Я позорно и слабовольно стону, когда Эдмонд начинает возбуждающе шарить руками по моему телу. Ослабляет шнуровку на мягком лифе, высвобождает полные груди и присасывается ртом к соску. Играет с ним, как кот — с игрушкой. Прикусывает, щекочет языком и обводит им же вокруг, пока ладони сжимают полушария снизу.
Мои ноги непроизвольно раздвигаются — это уже превратилось в привычку, и мужчина безошибочно и мгновенно вклинивается между бедрами. Прижимается своим пахом и я чувствую напряжение в его штанах.
— Ночей тебе уже мало? — бормочу я рассеянно, кладя ладонь на слегка длинные, закручивающие на концах волосы.
— Мне всего мало, — довольно урчит маг, лаская и второй сосок. Скользит руками вниз, подбирая и собирая юбки в складки. Дергает край чулок, щелкает завязками от пояса. И обхватывает ягодицы, заставляя слегка приподняться.
— Плохая идея, — пытаюсь сказать этого строго, но откровенные и распутные прикосновения любовника отвлекают, и у меня получает позорный стон.
— Нисколько, — усмехается маг, — Только не сегодня. Сами боги велели в этот день предаваться разврату и похоти. Мы лишь оказываем им честь и приносим жертвоприношение.
— Какая-то своеобразная жертва, скажу тебе, — хмуро отвечаю я.
Эдмонд тихо смеется.
— Тебе ли не знать, умная моя девочка, что секс — это лучшая жертва, которая только может быть? — маг вытягивается надо мной и одновременно начинает освобождать себя от брюк и прижимается губами к моему уху, — Страсть. Похоть. Любовные соки и экстаз. То, что освобождает всевозможные запреты и возносит на настоящие небеса. Потому боги это и ценят. А мимо такой огненной девочки, как ты, не устоит никто из них. Пошире раздвинь ножки, детка. Позволь войти в тебя.
— Пошляк…
— Нисколько, красавица меня…
Мы стонет одновременно, когда крепкий и очень напряженный член легко и беспрепятственно проскальзывает внутрь. Это запретное удовольствие — отдаваться магу сейчас, при свете дня, огороженными лишь тонкими занавесками да магической защитой. Если прислушаться — можно различить даже голоса в округе. Уловить отдельные слова, целые предложения и смех. Шорох юбок и звон лязгающих друг о друга мечей.
Но уверенные и ритмичные толчки Эдмонда отвлекают меня. Заставляют жадно обхватить его за плечи, повыше задрать бедра и изогнуться, чтобы усилить сладостное напряжение между нами и ощутить его еще ярче. Еще полнее.
Одежда — она мешает. Моя грудь оголена и и ее неприятно колет вышивка на черной рубашке мага. Поэтому я опускаю ладони и дрожащими пальцами расстегиваю пуговицы, украшенные его вензелем. Справившись с этим заданием, я запускаю ладони под ткань и с упоением ласкаю его абсолютно гладкую, без единого дефекта, кожу.
Она мне очень нравится. На ощупь очень приятная и пахнет одуряюще. Очень хочется целовать ее и облизывать. Но я не позволяю себе этого. Слишком уж…. развратны эти порывы.
С каждым упоительным толчком я приближаюсь к разрядке все быстрее. Скулю, постанываю и вскидывающимися бедрами показываю: вот я почти… уже-уже… совсем чуть-чуть…
И не успеваю за мужчиной совсем немного — тихонько рыча и прижавшись лбом к моей изогнутой шее, он бурно и сильно кончает. Я обиженно всхлипываю и ежусь. Инстинктивно зажимаюсь внутри, пытаясь хоть как-то, хоть что-то уловить и поймать собственными спазмами, но…
Не получается. Неудовлетворенная и взвинченная, я зло дергаюсь и даже пытаюсь оттолкнуть мага от себя, от чего тот лишь хмыкает. И скользит пальцами вниз…
Входит ими, растягивает. Большим пальцем трет твердый и напряженный клитор. Это, конечно, не совсем то, и все-таки…
Собственный вскрик от нахлынувшего оргазма скоро оглушает собственные уши. Опадая и судорожно цепляясь за широкие плечи, я блаженно закатываю глаза и поскуливаю. Ноги сотрясают приятные судороги, и я тяжело дышу, пытаясь вобрать в себя исчезнувший из легких воздух.
