Елена Логунова
Секрет Аладдина
Пролог. Карабахское ханство, замок Шахбулаг, лето 1820 года
В комнатах на женской половине дома густо пахло розами, что цвели во внутреннем дворике. Сквозь резные деревянные ставни пробивались лучи заходящего солнца, золотисто-розовыми полосами ложась на знаменитые карабахские ковры с замысловатыми узорами. За стеной слышался мирный плеск фонтана, изредка звучали голоса прислуги, но в покоях царила тишина, нарушаемая лишь скрипом пера. Ашхен отложила его — устала, размяла тонкие пальцы.
Перед ней на конторке орехового дерева лежал лист плотной бумаги, в верхней четверти испещренный ровными строчками на армянском — письмо отцу, которого она не видела уже два года.
«Дорогой отец, Мелик Саак.
Сегодня утром мой супруг в знак своей любви и уважения к нашему роду преподнес мне дивный дар — бриллиант редкой красоты, холодный, как горные вершины, и сияющий, как утренняя звезда. Он назвал его «Буз Шахбиним» — будто сама зима подарила мне свою слезу, превратив ее в алмаз…»
Молодая женщина снова взялась за перо и замерла, задумчиво глядя на слабо поблескивающую серебряную чернильницу. Письмо отцу — это очень важно, нужно верно подобрать слова.
— Ай!
Рыжий комочек внезапно запрыгнул на стол. Котенок, еще совсем молодой, с шерстью цвета осенних листьев, уселся прямо на край листа, любопытно тычась мордочкой в перо.
— Ну, что тебе нужно, Шади? — прошептала Ашхен, но в голосе ее не было раздражения, лишь усталая нежность.
Котенок, понимая, что привлек ее внимание, довольно мурлыкнул и потянулся лапкой к чернильнице. Ашхен быстро отодвинула сосуд, но капля все же упала на бумагу, расплывшись синим пятном.
— Ну вот, ты все испортил… — вздохнула женщина, но тут же улыбнулась и осторожно взяла котенка на руки.
Проказник устроился у нее на коленях, свернувшись клубком.
За окном, в саду, запела птица — звонко, настойчиво. Птица была свободна и вольна лететь за высокие стены замка-крепости с восемью башнями, через горы, в Шушу, где когда-то был дом Ашхен. И прямо сейчас, возможно, ее дорогой отец сидел там в кружевной тени виноградных лоз и думал о любимой дочери.
Ашхен отложила в сторону испорченный лист и взяла новый. Котенок, наконец успокоившись, дремал у нее на коленях, а она писала, подбирая самые правильные слова и выводя аккуратные буквы…
Если бы знала, что ее письмом будут зачитываться двести лет спустя, старалась бы еще больше.
Глава 1. Море Красное, прекрасное
— Эй, народ! А у вас тоже динозавры в кровати? — сунувшись в номер из коридора, спросил Денис.
— Кто, кто у нас в кровати?! — Трошкина, не отходя от мойки, качнулась в сторону, чтобы заглянуть в открытую дверь своей спальни.
В кровати там вольготно раскинулся брат мой Зяма. Мускулистый, с распущенными кудрями, в одном полотенце на бедрах, он выглядел вполне доисторически-первобытно, но на динозавра все-таки не походил. Походил на пещерного человека, каким в глубине души и является. Иначе не проявил бы себя замшелым домостроевцем, валяясь в постели, пока две слабые женщины готовят ему полдник.
— Какие динозавры? — Полюбовавшись своим любимым, Алка повернулась к моему.
— Диплодоки, — без промедления ответил Денис, решив, что его просят уточнить вид и породу ящеров.
Он в них неплохо разбирается, не зря штудировал специальную литературу. На Новый год мы с ним подарили Кимке, моему племяннику, Большую иллюстрированную энциклопедию динозавров, и прежде чем попасть в руки ребенку, она была от корки до корки прочитана полицейским майором.
Чтоб его коллеги так тщательно вещдоки изучали, как Денис Кулебякин — вклеенные в книгу кусочки разноцветной тисненой кожи!
— У вас в кровати диплодоки? — Потеряв надежду получить внятный ответ от Дениса, Алка посмотрела на меня.
— Думаю, имеются в виду лебеди из полотенец, — предположила я, переставляя на поднос бокалы.
— Их я уже деконфигурировал, — подал сонный голос из спальни Зяма.
Какое слово выбрал, а? Наша мама-писательница была бы в восторге.
— «Что вы делали в Египте? — Деконфигурировали динозавров!» — Трошкина тоже восхитилась, но тут же сменила тон, скомандовав: — Денис, открывай шампанское! Зяма, иди к столу!
— Только не в шкуре динозавра! Оденься! — добавила я, опасаясь, что братец так и явится в одном полотенце.
Не стоило так уж шокировать общественность. Хватит и того, что мы собрались трапезничать средь бела дня.
Мы приехали в Египет аккурат в Рамадан, когда мусульманам нельзя вкушать пищу до заката. Иноверцам это позволительно, но лучше все-таки проявлять понимание и не запихиваться едой напоказ. Мы специально накрыли стол к полднику на веранде апарта Алки и Зямы, потому что он выходит на закрытый внутренний дворик с бассейном, а не на оживленную городскую улицу, как наш с Денисом.
Зяма вышел из спальни в шортах, с майкой на плече и скрылся в коридоре со словами:
— Позову наших старейшин.
Вот это слово мамуле вовсе не понравилось бы. Она восхитительно моложава, да и настоящими старейшинами в нашем семействе по праву являются бабуля и ее муж Василий Алибабаевич. Правда, они не так давно вступили в брак и еще считаются молодыми супругами. И кстати, в самом деле будто сбросили по паре десятков лет, так что даже у малыша Кимки язык не поворачивается называть их прабабушкой и прадедушкой. Они у него Буль и Дуль — производные от «бабуля» и «дедуля».
Буль и Дуль живут в Анталье, куда и забрали на время нашего египетского вояжа самого младшего члена семьи. В Средиземном море в феврале еще не поплаваешь, но у Василия Алибабаевича квартира в элитном ЖК с превосходной инфраструктурой, включая бассейн с подогревом. На семейном совете большинством голосов было решено, что в обжитой Анталье нашему инфанту будет комфортнее, чем в незнакомой пока Хургаде. В Египет мы отправились впервые и без длительной предварительной подготовки: возможность подвернулась внезапно.
Не думала, что я стану свидетелем такого чуда.
Мне казалось, мой любимый майор Кулебякин оставит службу в органах и этот бренный мир одновременно — и хорошо еще, если седым старичком-генералом, а не во цвете лет, столкнувшись с бандитской пулей. Но незадолго до Нового года неожиданно произошел мощный тектонический сдвиг в одном крупном российском банке, и рулить его региональным подразделением пришел давний добрый знакомый Дениса. Он десантировался из столицы в одиночестве, новую команду формировал уже на месте и руководить службой безопасности позвал моего любимого майора. А у того как раз чрезмерно вырос и крайне