Капитан стражи благоразумно промолчал, наслаждаясь благословенным холодом, идущим от прижатого к голове узелка. Ива взяла с полки плоскую баночку, открыла и понюхала содержимое, легкий аромат медовых сот долетел и до пострадавшего. Взяв немного мази, она растерла ее между указательным и большим пальцем и удовлетворенно кивнула.
— Что за тварь меня тяпнула? Палец до крови прокусила, болит зверски и пульсирует, — пожаловался он.
— Это Шу, мой питомец, — кроме мази Ива прихватила с полки пузырек с зельем и небольшую коробочку, в которой хранила ткань для перевязки. — Шу — ласка, хоть маленький, но хищник.
В подтверждение слов подруги Шу забрался ей на макушку и сердито зашипел, Стефан от неожиданности отпрянул, а затем примиряюще улыбнулся.
— Какой воинственный малыш.
— Не дразни его, — предупредила Ива, усаживаясь за стол, — в дикой природе ласки убивают добычу, которая в несколько раз крупнее их. Так что тебе повезло, что не лишился пальца.
Травница разложила на столе свои принадлежности, открыла банку с мазью и отмотала длинную полоску ткани, а затем молча протянула руку. Стефан протянул поврежденную конечность, где-то в фантазиях рисуя, как мягкие девичьи пальцы... Ива надавила на прокушенный палец, заставив капитана вскрикнуть от боли и неожиданности, розовые мечты о нежном прикосновении развеялись, как дым. Деловито осмотрев повреждения, девушка щедро зачерпнула мазь из банки и нанесла на рану.
— Что ж, у тебя удачный день, — она все с тем же профессиональным безразличием взялась накладывать повязку, — сустав не прокушен, пострадало только мясо и кожа. С мазью заживет за пару дней, а если будешь держать повязку в чистоте и своевременно менять, то обойдется и без нагноения. Плюс, я дам тебе обезболивающее и укрепляющее зелье, пей его утром и вечером.
— Ива, я, — начал было капитан, но договорить ему так и не удалось.
Резко звякнул бронзовый колокольчик, и дверь порывисто распахнулась, впуская в себя шторм из кружева и шёлка. Женщина в зеленом костюме для верховой езды энергично простучала каблуками начищенных до блеска сапожек по дощатому полу. Из-под шляпки с вуалеткой сверкали изумрудные глаза, излучавшие неукротимую энергию. Нетерпеливо похлопав длинными перчатками по бедру, гостья окинула недовольным взглядом сидящего за столом капитана, губы слегка скривились. Казалось, она не рассчитывала застать в столь ранний час никого, кроме хозяйки лавки.
— Графиня, — Стефан торопливо вскочил со своего места и склонился перед ней в поклоне. — Позвольте представиться, капитан Стефан, заместитель начальника городской стражи.
— Замечательно, я очень-очень рада, — прощебетала она, позволив капитану коснуться губами тыльной стороны руки. — Жаль, что наша встреча так коротка и вы уже уходите.
Капитан удивленно уставился на Лилиэн Моро, которая, высвободив руку, также энергично прошествовала к столу, где все еще стояла мазь и обещанное травницей зелье. Ива предусмотрительно молчала и старательно сдерживая улыбку.
— Но... На самом деле, я не спешу. Госпожа Ива любезно оказала мне первую помощь после некоторого кхм происшествия и...
— Как это мило с ее стороны, — женщина деловито закрутила баночку с мазью под любопытными взглядами Шу и Ивы. — Это тоже ему? — Лилиэн указала на пузырек с зельем, травница молча кивнула. — Отлично.
Графиня сгребла в охапку мазь с зельем и всучила ошалевшему от такого напора капитану. Машинально прижав склянки к груди, он попытался что-то сказать, но гостья, с неожиданной для столь хрупкого на вид создания, подтолкнула его к выходу.
— Позвольте, графиня, — попытался сопротивляться Стефан, но Лилиэн, решив, что толкать к двери капитана стражи как-то неудобно, подхватила его под локоть и буквально поволокла к двери.
— Не переживайте, капитан, я оплачу расходы на ваше лечение. Аристократия должна заботиться о защитниках закона! — Лилиэн распахнула перед ним дверь. — Не беспокойтесь о светских приличиях, защита спокойствия горожан гораздо важнее! Так что, я прощаю вам спешный уход. До свиданья, капитан! — она отсалютовала ему перчатками и еще раз легонько подтолкнула, выставив за порог, после чего захлопнула перед его носом дверь. — Мужчины бывают до невозможного несообразительными, — пробормотала она, поворачиваясь к травнице.
Ива со смехом поаплодировала, поднимаясь со своего стула, Лилиэн изобразила артистичный поклон, подметя пол перчатками. Затем подняла вуалетку и, чуть склонив голову на бок, пристально оглядела хозяйку лавки. Ива внутренне поежилась, вспомнив, что за образом капризной и взбалмошной графини, известной при дворе, когда-то скрывалась умная и проницательная женщина. Вряд ли семейные проблемы и зловредный ягуар уничтожили эту сторону Лилиэн Моро безвозвратно.
— Простите за этот спектакль, но он бы до вечера тут ошивался, а мое дело не терпит отлагательств, — произнесла наконец графиня. — Скажите, как ваше имя?
— Ива, ваша светлость.
— Пожалуйста, зовите меня Лилиэн, ни к чему все эти формальности. — Она слегка взмахнула перчатками, зажатыми в руке. — Тем более, что я к вам с делом весьма деликатного свойства.
— Слушаю вас... — начала было говорить Ива, но, поймав полный укоризны взгляд графини, поправилась: — Лилиэн. Чем могу помочь?
Травница жестом пригласила гостью к столу, с которого спешно убрала остатки набора первой помощи, сунув их на первую попавшуюся под руку полку. Графиня грациозно опустилась на стул, положила перчатки на колени и сняла шляпку, устроив ее на краешке стола. Тонкие пальцы тотчас же принялись теребить край вуалетки каким-то безотчетливым жестом, словно она сама не замечала этого.
— Боюсь, дорогая, я пришла к вам за средством для спасения моего брака, — невесело усмехнулась Лилиэн, продолжая терзать несчастную шляпку.
— Но, насколько мне известно, ваш брак не требует спасения, — осторожно начала Ива. — Граф любит вас всем сердцем. Предан и верен вам.
Женщина мягко улыбнулась и, протянув руку через стол, ласково похлопала девушку по запястью, оставив в покое многострадальную вуалетку, в которой наметилось несколько лишних дырок.
— Когда я была младше, то любовь, верность и преданность казались мне идеальными ингредиентами для семейного счастья. Вот только за годы супружеской жизни начинаешь понимать, что из этих продуктов можно приготовить еще и скуку. Скуку, которая убьет все остальное, — Лилиэн вздохнула и вновь взялась за свою шляпку, на этот раз досталось изящному фазаньему перу, потерявшему несколько ворсинок. — Не подумайте, Ива, я безмерно люблю своего супруга и рецепт от скуки, принятый при дворе, меня совершенно не прельщает. Но что делать, если в наших отношениях пропала страсть и искра?
В голосе Лилиэн прозвучало отчаяние, такое искреннее и неприкрытое, что Иве стало неловко. Девушка слегка поерзала на своем стуле, убрала с глаз длинную челку, а затем поднялась из-за стола.
— Думаю, нам не помешает выпить по чашечке чая, чтобы