— Настоящие городские трущобы, — замечает Джойс. — Очень атмосферно. Нам точно сюда?
Элизабет машет рукой — и камера наблюдения реагирует на движение и поворачивается к ним.
— Кажется, да.
Возле двери домофон с двумя кнопками. Нижняя вырвана с мясом, а на верхней наклейка с надписью: «Не нажимать».
Элизабет нажимает на кнопку.
Они ждут. Джойс прислушивается к звукам за дверью, но ничего не слышит.
Элизабет снова жмет на кнопку — и снова в ответ тишина.
— Джойс, — говорит она, — сходи в тот переулок и посмотри, можно ли залезть в дом.
Джойс придерживает полы пальто и медленно заходит в узкий грязный переулок, тянущийся вдоль боковой части дома. С этой стороны нет дверей, лишь два окна на самом верху. На окнах массивные железные решетки. Переулок заканчивается высокой стеной с колючей проволокой — кругом дом не обойти. Но она замечает кое-что интересное и возвращается к Элизабет. Та пытается открыть дверь пилкой.
— Заперто, — говорит она и прячет пилку. Недаром Ник называл это место Крепостью.
— С переулка тоже не зайти, — сообщает Джойс. — Но в стене есть вентиляционный люк.
— Предлагаешь одной из нас забраться в дом через вентиляцию? — спрашивает Элизабет.
— Нет, — отвечает Джойс. — Необязательно отвечать сарказмом на все мои предложения. Из люка валил пар. Значит, в доме кто-то есть или был совсем недавно.
— Молодец, Джойс, — хвалит ее Элизабет.
— А Ник Сильвер ждал тебя ровно к часу?
— Да.
— Говоришь, кто-то заложил бомбу под его машину?
— Интересное начало истории, да? Даже захватывающее, в некотором роде.
— Не говори так, Элизабет, — укоряет ее Джойс, — он член семьи.
— Джойс, друг твоего зятя не член семьи, — отвечает Элизабет.
— В наше время люди сами выбирают, кто им семья, а кто нет, — замечает Джойс. — Это я в «Инстаграме»◊ [2] прочитала. Может, не стоит ломиться в здание? Лучше вернуться в другой раз.
— Не стоит, — соглашается Элизабет.
— Но мы все равно вломимся?
— Да, — отвечает она.
— И как же мы это сделаем? — спрашивает Джойс.
Элизабет смотрит наверх и достает телефон.
Тия нарисовала план складского комплекса на последней странице тетрадки. Конни замечает, что это школьная тетрадка. Тия показывает ей схему:
— Вот в эти ворота заезжает грузовик; тут два охранных поста, между ними десять ярдов. После постов надо проехать еще ярдов тридцать, спуститься по этой рампе на бетонную платформу к дверям погрузочного блока. От старта до финиша ровно полторы минуты.
Конни отвлеклась и не слушает. За соседний столик сел мужчина лет двадцати пяти в костюме и смотрит видеоролик на телефоне. Видеоролик слышно всему кафе, но мужчина, кажется, ничего не замечает. Конни поднимает палец, приказывая Тие замолчать. Поворачивается к мужчине.
— Вы можете надеть наушники? — спрашивает она.
Мужчина растерянно смотрит на нее:
— Что?
— Наушники, — повторяет Конни и на всякий случай показывает на свои уши. — Ваш ролик гремит на все кафе.
— А вы своими делами занимайтесь, — огрызается мужчина. — И не лезьте в мои.
— Вам не кажется, что это невежливо? — спрашивает Конни. Ей правда любопытно. В ролике какой-то мужик играет в видеоигру, а другой мужик над ним смеется.
— Я обедаю, — отвечает мужчина, как будто это все объясняет.
Конни смотрит на него в течение секунды и кивает.
— Хорошо, сейчас я закончу свои дела и займусь вами через минуту. Если хотите и дальше слушать без наушников, это ваша проблема.
— Я так и сделаю, — отвечает мужчина.
Конни поворачивается к Тие. Не все сразу.
— Извини, Тия. Итак, подземная парковка.
— Да. Решетка будет открыта. Водитель и два охранника разгружают часы. На это уходит четыре-пять минут. Вилочный погрузчик проносит ящики на палетах по техническому коридору — еще максимум две минуты. В конце технического коридора — хранилище.
Конни следит за пальцем Тии, скользящим по схеме. Девчонка умница. Мужик на видео визгливо смеется.
