Кто нам нужен? Нам нужны только штурмовики. 60% моих парней – штурмовики, и вы будете одними из них. От нас вы не будете отличаться ничем, к вам такое же отношение, иногда даже более лояльное, чем к тем, кто у меня воюет много лет и прошли десятки войн.
(Есть) взвода огневой поддержки и другие подразделения, которые обеспечивают наступление. У меня есть в ЧВК самолеты нескольких типов, есть РСЗО, есть танки, есть все, что необходимо для того, чтобы эффективно наступать. Те, кто двигается вперед, те, кто самые борзые – они выживают лучше. Те, кто дает заднюю и ничего не делает – они попадают в замес…
Далее, через полгода уходите домой, получив помилование. Те, кто хочет остаться с нами, остаются с нами. Вариантов вернуться на зону нет – никаких. Тем, кто приезжает и в первый день говорит: „Куда-то я не туда попал“, мы делаем отметку „дезертир“.
ФОТО: Сергей Чемеков
В жилом массиве Артемовска
Время на принятие решения – пять минут. Когда мы уезжаем, время заканчивается, дальше – как повезет. У вас есть, кто может вас сейчас из зоны вытащить? Есть двое, кто вытаскивает – Бог и Аллах, в деревянном ящике. А я вас живыми забираю, но не всегда живыми возвращаю».
Публикация речи Пригожина перед заключенными произвела в СМИ эффект разорвавшейся бомбы. Журналисты подчеркивали, что сама возможность арестантов заслужить помилование ценой риска собственной смерти – это вполне реальная историческая практика, применявшаяся на различных театрах военных действий с незапамятных времен. Приводя в пример практику создания штрафных батальонов времен Великой Отечественной, эксперты отмечали, что на самых горячих участках СВО смогут проявить себя те, кто еще вчера оказался за бортом жизни – по злому умыслу или же по собственной глупости. Максимально честно и открыто, такой человек мог стать для своей страны настоящим героем, хотя еще вчера считался человеком второго сорта в глазах обывателей.
ФОТО: Сергей Чемеков
Бойцы ЧВК «Вагнер» в районе улицы Патриса Лумумбы
Кроме того, по мнению профильных экспертов, такая практика, как привлечение в ряды военнослужащих добровольцев из состава арестантов, решала проблему кадрового голода и не приводила к необходимости вводить в России мобилизацию населения. В том числе и на этот момент указывал Евгений Пригожин, когда его спрашивали о необходимости привлекать заключенных для участия в СВО: помимо желания искупить свою вину привлечение таких бойцов дает отсрочку гражданским от отправки в зону боевых действий.
ЕВГЕНИЙ ПРИГОЖИН, 15 СЕНТЯБРЯ 2022 ГОДА:
Безусловно, если бы я был заключенным, я бы мечтал влиться в этот дружный коллектив, чтобы иметь возможность не только искупить долг перед Родиной, но и отдать его с лихвой. И последняя ремарка: те, кто не хотят, чтобы воевали ЧВК, заключенные, кто рассуждает на эту тему, кто ничего не хочет делать и в принципе кому эта тема не нравится, детей своих на фронт отправьте. Либо ЧВК и зэки, либо ваши дети – решайте сами.
Вообще, если обобщить все ваши вопросы, то причем тут зэки, ЧВК и человек, похожий на Пригожина? Россия всегда была, есть и будет под надежной защитой российской армии».
В отличие от других, схожих инициатив по привлечению добровольцев из числа заключенных, которые последовали позднее (самым известным наследником «проектантов» стали отряды «Шторм Z» Вооруженных Сил РФ), «Проект „К“» стал первым и самым удачным вариантом пополнения кадрового состава подразделения силами «спецконтингента». Впрочем, последнее слово в этом варианте оказалось неприменимо. Подписывая контракт с ЧВК «Вагнер», участники «Проекта „К“» не выделялись в обособленные подразделения (за особым исключением) – они вступали в единую воинскую корпорацию со своим устоявшимся набором принципов. В этих условиях в одном и том же штурмовом подразделении могли состоять и бывшие арестанты, и бывшие сотрудники правоохранительных ведомств, и военные, и гражданские.
ФОТО: GREY ZONE
Памятка для добровольцев, подписавших контракт с ЧВК «Вагнер» в рамках «Проекта “К”»
СТАЙЛ, КОМАНДИР «НЕБЕСНОЙ ТЫСЯЧИ» ЧВК «ВАГНЕР»:
Подписывая контракт и приходя сюда, в ЧВК „Вагнер“, мы лишаемся всего, мы лишаемся старой жизни. В принципе у нас остаются только позывные, которые нам даны. То есть мы как люди не существуем, мы на облаках. Непосредственно выполнив задачу и отправившись домой, мы просто воскреснем, уничтожив нашу старую жизнь и войдя в нее новыми людьми с новой автобиографией и как новые люди».
Кстати, о принципах. Осенью–зимой 2022 года специально для работы с «проектантами» руководство ЧВК «Вагнер» выпускает памятки для бойцов, которые содержали четкие и понятные правила, по которым действует в военное и мирное время боец «Оркестра». Так вторую жизнь получают опубликованные еще в 2019 году в ходе командировки в ЦАР «правила русского бойца», сведенные в единый кодекс и дополненные основными постулатами христианской морали (не убий, не укради, не прелюбодействуй), но на понятном и доступном языке:
1. Защищай интересы России всегда и везде.
2. Честь русского солдата превыше всего.
3. Воюй не за деньги, а из принципа. А принцип один – победа.
4. Не сдавайся врагам живым. Если попал в плен – погибни, но унеси с собой как можно больше врагов.
5. Чти своих погибших товарищей, не позорь их светлой памяти, рано или поздно с ними встретишься.
6. Нам уготована смерть в бою, а не немощным стариком на кровати!
7. Помогай товарищу в бою. Сегодня ты прикрыл его, завтра – он тебя.
8. Будь скромен и не кичись своим ремеслом, храни эту тайну!
9. Никогда не мародерствуй.
10. На войне и дома – не бухай.
11. На войне и дома – не употребляй наркотики.
12. Не воруй, не грабь, не насилуй.
13. Не убивай мирных.
14. Храни свой жетон. Помни, ты – боец ЧВК «Вагнер».
Единственное особое исключение касалось тех добровольцев из числа заключенных, кто приходил в ЧВК «Вагнер» с тяжелыми заболеваниями – гепатитом или ВИЧ. Отряд получил звучное название «Амбрелла», отсылающее наше поколение к известной серии компьютерных игр «Resident Evil» (или же к ее киноадаптации «Обитель зла»). Бойцы отряда «Амбрелла» отчаянно бросались на позиции противника, всегда первыми шли вперед под пули, прокладывая дорогу остальным. В качестве опознавательного знака бойцы подразделения использовали два браслета – белый и красный: это означало, что к ним может подойти только отведенный им санитар, который также нес на себе тяжкий недуг.
ФОТО: GREY ZONE