у нас гостит. А графиня Зандер мне рада не будет. — Спокойно сказал Алви.
— А другие маги, вы вообще не общаетесь?
— Мы пересекаемся на общих сборах или на встречах во дворце. — Мне сложно было скрыть свое расстройство. Неужели во всем королевстве я смогу общаться только с мужем, всегда занятой работой Лэлой и Эммой. А она от меня очень быстро устанет и сбежит в свое имение.
Но я решила выкинуть все грустные мысли, раз сейчас я ничего уже сделать не могла. Склонившись к мужу, я продолжила прерванное занятие…
* * *
После этого разговора уже прошло две недели и целая неделя, как нам с Алви пришло официальное приглашение на Королевский бал. Я уже выбрала себе платье, подобрала к нему обувь украшения, прическу. Заставила камердинера Алви позаботиться о новом сюртуке для мужа. Я жила в предвкушении своего первого выхода в свет, но неожиданно Алви решил испортить мне настроение. Он не мог забыть о данном мне слове, и, кажется, решил уговорить меня, чтобы я сама отказалась от поездки на бал.
А я уже мысленно представляя себя во дворце, в золотом парчовом платье, когда он вошёл в мою комнату и встал за моей спиной, любуясь моим отражением.
— Алиса, ты красавица.
— Алви, ты меня ещё в бальном платье не видел.
— В бальном платье тебя не только я увижу.
— Конечно, меня увидит весь дворец. — И я этому была очень рада.
Зимний королевский бал был самым массовым светским мероприятием. В это время все аристократы уже завершали свои торговые дела с продажей урожая и живности и возвращались с дальних имений в столичные дома. Наступал сезон заключения помолвок.
— Алиса, тебе очень хочется на этот бал? — Меня этот вопрос заставил немного насторожиться.
— Конечно.
— Зачем? Там не будет ничего интересного. Обычное сборище словоплетов. Может, останемся