Химера тоже пострадала — лишилась одной ноги, костяного гребня и практически всей морды.
— А где ваш третий товарищ? Наше мероприятие завершилось. Химеру можно сдать моим коллегам. Только прошу вас, отдайте им артефакт контроля, я смотрю, он уцелел.
— Да, да, сейчас, буквально минуту…
Химера развернулась задом к Монингейту и приняла позу срущей кошки.
А потом из задницы Химеры показалась рука. Рука сжимала шляпу.
Первым истерически заржал Зориан. За ним Дэвид, но тихо, пробитое лёгкое болело.
Спустя минуту на свет показался весь Терн. Он активировал артефакт для чистки одежды, утёр носовым платком лицо, достал из кармана деревянную палочку и с самым независимым видом протянул её Монингейту.
Магистр лишь слегка улыбнулся этой картине.
— Неудачники живы?
Поинтересовался Монингейт у целителя, который успел подойти и терпеливо ждал разговора.
— Живы, но в тяжёлом состоянии. Дарел получил фатальные повреждения магического тела, возможно потеряет ранг или два. Остальные… нуждаются в долгой реабилитации.
— Вам нужна медицинская помощь?
Уточнил Монингейт.
Дэвид поднял руку. Зориан отрицательно покачал головой.
— Царапина!
Маг-целитель подошёл к Дэвиду, положил ему руки на виски и замер. Дэвид хихикнул, по телу прошла волна щекотки.
— Боги, мальчик, ещё немного и я не смогу назвать тебя человеком! Выпей это.
Целитель достал из кармана и протянул ученику мага флакон с мутно-оранжевой жидкостью.
Дэвид опрокинул лекарство в себя. На вкус оно напоминало скисшее молоко, и мальчика перекосило. Целитель снова положил кончики пальцев на виски пациента.
Из дырок на теле пошёл пар, потом из нескольких дырок выпали пули и выплеснулась кровь. Целитель достал из кармана палочку, раза в два длиннее обычной лечилки и сломал её над головой Хохмача. Раны стремительно затянулись.
— Пойдёмте, джентльмены, приглашаю вас отобедать и принять участие в разборе. Думаю, вам будет полезно.
— А не много ли чести? Мы же магическое быдло. А там аристократы, Терн начнёт сморкаться в занавески, а мелкий будет сально подмигивать женщинам, у него какой агрегат для этого… Скандал!
Зориан с довольным видом чесал себе между лопаток отрезанной рукой.
— Да, а Зориан сожрёт все столовые приборы.
Поддакнул Терн. Он достал из кармана щётку для обуви, и сейчас она летала, чистила ботинки.
— Нам бы лучше деньгами.
Закончил Дэвид. Он потерял изрядно крови, и его шатало и мутило.
— И всё же, я настаиваю. Вы сегодня завели врагов среди минимум двух десятков семейств. И я бы хотел это исправить.
— Благородно, — Терн кивнул. — А почему вы решили, что это нам надо? У нас вон за тем мелким охотится столичная школа, Пламени и Пепла, если ничего не путаю, а их возглавляет маг высшей категории. Он официальный враг школы. Меня учитель заставляет нарываться. Считает, что мага делают враги. И это мы ещё мирные, Зориан на нашем фоне полный отморозок.
Зориан в подтверждении слов Терна помахал отрезанной рукой.
— А почему всего два десятка? Остальных мы недостаточно унизили и избили?
— Ну, тогда прибегну к крайней мере. Я заметил, вы хотели набрать мяса. Что насчёт того, чтобы отведать стряпню моего повара? Он может приготовить корову тремя десятками способов. Он продемонстрирует их все.
Приятели переглянулись.
Дэвид раскрутил свой глаз и взглянул на Монингейта.
Он увидел висящий в темноте клинок, в простых ножнах. Гарда клинка была цепью прикована к поясному кольцу.
— Он нам не враг.
Произнёс Дэвид и пошатнулся.
— Я смотрю, сегодня выложили не все козыри, не так ли?
Монингейт весело улыбнулся.
— Согласен! Мяса и впрямь охота…
Зориан кивнул.
— А я что, рыжий что ли? Надеюсь, мы не всех коров употребили?
— Почти всех. Думаете, где бы я вам стадо коров достал? Я ограбил хозчасть. Но вы не переживайте! Я знаю кого ограбить ещё!
Три часа спустя приятели стояли в малом зале университета, завёрнутые в серые мантии из тонкого шёлка. На Дэвида мантии по росту не нашлось, но он просто воспарил над землёй.
В зале стояла кафедра на невысоком постаменте.
За кафедрой стоял Монингейт и вещал с самым ироничным видом.
— Леди и джентльмены, коллеги, я всех нас поздравляю с сокрушительным провалом. Провал на всех уровнях: от подготовки до линейных сотрудников ведомства. Пять десятков магов убилось о трёх вольных магов, которых я уговорил, внимание, «немного подраться за деньги с университетскими»! Скажите, а наши офицерские части тоже могут быть избиты первыми встречными хулиганами, причём при трёхкратном превосходстве?
— Таких мы призываем в армию и называем «штурмовая пехота», — хмыкнул усатый мужчина в старомодном смокинге.
В зале посмеялись.
— А вы зря смеётесь, господин Луц, будь это не тренировка, а боевая ситуация, мы бы получили пятьдесят пять трупов. Считайте я нанял высококвалифицированных специалистов со стороны полицейского управления.
— Так это полиция?
Удивлённый возглас из зала.
— Вот этот молодой человек получил официальное поощрение за то, что фактически в одиночку остановил магическую катастрофу, которую вызвал архимаг Биомантии. Ему пришлось лично убеждать почтенного академика усмирить магическую катастрофу сразу после того, как он её создал. Дэвид, пожалуйста, покажи лицо.
Хохмач вылетел вперёд и откинул капюшон.
— Ох, жешь… Что случилось?
Старшие маги были ошарашены, они ещё не видели Дэвида вблизи.
— Ему понравились мои глаза. Он поиграл ими, а потом отрастил сразу много. Один взял с собой.
— Редкая полезная мутация. На что есть бумага от церкви.
Веско припечатал Монингейт.
— Повезло!
Хмыкнул Луц и посмотрел на Дэвида через монокль.
— Вы в этом уверены?
Теперь уже настал черёд Дэвида хмыкать. Монингейт хлопнул ладонью по кафедре и привлёк к себе внимание.
— Сей достойный юноша вместе со своими товарищами, такими же честными жителями города, сегодня преподал нам всем суровый урок. И я буду очень недоволен, если хоть кто-то из студентов сочтёт свою некомпетентность личным оскорблением и попробует затеять вендетту.
— Если по городу такие жители бродят, то на хрена мы тогда нужны?
Печально протянул вислоусый седой преподаватель. Кто-то хихикнул.
— Перейдём непосредственно к анализу боев. Единственный человек, который получает высокий балл за свои действия — Эльза Гринроуз. Пожалуйста, пригласите студентку Гринроуз.
Звякнул колокольчик, потом в зал вошла княжна. На ней был форменный