Ива с трудом проморгалась и попыталась встать на ноги, но костлявые руки с отросшими когтями вцепились в платье, повалив на песок. Длинный язык, просочившись сквозь ячейки сетки, обвился вокруг шеи ведьмы, постепенно сдавливая кольца. Рыболовная сеть совершенно не мешала Вивьен осуществить задуманное.
— С-у-у-к-а, — вполне отчетливо прошипела асванг, нависнув над лицом Ивы и продолжая душить ту языком.
Сквозь пелену красного тумана и шум крови в ушах девушка расслышала шепот морских волн, до спасительной кромки которых оставалось всего несколько десятков шагов. Шу отчаянным рывком преодолел расстояние между камнем и барахтающейся в песке Ивой, придавленной вампиршей, спеленутой рыболовной сетью. Забыв о страхе, он заверещал и вцепился зубами в руку твари, деря ее когтями, на секунду отвлекшись, вампирша свободной рукой оторвала его от себя и, не глядя, отшвырнула куда-то в темноту.
«Дождя, дождя бы», — отрешенно подумала Ива, ощущая, как постепенно угасает сознание, сама того не осознавая, она потянула руку в сторону равнодушного неба, то ли прощаясь, то ли моля о помощи.
Словно в ответ на ее призыв, Горм открыл глаза и загудел, перемежая этот звук с короткими, взрыкивающими словами. Когда-то давно он был могучим шаманом, способным призывать дождь, может и сейчас силы природы откликнутся на мольбу отступника.
Незнакомая сила отозвалась гулом в костях ведьмы, распластанной на песке и прижатой тяжелым телом асванга. Гул и вибрация нарастали, и вот уже ведьминская магия, словно проснувшись, тугой пружиной разворачивалась в теле девушки с непривычной и небывалой мощью. Нос твари дернулся, учуяв магию, а глаза удивленно расширились. Ощутив потусторонним звериным чутьем, что время триумфа уходит, Вивьен удвоила усилия, стискивая девичью шею в тисках языка. Рука девушки, воздетая к небу, дернулась, и пальцы издали слабый щелчок, высвобождая сдвоенную силу ведьмы и шамана, а после бессильно упала на песок. Асванг победно заклекотала и медленно, с явным удовольствием, принялась распускать стиснутые кольца языка.
Первая крупная капля дождя шлепнулась на песок, оставив после себя глубокую лунку, вторая с тихим звуком приземлилась рядом. Оборвав восторженный вопль, тварь взвизгнула и попыталась расправить крылья, запутавшиеся в сети. Веревка не поддавалась, истерично заверещав, асванг попыталась уползти в поисках укрытия, судорожно перебирая руками по песку, но небеса разверзлись, и поток воды хлынул на песок. Вампирша отчаянно закричала, барахтаясь в сети и еще больше запутывая себя в ее полотне. Через несколько минут все было кончено, лишь уродливый обрубок тела, имевший смутное сходство с несравненной леди Вивьен, остался бездыханно лежать на песке.
Шу, прихрамывая на правую заднюю лапу, поспешил к лежащей без движения подруге и коснулся передними лапками ее мокрой щеки. Не обращая внимания на песок, прилипший к шерсти, он сновал вокруг ее тела, приговаривая:
— Как же так, Ивушка. Только не умирай, ладно. Только не умирай, — он взобрался ей на грудь и приложил к ней ухо, пытаясь сквозь шум ливня уловить биение сердца.
Слабая ладонь накрыла тельце отчаявшегося зверька, и хриплым, свистящим шепотом Ива произнесла:
— Все в порядке, я жива, — прижимая к себе Шу, она с трудом села и закашлялась. — Мы все живы.
— Не хочу вас отвлекать от трогательной сцены воссоединения, но я собираюсь сожрать вашего друга, — сообщил Оникс, медленно подбираясь к Стефану, весьма потрепанному, но вполне живому. Кружа вокруг перевернутой лодки, противники не сводили с друг друга настороженного взгляда. Кот гневно хлестал себя по бокам длинным хвостом, следя за кинжалом, который капитан перекидывал из руки в руку. Капитан улучил момент и протер лицо от застилавшей глаза воды, Оникс сделал текучий шаг в его сторону, пользуясь заминкой.
— Мне бы этого не хотелось, — подал голос Стефан, делая выпад, чтобы отпугнуть приблизившегося на шаг баянга. Недовольно рыкнув, Оникс отпрыгнул в сторону, продолжая следить за своей добычей. Молотящий по спине ливень хоть и раздражал, но не давал баянгу окончательно озвереть.
— Яйца! Мы забыли дома яйца! — в ужасе прошептала Ива, поднимаясь на ноги.
— Ива, сделай что-нибудь, иначе он полакомится моими! — заорал Стефан, перекрикивая шум дождя.
— У камней я видел гнезда чаек, там должны быть яйца! — крикнул Шу и поспешил вперед, показывая дорогу, Ива на подгибающихся ногах, пошатываясь под струями воды, побрела за ним. За спиной у девушки раздался отборный мат и вкрадчивое: «Извиняюсь, таковая моя природа».
Путь до камней оказался бесконечно долгим, и ведьме казалось, что они никогда не дойдут. Трясущимися руками она выгребла из гнезд пять яиц, ощутив легкий укол совести за то, что разоряет чье-то гнездо, и, прижимая свою ношу к груди, побрела к месту поединка.
Оникс, тяжело вздохнув, прыгнул на грудь капитана, сбивая его с ног, кинжал мужчины полоснул кота по лапе, заставив того зашипеть. Выпустив когти, он впился ими в свою жертву и оскалил клыки. Стефан заорал от боли, и кинжал выскользнул из мокрой ладони.
— Простите, капитан, ничего личного. Я вообще должен был вас убить еще минут тридцать назад, — сообщил он, примеряясь зубами к шее мужчины. — Видимо, не так уж вы и дороги госпоже ведьме, раз уж она совсем не торопится. Но ваша жертва не будет напрасной, пока я буду вас жрать, девушка наконец найдет эти проклятые яйца и остальные жители не пострадают. Еще раз приношу свои извинения, — демон распахнул свою пасть, собираясь впиться в шею мужчины.
Глава 18. Цена победы
— Кис-кис-кис, — позвала хрипящим шепотом Ива кота, широко раскрывшего пасть.
Оникс дернул ухом в ее сторону и, клацнув зубами практически перед самым носом Стефана, убрал лапы с его груди. Мужчина с облегчением вздохнул и закрыл глаза, ощущая небывалую легкость во всем теле. Капли дождя барабанили по его лицу, но капитан не возражал, после пережитого он как никогда был рад чувствовать себя живым.
— Повезло вам, капитан, — промурлыкал кот и вальяжной походкой, чуть припадая на переднюю лапу, направился в сторону ведьмы.
Под упругими струями воды, безжалостно льющимися с неба, Ива устало опустилась на песок, разложив чаячьи яйца на подоле. Усталость и мокрое платье тяжким грузом давили на плечи, прижимая к земле, хотелось последовать примеру распростертого на песке капитана, просто лечь и не шевелиться. Растрепавшиеся волосы мокрыми змеями облепили лицо, но сил поднять руку и убрать их совсем не осталось.
— Ива, найди в себе силы и скорми мне хотя бы одно яйцо, — ласково произнес Оникс, заглядывая своими желтыми глазищами в осунувшееся лицо девушки.