— Арсений, блядь! — орет во весь мой шлем Саныч, а я во всю выжимаю, срываясь быстрее, и за секунду до финиша обгоняю первого.
— Да! Сука! Да! Я это сделал! — кричу, сбавляя скорость.
— Да-а-а! Медведев, как же я блядь тебя люблю! — кричит радостно Саныч, а я смеюсь, останавливаясь.
— Извини, Саныч, я другую люблю, — хохочу, а потом шлем снимаю.
Репортеры и журналисты набегают, диктор кричит на весь трек и радиолинии о моей победе, на экранах высвечивается моя фотка с номером в форме, а я, отмахиваясь от микрофонов, бегу к Милке.
Бежит мне навстречу и слезы счастливо льет. Плачет снова, но от счастья за меня, за мою победу. Подхватываю за ягодицы, и сливаемся в поцелуе. Сладкая моя, как шоколадка. Красивая до совершенства и нежная до безумия.
Моя…
— Поздравляю, — шепчет мне в губы и улыбается.
— Я тебя представлял, пока скорость выжимал, — кусаю ее за нижнюю губу, неся к вагончику.
— Ммм. Как? — трется носиком об мой.
— Сейчас покажу, — оскаливаюсь и открываю двери вагончика.
Опускаю её на землю и толкаю нежно за попу в вагончик. Разворачиваю к себе и двумя ладонями за щеки к своим губам тяну.
— Подожди, Медведев, — смеется и головой крутит.
— Мы на скорости, Милка. Не тормози сейчас! Трусы стягивай! — шиплю и пытаюсь ее губы поймать, пока она хохочет.
Ну что, блять, за игры такие?!
— Мне показать кое-что тебе нужно, — визжит, когда я штаны с неё стянуть пытаюсь.
— Сейчас покажешь, — оскаливаюсь и продолжаю, но она держит их и хохочет, пытаясь ещё и пинать меня.
Ну что за хрень?!
— Милка! — рычу, и она на ладони передо мной палку маленькую держит, а потом вторую ладонь с такой же показывает.
Замираю, когда на обоих по две полоски вижу, и сглатываю, уже на её лицо смотря. Стоит такая вся счастливая и губу нижнюю кусает.
— Я утром сегодня сделала, потому что критических уже две недели не было, — шепчет она.
— А почему две? Двойня, что ли? — сглатываю.
— Нет, — улыбается и на шею мне виснет, — я в первый тест не поверила, решила, что глюк. Потому второй сделала, и показал тест то же самое, — шепчет губами по моим водя.
— Это что, мне теперь жениться на тебе нужно? — оскаливаюсь.
— Ну... А... А ты не хочешь? — отстраняет свои губы от моих и смотрит невинно.
— А ты Медведевой станешь? — спрашиваю и лбом в ее утыкаюсь.
— Да, — шепчет и носиком снова трется, пока я коробочку с кольцом из кармана вытаскиваю.
Я кольцо ещё вчера купил, как только мы в Казань прилетели. Потому что понял недавно, что пора бы ещё нашей скорости любви прибавиться.
Да и с кольцом ей нужно быть, а то всякие шакалы на мою ягодку смотрят, топчась по нашему полю. И её законной сделать хочу, чтобы уж по всем фронтам моя была, даже на бумажке.
Открывая коробку одной рукой и между нашими сердцами ей показываю, а она с шеи моей руки убирает и начинает невинно губу нижнюю наминать.
Тащусь от этого её жеста...
— Ну тогда выходи за меня, Медведева, — улыбаюсь, когда она опять плакать начинает.
Плакса...
— Я тебя так сильно люблю, Медведев, — всхлипывает и целоваться лезет.
— Кольцо надень, Милка, а то из вагончика не выпущу, — смеюсь, отстраняясь.
— Ой! Извини, — смущается и ладонь выставляет.
Надеваю кольцо и, приложив ладонь к её щеке, смотрю ей в глаза и шепчу:
— Я тебя тоже, Милка...
Накрываю её сладкие губы своими и большим пальцем надавливаю на подбородок, чтобы глубже впустила, а то опять что-то тормозит нашу скорость любви.