В тот вечер мы с ним случайно встретились. Я стояла около панорамных окон и, скучая, разглядывала огни ночного города. Фёдор, как обычно, общался в компании разных высокопоставленных лиц, а мне было банально неинтересно. Они обсуждали цифры, выгодное сотрудничество, я в этом ничего толком не понимала, да и муж всегда считал, что женщине не стоит лезть в бизнес. Я молча принимала его позицию.
Ускользнув от него, я стояла в тёмном коридорчике и пила шампанское. И тут кто-то подошёл ко мне со спины. Нагло и по-хозяйски положил руки на талию. Я была уверена — Федя. Он так страстно приобнял меня, а потом вдруг рывком развернул, положил руку на шею и притянул к себе. Всё произошло настолько быстро, что я чудом успела вывернуться и в шоке разглядывала этого самого Троцкого.
Высокий. Коротко стриженный брюнет с зелёными глазами. Поджарый. Подтянутый. Под белой рубашкой просвечивали спортивные руки, хозяин которых явно ходил в спортзал.
Глеб посмотрел на меня таким хищным взглядом, облизнулся и ухмыльнулся. Он склонил голову набок, а ещё от него несло перегаром. Перебрал, видимо. Всегда собранный, по словам мужа, строгий и неприступный, в тот вечер он предстал передо мной в каком-то другом амплуа. Я даже смутилась.
А когда он неожиданно сел передо мной на колено и потянулся горячими пальцами к моей щиколотке, я окончательно растерялась. Это было слишком интимно, но я ощущала себя беспомощной перед настоящим зверем. Сердце подпрыгнуло к самому горлу, лихорадочно забившись о рёбра. Его пальцы обхватили мою щиколотку, отчего по телу словно током отдало. Игривые, ласкающие поглаживания, задевающие ремешок босоножки, откликнулись у меня непонятным жаром. И мой пульс залихорадил тут же – бух, бух, бух. Да в чем дело?!
— Не трогайте меня! — пропищала я, резко убрав ногу и стараясь скрыть неожиданно нахлынувшее смущение и следом стыд.
Глеб не ответил, только усмехнулся. А потом в коридор вошёл официант, и я сбежала, поджав хвост. Как настоящая трусиха, нырнула в кусты и остаток вечера не отходила от мужа. Хотела ему рассказать, но поняла, что этим всё осложню: у них и так натянутые отношения.
Правда, после того вечера я стала отказываться посещать подобные мероприятия. Боялась почему-то вновь пересечься с этим Троцким. Таким он мне показался: властным, высокомерным, опасным.
И вот, пожалуйста... Теперь стою напротив его офиса.
***
А мне точно это нужно? Может, проще поискать что-то ещё? С другой стороны, предложений ведь больше не поступало. Я уже две недели сижу дома, и тоска настолько сжирает, что хоть на стенку лезь. Честно сказать, я на любую работу согласна — даже полы мыть или мусор выносить. Лишь бы чем-то занять себя, как-то отвлечься.
Нет, пойду туда! И будь что будет. Может быть, этот Троцкий и не помнит меня. Он же тогда был хорошо подшофе, тем более, сколько лет прошло. Это в моём подсознании то событие отразилось чем-то таким обжигающим. А для него, может, просто стёрлось на следующее утро из памяти.
Плюс вполне вероятно, что я с этим Глебом не буду пересекаться. Такое огромное здание. Столько людей. Шансов — один из тысячи.
Успокоив себя, я всё-таки вошла. Охранник на входе сообщил мне, куда подняться, сказал, что эйчар давно ждёт.
Оказавшись напротив нужной двери, я глубоко вздохнула и дёрнула ручку. Было страшно. Я не работала столько лет, толком ничего не умела, боялась ощутить очередное разочарование. Но выбора не было.
Меня встретила молоденькая девушка, на вид ей не больше двадцати пяти. Она улыбнулась и предложила чай, я любезно отказалась. А дальше начались вопросы, притом какие-то местами странные: «Расскажите, как проходит ваш стандартный день? Что вас больше всего раздражает в людях? С каким цветом вы себя ассоциируете? Вы любите домашних животных? Что могли бы простить своему коллеге, а что нет?» Я старалась отвечать честно, долго не задумываться, хотя местами впадала в ступор.
Девушка всё себе пометила и, улыбнувшись, сообщила:
— Мы вам перезвоним.
Подхожу ли я им, когда перезвонят и перезвонят ли вообще, она не пояснила.
Попрощавшись, я покинула кабинет. Приуныла, конечно, потому что не увидела в глазах эйчара особой заинтересованности. С другой стороны, вообще удивительно, что они пригласили меня с учётом отсутствия опыта и моего возраста.
Но все мысли разлетелись, когда на улице я практически врезалась в Фёдора. Он говорил с кем-то по телефону, а как заметил меня, аж изменился в лице. Помрачнел, что ли, и сразу скинул вызов.
Вообще, я не хотела с ним здороваться. Сразу появлялся какой-то осадок, и ноющая дыра в груди давала о себе знать. Его слова про то, что рядом со мной он ощущает себя старым, больно отдавали под рёбрами и по моей самооценке.
— Ксюша, — крикнул он, заставив меня остановиться. Затем быстро подошёл, мазнул недовольным взглядом, словно я ему своим появлением испортила настроение.
— Ну привет, Федя.
— Что ты… — бывший муж посмотрел на здание, затем на меня и озадачился вполне резонным вопросом: — Тут делаешь?
Я лукавить не стала, ответила как есть:
— Пришла устраиваться на работу.
Глава 7 - Федор
Жизнь Фёдора складывалась в целом неплохо на протяжении многих лет, если не считать некоторых моментов. Конкурента, который вечно уводил у него из-под носа лучшие проекты, муниципальные тендеры и инвесторов — не всех, конечно, только самых денежных. И как уж получалось у этого противного Троцкого крутиться в кругах влиятельных людей, вернее, появляться там в нужное время, непонятно. Фёдор его не просто ненавидел, а аж до скрежета зубов не переваривал. Он считал Глеба высокомерным, слишком самоуверенным и в какой-то степени бесстрашным.
Пиком стал проект с постройкой загородной турбазы, которую заказала для студентов, будущих нефтяников, одна нефтяная компания. Проект был не просто интересным, а очень денежным и имиджевым. О нём вещали в новостях, писали в газетах, даже баннеры по городам развесили. Заполучить его означало засветиться, поймать бесплатный пласт рекламы. И Федор готов был рвать зубами, да только опять этот противный Троцкий нарисовался.
Тем вечером, когда Глеб снова его обошел, Фёдор приехал в бар. Он хотел выпить, отвлечься, можно и с девушкой. Вообще, Фёдор гулящим мужчиной особо не был, да несколько раз сходил на сторону, но там понятно. Первый раз по молодости, когда Ксения была беременной. Почти на год его ограничили в интиме по медпоказаниям, а он мужчина молодой был, между