Я дописала последнее предложение и снова откинулась на спинку стула. Глаза горели, но не от усталости, а от гордости.
Это был не просто репортаж, это был мой ответ Тане. Я улыбнулась.
И в этот момент в окно постучали. Три раза, тихо, знакомо.
Я подошла. Егор стоял во дворе и улыбался.
— Ты опять шпионишь? — спросила я, открывая окно.
— Нет, — сказал он. — Я принёс тебе кое-что.
Он протянул пакет, а в нём — три мороженых.
— Можно войти? — спросил он.
— Только если не будешь мешать.
— Обещаю. Но сначала — покажи.
— Что?
— Репортаж.
Я замерла.
— Откуда ты знаешь?
— Бабушка сказала.
— Ба! — крикнула я в сторону кухни.
Смех из-за стены.
Егор вошёл, сел на стул, не глядя на бумаги.
— Покажи, — повторил он.
Я колебалась, а потом протянула блокнот.
Он читал молча, страницу за страницей. Смотрел фотографии, снова читал текст, мои слова о нём.
Когда закончил — поднял глаза.
— Ты написала, что я — хранитель.
— Да.
— А если я не хочу быть хранителем?
— А кем?
— Человеком. Твоим человеком.
Я почувствовала, как от нежности и счастья внутри всё сжалось.
— Ты и есть мой человек, — сказала я. — Даже когда ты волк.
— Особенно когда я волк, — усмехнулся он.
Я встала, подошла к нему, положила руки на плечи.
— Этот репортаж… он мой билет в редакцию. Я представлю его куратору.
— Знаю.
— Мне нужно будет отвезти его в город.
— Знаю.
— Ты… хочешь, чтобы я осталась?
Он посмотрел на меня.
Долго, серьёзно.
— Хочу. Но не прошу. Если твоя дорога ведёт в город — я не стану её перекрывать.
Я прижалась лбом к его лбу.
— А если я скажу, что моя дорога — туда, где ты?
— Тогда я скажу, что у меня есть мотоцикл и я умею ездить по городам. И по сердцам.
Я рассмеялась и поцеловала его. Долго, медленно, как будто время остановилось.
А вечером мы поехали на мотоцикле к реке.
Сидели на берегу и слушали тишину.
— Ты вернёшься? — спросил он.
— А ты будешь ждать?
— Я уже жду. С самого первого дня.
На следующее утро Егор отвёз меня на электричку и дома я распечатала репортаж, сделала обложку, положила в папку. Вложила туда и ту самую фотографию — где он стоит у церкви, смотрит на лес, и на спине его куртки отражается солнце. Я положила папку в сумку. Готово.
Глава 23
Я возвращалась к бабушке по главной улице посёлка, держа в руках блокнот и фотоаппарат. Мой репортаж заинтересовал куратора и мне оставалось дождаться решения.
Утро было ясным, воздух пах свежестью после ночного дождя. Цветы в клумбах блестели от влаги, парк ухожен, скамейки вымыты, урны — пусты. Всё выглядело идеально.
Слишком идеально.
Я вспомнила, как бабушка сказала:
— Администрация наконец-то отреагировала на заявление. Целые сутки будут работать, две бригады, прочешут каждый куст и в посёлке, и в лесу.
Я поняла, что Егор до сих пор не знает о том, что это я написала заявление на отлов собак. И это из-за меня ранили Егора. Нужно как можно быстрее рассказать ему об этом.
Ну а что же администрация и служба отлова? Они приехали, поймали пару бродячих собак, ранили Егора, когда он был в волчьей ипостаси. Затем они сделали красивые фото для отчёта и уехали.
Но церковь?
Церковь осталась без помощи. Администрация могла бы помочь. Но нет, ведь церковь — не на главной улице, не в отчёте и не для красивых фото.
Она — резкий контраст с красивым парком. Флаг администрации, развевающийся на ветру, как символ власти, которая не видит дальше своей таблички. Я села на скамейку, открыла блокнот и начала писать: «В посёлке "Лесной ключ" администрация наконец-то отреагировала на заявления жителей. Две бригады прочесали территорию, убрали мусор, поймали бродячих собак. На сайте местной власти опубликованы фото: чистые улицы, ухоженный парк, довольные лица.
Но если свернуть с главной дороги, если пройти мимо цветущих клумб, если дойти до старой церкви на окраине — можно увидеть другую правду».
Немного подумала и дописала: «Настоящие проблемы не всегда красивы, а настоящие герои — не всегда на фото».
Я закончила писать. Сердце билось. Это был не просто репортаж, это был вызов. Я не знала, дам ли я ему ход, об этом стоило подумать.
Я услышала рёв мотоцикла и подняла глаза. Это был Егор. Подъезжая, он смотрел не на дорогу, а на меня. И улыбался.
— Что, снова работаешь? — спросил он, подходя.
— А ты что, снова катаешься? — парировала я.
— Если бы ты позвонила, я встретил бы тебя.
— Знаю. Но сейчас день, и мне не страшно. Да и бродячих собак отловили. Егор, я напишу ещё один репортаж, — сказала я. — Про то, как один мужчина и его друзья чинят то, что администрация забыла.
— А меня впишешь? — усмехнулся он.
— Ты будешь в заголовке.
Он лизнул меня в нос и протянул руку, смеясь.
— Поедем навстречу ветру?
Я шутливо щёлкнула его по носу и уселась сзади, с намерением рассказать про заявление об отлове.
Бонусная глава: «Дороги ветров. Специальный выпуск»
Для тех, кто дочитал до конца, кто верил в историю Егора и Алёны. И для тех, кто всё ещё ждёт, когда мотоцикл снова взревёт за углом.
Принято считать, что после "конца" всё заканчивается. Но оказывается, хуже — когда ты думаешь, что это конец, а на самом деле это просто перерыв на кофе.
— Алёнка, ты опять за компом? — спросил редактор, заглядывая в мой кабинет. — У тебя же дедлайн по статье о кофейных картах!
— Да, Семён Петрович, — сказала я, не отрываясь от монитора. — Просто дописываю бонус.
— Бонус? Это что, как скидка в столовой?
— Нет. Это бонусная глава.
— К чему?
— К моему репортажу.
— Тому, что называется «Дороги ветров»?
— Да, Семён Петрович.
— И что там происходит? Вы с этим байкером снова спасаете церковь?
— Нет, — улыбнулась я. — Там он спасает меня от тараканов в съёмной квартире.
Редактор замер.
— Он что, приехал?
— Да. На мотоцикле.
— В центр города?
— В центр.
— И что, его не