— Да… да… да…. - выдыхаю я беспрестанно, мотая головой и ловя отзвуки экстаза.
— Да, красавица... - удовлетворенно рычит Эдмонд, врезаясь в мой рот требовательным и жестким поцелуем, из-за которого я, кажется, ловлю еще один оргазм...
— Пойдем! — требовательно заявляет маг, хватая меня за руку и резко дергая в сторону выхода.
Он только что привел мою одежду и даже волосы в порядок (не без помощи магии, конечно), но я все равно удивленно вскидываюсь.
— Куда? Зачем? — непонимающе спрашиваю его.
— Куда-куда… Наружу, конечно!
— Нет! — вскрикиваю я позорно, упираясь пятками в землю, — Ты с ума сошел! Зачем?!
— Ну, девочка, — Эдмонд хитро улыбается и, отпуская мою ладонь, порывисто стискивает мою талию в руках. Прижимает к своему телу, зарывается носом в волосы и порывисто вдыхает их запах, — Чего ты как глупенькая совсем? Конечно, показать тебя!
— Но зачем? — все равно недоумевая, выдыхаю я уже немного испуганно, — Прекрати, это же бред!
— Красавица моя! — мужчина вдруг крепко обхватывает ладонями мое лицо и заставляет задрать подбородок. Сам наклоняется, причем очень низко, ведь у нас очень приличная разница в росте. Трется носом о мой нос, прижимается лбом ко лбу. — Пора бы уже заканчивать эти игры, тебе не кажется?
Невероятная догадка окутывает меня сильными огненными всполохами. Кожу покрывают мурашки, и я непроизвольно морщусь, чтобы скрыть смущение.
— Ты не сделаешь этого, — шепчу я потрясенно, — Только не так!
— А как? — любопытствует маг, проводя большим пальцем по моей нижней губе, из-за чего я непроизвольно открываю рот и шумно сглатываю, — Хочешь свиданий и долгих ухаживаний? Цветы, поцелуи под луной, ласки под столом украдкой, да колено? Тебе не кажется, что это будет… немного несвоевременно? Или ты, как и все маленькие девочки, желаешь романтики? Хорошо, будет тебе романтика. Но позже. Обещаю.
— Да не в этом деле! — возмущаюсь я, понимаю, что оказываюсь абсолютно правой. Эдмонд Ла`Круа, королевский маг Ди`Ташерьи, собирается во всеуслышание заявить о своих притязаниях на меня.
Не отсутствие цветочно-сопливого периода меня угнетает. А то, как он опять представляет свое категорическое и абсолютное решение. Но хотя бы вслух он это сказать может?!
— Правильно ли я понимаю, — решаюсь я расставить все точки над “i”, - Ты говоришь о браке?
— О нем, родимом, — спокойно отзывается мужчина, гипнотизируя взглядом мои губы, — Ты против?
— А не слишком ли быстро?
— Может быть. А может быть, и нет. А вообще, так просто обстоятельства складываются.
— Какие еще обстоятельства? — подозрительно щурюсь я.
Эдмонд снова трется об мой нос и неожиданно крепко прижимает к себе. Буквально впечатывает лицо в свою широкую грудную клетку и порывисто выдыхает.
— Звездочка моя... Дело в том, что у меня слишком хорошие уши. Вот только в последнее время я, к сожалению, оказался занят одной прехорошенькой особой.
Очень захотелось