С появлением городничего на площади воцарилась относительная тишина. Мужчина беспрепятственно прошел сквозь толпу и, в отличие от Франка, ему не пришлось помогать себе локтями — люди сами расступались перед ним. Встав перед оборотницей и уперев рука в крепкие бока, городничий хмуро оглядел девушку и державших ее охотников. Будто почувствовал старшего, зверодевушка неожиданно затихла и затравленно уставилась на него.
И так стало Франку ее остро жаль, что, быстро приблизившись к городничему, негромко спросил:
— Что вы собрались с ней делать?
Хмурясь, мужик непонимающе уставился на него.
— Как это — что? Как обычно. Посадим на цепь — пусть детишки развлекаются.
У вампира на затылке аж волосы зашевелились.
— Как так — на цепь? Это же оборотница! — выдохнул он пораженно.
Городничий прищурился:
— Вот именно, что оборотница. Поганая кровь. Зверюга, хоть и мелкая. Убить бы ее, да в канаву сбросить… Да ведь вроде живое существо.
Франк определенно ничего не понимал. Огляделся. Не увидев ни одного сочувствующего взгляда, ужаснулся еще больше. Абсолютно все, даже женщины и дети смотрели на зверодевушку зло и неприязненно. Так это, получается, ему еще повезло! Похоже, дай этим людям волю — и его бы с оборотницей на смерть камнями закидали с большим удовольствием.
— Подождите, господин, так нельзя! — горячо заговорил Франк, даже хватаясь за плечо городничего и несильно сжимая. Но тому и этого хватило, чтобы недовольно зашипеть. — У этой девочки есть племя, родные. Думаете, они не придут за ней?
— Да никого у нее нет! — выпалил кто-то из мужиков, — Мы же пару месяцев назад деревню этих зверюг выжгли почти подчистую. Несколько тварей, конечно, сбежали, но вот — отлавливаем потихоньку.
— Выжгли? — пораженно ахнул вампир, — Отлавливаете?
— А как же, милсдарь, — самодовольно усмехнулся мужик, — Работаем помаленьку по вычищению нашей земли от этих поганцев.
В этот момент у вампира не только кулаки зачесались как следует вдарить говорищему в нагло ухмыляющуюся рожу, но и явно пошла частичная трансформация, потому что мужик неожиданно побледнел, а городничий отшатнулся. Да и сам Франк ощутил, как болезненно засаднило десны и скулы — это самопроизвольно удлинилась челюсть и повылезали клыки. Да и солнечные лучи — совсем слабые в утренний час — противно закололи кожу, наверняка слегка изменившую цвет с телесного на болезненно синеватый. Обычно солнце не вредило вампиру, если только тот был не в боевой форме.
— Отдайте девчонку мне, — глухо пророкотал он.
— З-зачем? — слегка запнувшись, спросил городничий.
— Не позволю ее на цепь посадить. Я найду ей прибежище и отдам сородичам.
— Чего?! Ты, упырь недоделанный! — заверещал один из мужиков, но городничий остановил его движением руки.
— Уважаемый милсдарь, о чем вы толкуете? — спросил он осторожно, но это осторожность звучала опасно и предупреждающе, — Не хотите ли сказать, что пожалели эту тварюгу? Что хотите уйти сейчас, пропасть на, черт его возьми, непонятно сколько дней или недель, нарушив тем самым контракт и вернуться неизвестно когда?
— Неделей раньше, неделей позже, — прошипел Франк, силясь не раскрывать рта. Вряд ли его облик украсит ряд острых и длинных зубов, — Но, господин, позволить измываться на оборотницей я не позволю.
Городничий и вампир несколько секунд смотрели друг другу в глаза. Первый — зло и настороженно, второй — невозмутимо, но многообещающе. Мужчина отвел взгляд первым и махнул рукой.
— Черт с тобой, — пробормотал он, — Пусть делает что хочет. Но в гильдию я доложу!
— Как вам будет угодно, — услужливо проговорила Франк, ловко ловя кинутые ему веревки.
Под перекрестьем многочисленных взглядов вампир подобешл к оборотнице.
Та слабо заскулила, но и не попыталась дернуться, а наоборот, прижалась к Франку, когда тот присел перед ней и принялся остервенело снимать с нее путы. Покорно позволила взять свое невероятно миниатюрное и, как и казалось, тощее тельце на руки. Вампир плюнул на свои вещи и вот так, с одной единственной ношей на руках, пошел вон из городища. А в спину ему неслись совершенно нелестные слова и даже проклятья.
Черт с ним, с договором и контрактом. Он ни за что не вернется в это место, в котором люди безжалостно уничтожают существ лишь из-за того, что те не похожи на них самих.
— Спасибо, — слабо прошелестела зверодевушка.
Франк изумленно вытаращил глаза.
Первое, что он сделал, оказавшись за пределами городища, это нашел в лесу небольшой ручеек и принялся умывать оборотницу. Та позволила ему это сделать без какого сопротивления и даже не пискнула, когда Франк снял с нее одежду, чтобы быстро простирнуть. Как и все зверолюди, она совершенно не стеснялась своей наготы, да и вожделения ее хрупкое, покрытое синяками и ссадинами тело не вызывало — лишь жалость.
А вот услышать от нее благодарность на чистейшем всеобщем было для него удивительно. Да еще и после того рычания и поскуливания, которое вампир от нее лишь и слышал.
— Не за что. Ты говоришь на всеобщем? — спросил он, возвращаясь к мытью ее длинных и спутанных волос. Жаль, что не было гребня, чтобы сделать это лучше — приходилось вместо расчески использовать собственные пальцы.
— Говорю, — честно призналась она, — И… Извини, что я тогда… ну, ты понял.
— Ничего, — Франк улыбнулся и покачал головой, — Как тебя зовут-то, малышка?
— Урд. А тебя?
Вампир представился.
— Ты другой, — произнесла девушка, жмурясь от удовольствия — вампир массировал ей голову, — Ты ведь не человек, да? Ты и выглядишь и пахнешь по-другому.
— Ты никогда не видела вампиров?
Оборотница покачала головой и почему-то горько вздохнула.
— А почему ты был с теми людьми? — вдруг спросила она, задрав голову и смотря так прямолинейно и проницательно, что Франку вдруг подумалось — а не ошибся ли он с определением возраста зверодевушки? Да, она была очень миниатюрной и хрупкой не только на вид, но и на деле. Но вот в ее голубых, как небо, глазах было столько боли и пытливости, сколько не увидишь у девушки 15-ти лет. Что же ей пришлось пережить, великие боги?
— Я состою на службе в наемничьей гильдии, — заговорил Франк, продолжая медленно и аккуратно массировать кожу ее макушки, — Люди делают заказ — кого-то убить, кого-то охранять — наемники выполняют. В моем случае же — организовать и научить дружину военной науке.
— Ты сказал, что отведешь меня к сородичам. Как ты это сделаешь?
— Пока еще не знаю, — пожал плечами вампир.
— А потом? Потом ты вернешься?
— Поживем — увидим.
Хотя Урд была явно утомлена, вампир не рискнул остаться вблизи городища. Посадив девушку на спину, он в течение нескольких часов