Пытаюсь смахнуть воду с глаз, но она продолжает их заливать, но даже сквозь эту призму я замечаю черные волосы… Внутри все обрывается, сердце стучит в висках. Резко отшатываюсь, вжимаюсь в край кабинки. Передо мной, на коленях,
Рита
Ее губы немного приоткрыты, взгляд томный, она закусывает губу, смотрит на меня с желанием и властью.
Я не сразу верю.
Мозг отказывается это принять. Хочу думать, что ошибся, что это просто галлюцинация от усталости, от стресса. Но нет.
Её глаза, тёмные, цепкие, будто смотрят прямо в душу. Её мокрые волосы липнут к лицу, капли скатываются по коже.
Она поднимается медленно, спокойно, как будто всё происходящее — норма.
— Что ты... — голос срывается, я кашляю, почти захлёбываюсь словами. — Что ты делаешь здесь?!
Она делает шаг ко мне.
— Тише, Кирилл, — говорит мягко, почти шепчет и ее рука мягко скользит к моему упавшему члену. — Всё хорошо. Я знаю что тебе нужно после тяжелого дня.
— Вон. — Я отбрасываю ее руку, ищу выключатель, полотенце, хоть что-то. — ВОН отсюда! Немедленно!
Но Рита не двигает. Стоит напротив меня, мокрая, бледная, будто призрак.
— Ты ведь рад меня видеть, — произносит тихо. — Я чувствовала это.
— Уходи. Это мой дом. Здесь моя жена. Мой ребёнок. — Я трясу головой, не узнаю собственный голос. — Ты совсем рехнулась? Что ты творишь!?
Рита слегка склоняет голову.
— А мне кажется тебе все очень понравилось, мне помниться я даже слышала твой стон — её голос почти ласковый, но в нём что-то хищное. — Ты ведь не думал, что это товя ханжа пришла к тебе?
Меня будто прошибает током.
— Ты больная. — Я шепчу это, не чувствуя губ. — Убирайся, слышишь? Пока я не…
Я не договариваю. Не знаю даже, что хотел сказать. Закричу, чтобы Мария увидела меня в душе с Ритой? Я ни чего не могу сделать, я узник в собственном доме.
Она медленно открывает кабинку и выходит, задерживается, смотрит на меня через плечо, словно ставит какую-то печать на мое тело и уходит.
Я стою, вода всё ещё льётся, уже холодная.
Сердце бьётся где-то в горле. Дыхание сбилось.
Хочу крикнуть, но не выходит ни звука.
Я просто стою. Смотрю в одну точку и слышу, как капли падают на кафель.
Она была здесь. В моей душе. В моём доме. Что блядь происходит?!
13
Я выхожу из душевой, вода всё ещё стекает по коже, дыхание рвётся короткими рывками. Быстро вытираюсь и накидываю халат, останавливаюсь в коридоре. Тишина. Только тиканье часов. Мне страшно, что Мария могла все это услышать и тогда… Я даже думать не хочу об этом, но тогда мне больше не чего будет терять.
Заглядываю в спальню — Мария спит, повернувшись на бок, лицо спокойно, тихое дыхание. Кристина тоже спит. Всё как должно быть. Только я знаю, что ничего уже не нормально, что Рита перешла все границы. Хрен с ним что она залезла в мою семью, в мой дом, но забраться в душ и творить такое пока моя жена спит в соседней комнате…
В груди сжимается, но я иду дальше — к гостиной. Нужно поговорить. Поставить всё на место. Просто сказать, что это кончено, и она должна уйти.
Останавливаюсь у двери. Свет горит — тусклый, мягкий. Делаю шаг внутрь…
Рита стоит посреди комнаты. Обнажённая, как будто ничего не произошло. В ее руках полотенце, она медленно вытирает кожу, будто нарочно не торопится. Ни капли смущения, ни намёка на стыд. Только лёгкая улыбка, а в глазах — какое-то странное спокойствие.
Я отворачиваюсь, стараюсь смотреть в сторону, чтобы не видеть этого.
— Надень что-нибудь, — тихо произношу я. — Сейчас же.
— Кирилл, — она произносит моё имя мягко, словно уговаривает. — Ты выглядишь таким растерянным. Мне кажется тебе было мало…
— Хватит, — перебиваю. Голос срывается, но я не даю себе замолчать. — То, что ты сделала… Ты вообще что ли?
Она кладёт полотенце на диван, будто демонстративно игнорируя мои слова.
— Ты всё время себя обманываешь, — тихо говорит она и делает шаг ко мне. Она все еще обнажена, я стараюсь не смотреть, но черт, у нее просто гипнотическое тело. — И жену, и меня, и самого себя. Ты ведь знаешь, что тебе сейчас нужно, так чего ты ломаешься? — Я каменею, контроль себя самого это слишком изматывает. Рита подходит ближе, прикасается к моему халату, ее рука прикасается к моему члену, а я ни чего не могу сделать, полностью сконцентрирован на том чтобы не смотреть на нее. Ее рука двигается, гладит и мой член приподнимается. — Да, вот так, — томно стонет она. — Мы оба знаем как нам хорошо вместе. Трахни меня! Сделай как ты умеешь, жестко и страстно, — она сводит меня с ума, я уже мысленно разворачиваю ее ставлю на колени и вхожу, даже член уже чувствует тепло, но я пытаюсь бороться.
— Замолчи, — цежу я сквозь зубы. Я не могу отойти от нее и не хочу чтобы это продолжалось.
— Так затки мне рот, — она запрокидывает голову и со стоном выдыхает, опускаю взгляд она одной рукой дрочит мой член, а второй ласкает себя и у меня сносит крышу. Это какое-то помутнение. Хватаю Риту, толкаю к дивану, она упирается руками в сиденье, отставляет зад. Раскидываю полы халата, хватаю ее за бедра, хочется разорвать ее, оттрахать так чтобы она ходить не могла, чтобы заткнулась. — Вот так. Да, — стонет она. — Трахни меня!
Хватаю свой член и направляю его в нее, но останавливаюсь едва он касается ее влагалища. Меня начинает трясти. Что она со мной делает? Я… Я… Это же не я! Нет! Моя жена! Кристина! Они… Я муж и отец!
— Сука! — я запахиваю халат, толкаю Риту так что она переворачивается на спину. Она раздвигает ноги и начинает мастурбировать.
— Давай, я жду тебя… Ты знаешь, что надо делать.
Хватаю ее за волосы и смотрю в глаза.
— Что бы завтра тебя тут не было! — цежу я сквозь зубы, толкаю ее, Рита падает на подушку. Разворачиваюсь и иду к двери.
— Только