На работе я взяла недельный отпуск. Мы же готовились отмечать годовщину свадьбы. Какой цинизм, настаивать на празднике, если уже собирался со мной разводится.
Вызываю такси, еще раз смотрю на себя в зеркало. А что, как бы сказала Марта: «Прикольно!».
Ехать от дома дочери минут тридцать. Пробок особых нет.
Я работаю заведующей аптекой. Точнее сказать, уже не работаю. Судя по тону Ильи.
Аптека — для меня это был огромный шаг назад. Но в лаборатории, в которой я работала, случилась утечка. Я надышалась ядовитыми парами. Меня едва откачали.
До сир пор доподлинно неизвестно, кто из работников нарушил технику безопасности. Но тогда все за меня страшно испугались. Тимур даже привез врача с Германии.
Когда я поправилась, супруг сказал, что я ему дороже всего, моя работа опасна. Мне лучше вообще сидеть дома, а он обо всем позаботится.
Сидеть без дела я не могу. Дача — это хобби. А вся моя жизнь так или иначе связана с фармацевтикой. Потому я пошла к нашему общему другу Илье, у которого своя сеть аптек.
Со временем я там привыкла, мне было хорошо и спокойно, появилось больше свободного времени. Хоть я очень скучала по работе в лаборатории.
Расплачиваюсь с таксистом, захожу в здание аптеки.
Провизор Илона смотрит на меня огромными перепуганными глазами. Девушка бледная, здоровается заикаясь.
— Проходи, Свет, — показывается голова Ильи, он приглашает меня в мой же кабинет.
Еще вчера друг, сидит за моим столом, на котором навалена кипа накладных. Руки в замок сцепил. Рассматривает меня удивленном взглядом.
— Имидж сменила? Смело для твоего возраста, — ухмыляется.
— Ты же не для этого меня вызвал, чтобы мой внешний вид обсуждать, — сажусь напротив него.
— Не для этого, — кивает. Вздыхает. Опускает взгляд на бумаги. Молчит долго. — Свет, ты знаешь мое к тебе отношение. Мне не легко говорить, еще сложнее поверить.
— Выкладывай уже, — вальяжно откидываюсь в кресле. Всем своим видом показываю расслабленность.
— На прошлой неделе завезли партию лекарств. Ты знаешь их ценность, ты же лично их и принимала. Подпись твоя есть, камеры все зафиксировали. А теперь их нет. Я уж не говорю, об астрономической недостаче в аптеке. Свет, я же тебе доверял! — смотрит на меня осуждающе.
— Неплохо так играешь, Илья. Очень правдоподобно, — усмехаюсь.
Удивил?
Нет.
Я нечто такое предполагала. Подставить меня — идеальный вариант для мужа и сына.
— Ты сама посмотри бумаги. Посмотри склад. Я же не проверял тебя, был уверен, что у тебя все четко, — и взгляд такой невинный, оскорбленный.
Сколько лет знаю, а не подозревала о его актерских талантах.
— А тут вдруг решил поехать и проверить. Да-да… — склоняю голову набок.
— В больницу надо было товар отправить. Илона позвонила, сказала на складе нет. Ты знаешь, как я бился за этот тендер! Естественно, я сразу приехал. Стал проверять, и… — делает театральную паузу, — Волосы на моей голове зашевелились. А до сих пор понять не могу, как ты могла! Света, ты же… ты же мне как сестра!
— А сейчас ты мне с прискорбием сообщишь, что и камеры вышли из строя.
— Конечно, вышли. Ты же сама их и отключила, — осуждающе качает головой. — Свет, ты понимаешь какая это сумма? — хватает со стола листы бумаги, привстает и трясет ими у меня перед глазами. — Я уже не говорю, про уголовную ответственность!
— А вы с Тимуркой быстро все состряпали. Оперативненько, — от моих слов едва заметно вздрагивает.
— Свет, у тебя зубы мне заговорить не получится. Я же не голословно обвиняю. Сотрудники подтвердили. И сообщников я твоих нашел.
Глава 11
— Какую ты работу проделал, Илья, — качаю головой.
— Твой сарказм тут не уместен. Дело серьезное, — губы поджимает, строго на меня смотрит.
— И что же делать? — изображаю растерянность.
Наверное, у меня играть получается хуже. Не те актерские способности. До Ильи мне далеко.
Хочу услышать подтверждение своим догадкам.
— Свет, ты мне не чужой человек. Если бы не наша многолетняя дружба, я бы с тобой тут не разговаривал. Сообщил бы куда надо, и… — хлопает по столу. — Ты понимаешь, с крысами разговор короткий.
— Крыса, ага, — подпираю подбородок кулаком.
— Ну а как такое назвать… я даже не представляю, что тебя на такое толкнуло… — замолкает, внимательно на меня смотрит. Хмурится, что-то его смущает в моем поведении.
Смею предположить — отсутсвие истерики.
Но это, Илюша опоздал. Это вчера было, а сегодня я уже начинаю броней обрастать, удары не так ощутимы.
— Ты продолжай, продолжай, — смотрю на его холеное лицо.
Илья для своих лет отлично выглядит, даже волосы ездил пересаживать за границу, подкрашивает седину, за весом своим следит, на руке дорогущие часы, одет с иголочки.
— Ты создала серьезные проблемы. И с больницей, которая не получила препараты, и меня лично твое предательство подкосило. Но… я все равно не могу так с тобой… Вот не могу и все, — даже руку на сердце кладет. — Я звонил Тимуру. Мне было нелегко ему подобное говорить. Твой муж за тебя очень просил. Он поможет уладить. И твой сын за тебя горой. Они компенсируют мне все… — прищуривается, снова ищет что-то на моем лице.
— А взамен я?
— Свет, я знаю, вы с Тимуром немного повздорили.
— «Повздорили» этим словом ты называешь наличие у моего супруга ребенка на стороне и любовницы? — выгибаю бровь
— Не хотел лезть в ваши отношения. Но раз такая ситуация… — поправляет воротник своей дорогущей, темно-синей сорочки. — Не все в семье гладко бывает. Тимур тебе лучше объяснит. Я уверен, ты все поймешь. В общем, прислушайся к мужу, и, как всегда, будешь за его спиной под защитой. Я готов лично тебя отвезти к нему.
— Какое щедрое предложение. Даже не знаю, мне прыгать? Танцевать от счастья? — картинно хлопаю в ладоши. — Или нет, лучше упасть и в ноги кланяться. Ведь ты соизволил меня помиловать!
— К чему сейчас это, Свет? — хмурится. — Я с тобой о серьезных вещах. Понимаю, у тебя стресс. Но все же возьми себя в руки. А мы тебе поможем.
— Как скажешь, Илья, — поднимаюсь с кресла. — Ты высказался, я выслушала твое предложение, а теперь разберем все по порядку. Говоришь свидетели?
— Да, — а глазки-то забегали.
Открываю дверь в кабинет, зову громко:
— Иванна, будь добра, зайди.
— Не понял? Зачем она тут?
Не отвечаю. Жду девушку.
Она приходит. Глаза в пол.
— Вы звали…
— Иванна, расскажи-ка мне, что