— Ээээ, как там тебя?
— Марик, — представился парень.
Он смотрел на нее щенячьими глазами с каким-то восторгом и радостью.
— Марик, мне некогда болтать.
— Куда ты торопишься, придет еще один автобус.
— У меня бабушка больная, и мне надо делать курсовую, — пояснила она.
— Нам не задавали никаких курсовых, — удивился он.
— Я делаю их на заказ.
— Поддерживаешь обман и разгильдяйство? — он сузил глаза и остановился, щенячий восторг куда-то улетучился.
Валентина даже не стала останавливаться, а пошла дальше. Он догнал ее и развернул к себе.
— Ты понимаешь, что ты способствуешь тому, что человек обманом получит свой диплом. Какой из него выйдет специалист? — начал он с пафосом ей читать нравоучения.
— Ты чего тупой? Не понял? Мне домой надо. Отстань со своими нравоучениями. Еще раз меня тронешь, я тебе всеку, — сердито ответила Валентина.
— Валентина, я был о тебе лучшего мнения. Я сейчас попытаюсь тебе объяснить, как это неправильно делать за других их работу.
Валька увидела отъезжающий от остановки автобус и рванула к нему. Водитель заметил девушку и притормозил. Она запрыгнула в транспорт, и плюхнулась на сидение. В окно отъезжающего автобуса, Валя видела растерянное лицо Марика.
— Имя какое-то дурацкое дали, — фыркнула она. — Еще учить меня будет, что хорошо, а что плохо. Плохо вот в рваных ботинках осенью ходить, зимой за бабкой куртку донашивать плохо, а вот своими мозгами зарабатывать — хорошо.
Квартира ее встретила орущим телевизор и все теми же проблемами. Быстро переделав все дела и пообедав, Валентина ушла в кабинет писать курсовую. В этот раз она поставила будильник, чтобы проведывать бабушку каждый час. Так что в спину ее больше никто не толкал. На ужин она сварганила гречки с прокрученной говядиной.
С бабушкой они обменялись «любезностями» и каждый занялся своими делами. Однако в часов девять вечера Валентину снова кто-то толкнул. Она кинулась к бабушке, но та сказала, что ее не звала. Бабулька немного телевизор убавила и тут они ясно услышали, что кто-то ломиться во входную дверь.
— Иди, проверь кто там. Может ты забыла кран выключить и соседей затопила, — велела Клавдия Сергеевна.
— Ничего я не забыла, — буркнула Валя, но пошла посмотреть на того, кто долбился к ним в дверь.
Девушка взяла в руки ботинок и приоткрыла одну дверь.
— Кто там? — спросила она и посмотрела в глазок.
За дверью стоял какой-то мужик в спортивном костюме.
— Сосед, открывайте, — ответил он.
— Чего надо? — поинтересовалась она через дверь.
— Поговорить.
Валентина приоткрыла дверь.
— Что вам нужно? — спросила она.
— Я могу зайти?
— Нет.
— У вас третий день подряд орет телевизор по вечерам. Это же невозможно. Я ребенка не могу уложить. Как врубается в четыре пять дня, так и до самой ночи. Сколько можно. Я участкового вызову.
— Хорошо, я скажу бабушке, — спокойно сказала Валя, и собралась закрывать дверь.
Но мужчина ее не слушал и продолжал распаляться.
— Не кричите, я вас услышала. Я поговорю с бабушкой, — строго сказала она. — Сейчас девять вечера, шуметь можно до одиннадцати.
— У меня ребенок маленький, я его в девять вечера укладываю. До этого никаких проблем не было, а тут ор каждый вечер.
— Бабушка старенькая, плохо слышит, — ответила Валя спокойно.
— Валя, Валя, кто там пришел? — крикнула Клавдия Сергеевна из своей комнаты.
Валентина отвлеклась на бабушку и со всего размаху получила дверью по плечу. От удара отлетела в глубь коридора. Мужчина пробежал мимо нее в бабушкину комнату. Он стал кричать на старушку и обзываться. Валентина подцепила в углу коридора бадик и рванула за ним.
Сосед навис над бабулькой, тряс кулаками и орал. Бабушка испугано вжалась в подушки. Валька со всего размаха звезданула его по спине клюкой.
— Ты, чего орешь на нее? Совсем оборзел, — она так начала на него кричать, что в зале затряслась посуда в серванте.
Она так его бранила, что мужик открыл рот от удивления.
— Ах, ты дрянь такая, справился с бабкой и с девкой? Открыл бы мужик, то бы в штаны наложил, а на баб значит руку можно поднимать. Да я тебя, — она снова огрела его палкой. — Пшел вон, черт шелудивый. Старуха ему помешала. Четыре комнаты, спрятаться негде, бедолажка.
Она ударила его еще раз. Мужчина побежал от нее по коридору прикрывая голову, а Валентина лупила его по спине. Со всех сторон с полок сыпались книги, коридор был заставлен книжными стеллажами. Валя гнала его и думала, что как теперь она все это будет убирать. Издания падали только на голову горе-соседу, но не задевали девушку.
Выгнала она его и захлопнула за ним дверь. Обернулась, а все книги стоят на своих местах, только на полу капельки крови остались, видно, один из фолиантов порезал соседа своими страницами.
— Бабушка, там книги падали, — сказала Валя, заходя в спальню к старушке.
— Падали, — согласилась она.
— Так они теперь на месте стоят, — удивленно посмотрела на нее Валентина.
— Ну, значит ты все убрала, — пожала старушка плечами. — Эка ты его отходила. Горжусь тобой, защитница, — сказала она и снова включила телевизор, но вот только на полную громкость его прибавлять не стала.
Валентина попыталась с ней поговорить, но Клавдия Сергеевна делала вид, что ничего не понимает и у нее тут идет очень интересная передача.
Глава 8. Что они скрывают
Валюшка прошлась туда сюда по коридору, вытащила и поставила на место несколько книг. Некоторые экземпляры были пыльными, их явно не трогали несколько лет. Хоть к соседу иди и спрашивай, падали на него книжки или нет. Тогда он точно участкового вызовет, скажет наркоманы какие-то живут в квартире.
Она решила поговорить с мамой. Набрала ее номер. Женщина ответила не сразу.
— Мама, разбудила? — спросила Валя.
— Нет, доча, просто лежала в комнате с закрытыми глазами, а телефон на кухне оставила. Что у тебя там случилось? С бабкой поругалась? Плюнь на все, приходи тогда домой. Мы тогда с бабушкой в одну комнату переедем, — она тяжело разговаривала, делала паузы между словами. — Постараемся из комнаты не выходить, когда ты будешь дома.
— Нет, мама, с Клавдией Сергеевной не ругалась. Сосед к нам приходил. Вот с ним сцепилась.
— Он хоть уцелел? — усмехнулась мама. — А то я тебя знаю, на язык остра.
— Он меня дверью ударил, — ответила Валя.
— Как ударил? Он такой в спортивном костюме быдловатый такой?
— Да.
— У него что-то с головой не то. То ему