— Как только часы попадут в хранилище, мы уже не сможем их достать, — говорит Тия.
— Но потом они проделывают тот же путь? — спрашивает Конни. — Когда их отправляют в магазины.
— Да, но потом их достают мелкими партиями, — отвечает Тия. — Если нам нужна максимальная прибыль, надо успеть перехватить груз за девять минут с того момента, как грузовик проезжает пост охраны, и до того момента, как ящики окажутся в хранилище.
Конни все еще не может сосредоточиться из-за мужчины за соседним столиком, но роль наставника очень ответственная, а Тия нуждается в ее полном внимании. Через несколько минут у нее сеанс психотерапии с Ибрагимом. Он опаздывает: пишет, что у него форс-мажор, друг заболел.
— Так какой план? — интересуется она. — Подкупим охрану?
Тия переворачивает страницу школьной тетради. Там перечень цифр.
— Что это? — спрашивает Конни.
— Зарплаты всех складских работников, — отвечает Тия. — Я все записала. Больше всех получает управляющий, что логично; охранники в хранилище зарабатывают неплохо; водитель получает копейки, а охрана на воротах — минималку.
— Охранникам нельзя недоплачивать, — замечает Конни, — иначе…
— Но меньше всех зарабатывают водитель вилочного погрузчика и уборщики, отвечающие за порядок на парковке и в техническом коридоре. Они получают даже меньше минимальной зарплаты за вычетом агентских комиссий. Восемь с половиной фунтов в час.
— Откуда у тебя такие сведения?
— Ну, зарплаты шишек можно узнать на LinkedIn, — говорит Тия.
В последнее время преступники тоже начали пользоваться LinkedIn — Конни постоянно приходят запросы в друзья.
— А зарплаты водителя погрузчика и уборщицы?
— Их я знаю, потому что устроилась туда уборщицей, а мой кореш Хассан — водителем погрузчика. — Тия достает из сумки конверт и протягивает Конни. — Вот, мне уже выписали чек.
— А ты молодец, Тия. Работаешь со вчерашнего дня?
— Угу, — отвечает Тия. — Обычно уборщицы у них долго не задерживаются.
— Тебя обыскивали на входе?
— Да, — кивает Тия, — но я специально спрятала пакетик кое с чем в кармане, чтобы его нашли. Теперь все хотят стать моими покупателями и никто больше не будет меня обыскивать.
— А откуда у тебя «кое-что»? — спрашивает Конни. — Чисто профессиональный интерес.
— От однорукого мужика из круглосуточной автомастерской, — отвечает Тия.
— А, Дэн Хэтфилд, — кивает Конни. Она помнит Дэна еще с тех времен, когда у него было две руки. Мужик столько денег спустил на татуировки на той руке, которой потом не стало, а все зря.
— Значит, ты проводишь разведку?
— Угу, — отвечает Тия. — Мне даже нравится. Жаль, что это ненадолго. Следующая поставка во вторник, привезут «ролексов» на двести штук, справишься?
— Справлюсь, — улыбается Конни. Молодежь такая смешная. Когда-то и Конни казалось, что двести штук — деньги. Тогда она еще не была таким тертым калачом, как сейчас.
— Отлично, — отвечает Тия. — Я протащу на склад две пушки и спрячу их…
— Добрый день, Конни, — говорит Ибрагим. Тия захлопывает тетрадку. — Извините за опоздание.
— Ибрагим Ариф, это Тия, — знакомит их Конни.
— А, так это вы ее подопечная? — спрашивает Ибрагим. — И как вам наставничество?
— Очень полезно, — отвечает Тия.
— Она устроилась на работу, — вставляет Конни.
— Поздравляю, — отвечает Ибрагим. — Конни, я же говорил, что вы сможете хорошо повлиять на молодое поколение.
— Тия, мне пора. — Конни встает. — Встретимся на складе во вторник, если сможешь пораньше освободиться с работы.
— Идет, — отвечает Тия. — Мистер Ариф, рада знакомству.
— Я тоже, Тия, — говорит Ибрагим. — Удачи тебе на новой работе.
Конни берет Ибрагима под локоть и ведет к выходу, но задерживается у соседнего столика. Мужчина смотрит мультик, где два яйца кричат друг на друга. Конни жестом велит Ибрагиму идти вперед и дожидаться ее у выхода. А сама садится за столик, достает из сумочки пушку и нацеливает на пах мужчины под столом. Мужчина смотрит на нее, разинув рот.