Алекс шла уверенно, но сердце стучало так громко, что, казалось, его слышал весь зал. Её вывели к самому центру — напротив Никиты.
Толпа замерла. Двое молодых людей стояли в окружении сотни свидетелей, не видя друг друга, не зная, кто рядом.
Мария Вересова сделала шаг вперёд, её голос звенел, как хрусталь:
— Сегодня наши семьи объединяются ещё крепче. Сегодня мы рады объявить о помолвке наших детей.
Николай Волгин подхватил, его слова прозвучали как приговор:
— Моего сына, Никиты Волгина…
— …и нашей дочери, Александры Вересовой, — закончила Мария с торжественной улыбкой.
Раздались аплодисменты. Гости улыбались, поднимали бокалы, шёпотом поздравляли друг друга. Казалось, всё шло идеально.
Но в центре зала стояли двое молодых, и именно они разрушили картину.
— Что?! — голос Александры разрезал тишину, как удар ножа. В нём смешались ужас и гнев. — Вы не можете решать за меня!
Шёпот прокатился по залу волной. Гости начали переглядываться, кто-то ахнул, а кто-то поспешил скрыть любопытную улыбку за бокалом шампанского.
— Я тоже не согласен, — твёрдо произнёс Никита, поворачиваясь к родителям, несмотря на повязку. Его голос прозвучал так отчётливо, что заглушил ропот. — Это абсурд. Я не вещь, которой можно обменяться ради ваших сделок.
— Никита! — голос Николая хлестнул по залу, как удар плётки. — Держи себя в руках!
— В руках? — холодно усмехнулся Никита. — А вы попробуйте сами удержать то, что не принадлежит вам. У меня уже есть человек, которого я люблю.
Александра сжала подол платья, её дыхание сбилось, но слова прозвучали звонко и твёрдо:
— И у меня тоже есть любимый. Я не выйду замуж по вашей прихоти.
На лицах гостей проскользнуло откровенное изумление. Кто-то прижал ладонь к губам, кто-то переглянулся, а кое-кто позволил себе тихий смешок — скандал разгорался прямо у них на глазах.
Мария Вересова шагнула ближе, её улыбка дрогнула, но голос остался стальным:
— Александра, милая, ты говоришь глупости. Это твоё будущее.
— Моё будущее принадлежит только мне, — отчеканила Алекс, и в этот момент в её голосе впервые прозвучала взрослая решимость.
Никита, не видя её, но чувствуя каждой клеткой, кивнул. Его слова упали, как последний камень в чашу весов:
— Вы выбрали невесту не мне, а себе. Я не согласен.
Зал гудел, как улей. Из идеально выстроенного вечера торжество стремительно превращалось в скандал, который будут обсуждать ещё долгие месяцы.
Глава 20 — Без масок
Повязки с глаз упали почти одновременно.
Никита моргнул, привыкая к свету. И замер. Перед ним стояла она. Его Алекс. Не фамилия, не статус — просто та, без которой он уже не мог дышать.
Алекс тоже узнала его сразу. В её глазах мелькнуло изумление, а губы дрогнули.
— Никита?.. — едва слышно.
— Алекс… — выдохнул он, но тут же нахмурился. — Постой. Вересова? Почему Вересова?
Она отвела взгляд.
— Это фамилия моей бабушки. Я взяла её, когда поступала.
— Но я же проверял Левину! — Никита говорил тихо, но в голосе было напряжение. — Ни семьи, ни связей… будто ты вообще не существовала.
Алекс слабо улыбнулась.
— В этом и был смысл. Я не хотела, чтобы на меня смотрели как на «дочь богатых родителей». Хотела быть просто студенткой. Хотела быть собой.
Он замолчал, смотря прямо в неё. Сердце колотилось, будто боялось, что она исчезнет.
— Ты могла сказать мне.
Она подняла на него глаза.
— А ты бы понял? Не стал бы относиться ко мне по-другому?
Никита шагнул ближе и осторожно взял её за руку.
— Алекс… для меня ты всегда была именно тобой. И знаешь почему? Потому что я тебя люблю.
Она замерла, всматриваясь в его лицо. Потом улыбнулась сквозь слёзы.
— Я тоже люблю тебя, Никита.
И они поцеловались. Шёпот гостей, удивлённые взгляды родителей — всё исчезло. В этот момент мир сузился только до них двоих.
И вдруг в зале раздался насмешливо-довольный голос:
— Ну вот и всё стало на свои места.
Алекс и Никита одновременно обернулись. В дверях стоял Артём, её брат. Он неторопливо вошёл, оглядел зал и довольно потер руки, явно наслаждаясь моментом.
— Артём?.. — Алекс смотрела на него с вопросом в глазах.
— А что? — он усмехнулся. — Я знал, за кого родители хотят тебя выдать. Потому и не стал их отговаривать. Впервые в жизни они выбрали правильно.
Щёки Алекс вспыхнули. Она хотела возмутиться, но Никита лишь крепче обнял её и усмехнулся в ответ.
— Значит, всё это время ты молчал? — спросила Алекс.
— Ага, — Артём пожал плечами. — Решил посмотреть, как вы сами выпутаетесь. Но, похоже, судьба сделала всё за вас.
Он говорил легко, но в его голосе слышалось удовлетворение: братская забота переплеталась с хитрой радостью — план, о котором знали только родители и он, наконец-то сбылся.
В этот момент в стороне, у колонны, Лена крепче сжала руку Егора.
— Ты это слышал? — прошептала она, не сводя глаз с Алексы и Никиты.
Егор слегка кивнул, но его взгляд был жёстким, сосредоточенным.
— Слышал. И что-то мне подсказывает… это только начало.
Глава 21 — Радость брата
Артём сидел в кресле отцовского кабинета, задумчиво вращая бокал с красным вином. На полке мерцали отблески камина, за окнами густела ночь, а внизу ещё слышался отголосок музыки и смеха — остатки праздника, который родители явно считали своей победой.
Мария и Матвей выглядели довольными, словно только что поставили ещё одну важную галочку в своём бесконечном списке стратегических свершений. Дом дышал атмосферой торжества и скрытой гордости.
Артём же улыбался по другой причине.
Он давно знал, кто такие Волгины. Их корпорация в сфере кибербезопасности была не просто влиятельной — это был один из тех редких игроков, которых уважали даже международные конкуренты. Николай Волгин обладал жёсткой хваткой, умел держать слово, и отец не раз отмечал: с такими людьми можно строить долгосрочные союзы.
Но дело было даже не в этом.
Артём видел, как смотрят друг на друга Алекс и Никита. Ещё до сегодняшнего вечера, на мельчайших встречах и случайных моментах, он улавливал их взгляды, задержки в словах, ту искру, которую не подделать никакими сценами. Между ними уже было то, что родители считали «результатом удачного договора», — только это не подстроишь. Это были настоящие чувства.
И именно поэтому он молчал. Не спорил, не пытался вмешаться. Зачем? Всё само складывалось так, как должно.
Семья получала союзников, способных укрепить их позиции. Алекс — человека, ради которого её глаза впервые за долгое время светились по-настоящему. Разве может старший брат